Свет во тьме (СИ)
— У… у… выс…ших… — Сайра заплакала навзрыд.
Услышанного хватило. Ярость закипела в крови, застучала в висках раскалённым пламенем. Срочно нужно возвращаться и найти ту стерву! Мистислава Пирожкова могла специально притвориться больной, а значит и попытаться попасть к моей жене. Вот только зачем? Для чего травить работодателя и устраивать покушение на чужую семью с придворными? Не понимаю. Что-то во всей этой истории не сходится. Остаётся только понять, что именно.
Путь до нужного места не занял много времени. Но я никак не ожидал того, что в реестре высших не будет данных о виновной. Так или иначе, ей бы пришлось оставить отпечаток своей ауры, но его не оказалось. Поспрашивав персонал, я не добился ничего, кроме раздражения с их стороны.
— Дейсон, — окликнул меня Мант Игнатович. — Что вы здесь делаете?
— Ищу кое-кого, — сжимая кулаки, произнёс я и напомнил лекарю. — Через тринадцать дней моя очередь находиться с Асей. Другим стоит отдохнуть и вернуться на свои места.
— Понимаю, — кивнул старик. — А кого вы ищете, может, я смогу помочь?
— К сожалению, ваши люди ничего не знают, — стараясь сохранить спокойствие, вымолвил я. — Поэтому не стоит. Аура никогда не врёт.
— Вы правы, — согласился Мант, отворачиваясь. — Но помните истину, что тайное рано или поздно становится явным.
Он ушёл. Хотелось рвануть вслед за ним и попасть к жене, но понимал, что сейчас не время. Я должен раскрыть это дело любой ценой, пока не поздно, до пробуждения любимой.
Заметка четырнадцатая Чувства есть у каждого
Тринадцать дней пронеслись, словно миг. Я ни на шаг не приблизился к разгадке. Смерть и вовсе бесследно исчез, а его покорные слуги пожимали плечами, говоря: «Авось в мир к людям отправился». Жизнь пару раз навещала, оставляя еду и передавая новости об Асе, неоднократно предлагала, чтобы я остался, а она сама бы последила за ней. Но я отказался от подобной идеи, