Шестеренки судьбы (СИ)
Он и правда едва дал мне возможность ополоснуться, как потянул вверх. Может быть, не зря. Мне показалось, что мерцание половинки луны на волнах недалеко от корабля поддрагивало, будто разрезанное пополам. А может, померещилось.
На следующий день после полудня нас переправили на берег. — Ежели хотите снова наняться, так приходите через два дня. А нет, удачи тогда. Не попадайтесь больше.
Нам выдали по толстому ломтю хлеба и по пять медяков, как сказал капитан, чтоб не прибили в первую же ночь. За эти деньги можно найти ночлежку и хлеб на вечер.
Но Стив рассудил иначе. Он высмотрел в толпе господина, одетого на Риконбрийский манер, оставил меня у стены дома и подбежал к нему о чем-то поговорить. Господин выслушал его, с брезгливым выражением на лице поглядывая на обноски, но ответил и даже махнул куда-то в сторону рукой. Стив поклонился и побежал ко мне. — Идем. Я добуду нам деньги. — Стив, ты же не станешь… ну… ты же на каторгу не просто так попал. — Не боись. Я узнал, где рынок, и уж поверь мне, последнего не возьму. — Стив! Нельзя так!
Он остановился и серьезно посмотрел на меня: — Кем ты здесь хочешь работать? Мальчиком на побегушках? Языка не знаешь, местные тебя побьют, а для острастки сдерут штаны. Таскать ящики в порту? Я, положим, мог бы, но ты? И заработали бы мы только на лежанку и похлебку раз в день. На хорошие места нужны рекомендации. А туда, где ты можешь продемонстрировать, что ты маг, тебя и на порог не пустят без бумаг и в таком виде. — Может, беднякам тоже маг нужен, починить что… — Мага-чужака, который даже объясниться не может, скорее, местные ночные короли посадят на цепь и заставят работать на них за так. Будут водить тебя, чтоб ты им замки вскрывала. Хочешь рискнуть?
Мне было нечего ему ответить, поэтому я поплелась за ним по улице, и вскоре мы услышали гомон рынка. — Сиди тут, — показал он мне в тенек рядом с торговками яркими тканями. — Авось бабы мальчонку в обиду не дадут. Я скоро вернусь.
Я не знала, чего я боялась больше: что Стиву удастся обворовать кого-нибудь, или что его поймают. Что я буду делать здесь одна? Когда я обещала помочь Риви, я не дала себе труда задуматься о том, какие трудности меня подстерегают. Но был ли у меня выбор? И могла ли я нарушить обещание, данное умирающему человеку, который нам помог?
Тени довольно далеко переползли по пыльной дороге, когда Стив вернулся с мешком, двумя круглыми хлебами с мясной начинкой и баклажкой воды. И то, и другое закончилось быстро, и Стив повел меня за собой. Я все гадала, кто стал его жертвой, и сколько он украл.
Мы сделали несколько поворотов, и я совсем потеряла направление, даже не могла бы сказать, где порт, когда Стив толкнул неприметную дверь, за которой оказалось что-то вроде таверны. Толстый мужик в длинной белой рубахе что-то нам крикнул. Стив ответил: — Риконбрийский? — Да-а. Что-о вам? — Комнату мне и моему брату, позже ужин. Одежда на продажу есть?
Толстый мужик вытащил ключ: — Второ-ой двер по коридо-ор напра-аво. Оде-еть приходи-и.
В комнате оказались две кровати. Удобства нашлись в конце коридора, а вот ванной никакой не было. Стив сходил вниз и вернулся с тазом, ведром воды и крохотным кусочком мыла. — Три медяка взяли! Мойся, я выйду. Ах, да, вот чистая рубаха и штаны, они поприличнее будут. Завтра сходим в лавки.
Мне удалось вымыться и постирать панталоны и перевязь с груди. Перевязь я повесила на спинку кровати. Но как быть с панталонами? И неужели надевать чужую одежду на голое тело? Я накинула рубаху, которая оказалась до колен, и осталась стоять в нерешительности.
Так меня и застал Стив с двумя плошками каши. Я взвизгнула и попыталась укрыть голые ноги штанами. — Не верещи, чего я там не видел. А это что? — он ткнул пальцем в комок мокрого, висевший на краю таза. — Белье… — пробормотала я. — Демоны. Как тяжело с девками. Ты думаешь, я не видел бабских тряпок? Вешай на кровать. Меня все равно допоздна не будет. Поешь и ложись. Я запру дверь, чтоб никто не вломился.
Когда мы доели, он забрал посуду и ушел. Помявшись, я повесила панталоны на спинку кровати и влезла под одеяло. Я обходилась без кровати и постели чуть больше двух недель, а кажется, так давно. Уснула я быстро и так крепко, что проспала возвращение Стива.
Едва открыв глаза я подскочила и издав смущенное "Ой" подхватила белье, быстро спрятав его под одеяло. Стив стоял посреди комнаты в одних подштанниках рядом с бадьей мыльной воды. Что было бы, если б я проснулась на пять минут раньше? Я залилась краской. Стив обернулся. — Сеструха, ты снова за свое? Можно подумать, ты мужских задниц не видела. — Стив, мне нужно одеться, — я старалась не смотреть на него. — Погоди пару минут, я пойду за завтраком, и одевайся. После потопаем по лавкам, купим еще шмотья, и заглянем в порт. Авось что про корабли с севера узнаем.
Когда он вышел, я быстро натянула панталоны и те штаны, которые Стив купил у трактирщика. Башмаки пришлось оставить пока мои. Отвернувшись от двери я вытащила руки из рукавов и принялась перетягивать грудь.
Как Стив и обещал, после завтрака мы пошли по лавкам. Он выбрал нам по три рубахи и по две пары штанов, новую обувь и что-то странное на голову, не то шляпу, не то кепи. Наша одежда была смесью местных и риконтийских фасонов, и в городе-порте это никого не удивляло.
Стив выбрал портовую таверну и перед тем, как войти внутрь, предупредил меня: — Если начнется драка, беги назад и зови стражу, сама не суйся.
Я кивнула.
Следующие два часа я только сидела, открыв рот, куда время от времени засовывала то орешек, то сухарик. В порту водилось множество людей, которые говорили на самых разных язывках. Стив завел с полдюжины закадычных друзей, и уверена, спроси любого из них, они скажут, что знают его много лет. Из веселых разговоров, баек, тостов и споров по крохе, по крупице Стив выцеживал нужные сведения. Корабли с севера, действительно, тут останавливаются, и скорее всего, останавливаются все — это самый первый порт после долгого плаванья по океану и самый устроенный. Лучших женщин везут в Бутен — богатый город, окруженный оазисом, где живут те, у кого есть деньги и время для всяческих удовольствий. На фигуристых северянок там особый спрос. По словам портовой публики, в Бутене все так хорошо поставлено, что чуть ли не приход и расход живого товара ведут. Выяснив все, что нужно, Стив заказал вина на всю компанию и показал мне глазами на выход.
Глава 4
— Значит, Бутен.
Мы вернулись в комнату над таверной. Стемнело, и Стив ненадолго спустился вниз, дав мне время ополоснуться в тазу. Теперь я сидела лицом к окну и слушала плеск за спиной, а Стив одновременно с мытьем размышлял вслух. — Дело обстоит так. До Бутена мы доберемся. Но как ее там искать? Ладно еще, если она в каком веселом доме. А если у одного любителя северянок…
Я вскинулась так, что едва не обернулась, но вовремя спохватилась, услышав смешок. — Ты считаешь, что веселый дом лучше, чем один мужчина? — Э… м… прости. Нет, для поисков лучше, посмотреть можно, все на виду. Для Риви, конечно, хорошо бы быть у одного мужика. Ладно, поищем сначала по веселым домам.
Весь день у меня вертелась в голове одна мысль. Мысль была глупая, но вдруг… — Стив, как ты думаешь, мы первые, кто ищет похищенных пиратами? Если, как сказал тот ханыга, в Бутене такие серьезные люди, что под счет людей отгружают, неужели нет никого, кто приторговывал бы нужными сведениями. — Виола, а у тебя башка варит! Конечно! Должны быть такие пауки, их не может не быть, они раскидывают сети и собирают: кто, что и где. — Интересно, сколько это может стоить. — Интересно-то интересно, но покупать мы сведения не будем. В таких делах торгуют обыкновенно в две стороны: и тому, кто ищет, и тому, кто хочет знать, кто его ищет. Как называлось ваше судно? — "Дикая Сирена". — Вот про нее и будем вызнавать. А дальше как сложится.
Да, стоит признать, что городское дно дает возможность изучить самые разнообразные сведения и получить такие навыки, которых я не припомню ни у одного известного мне добропорядочного господина.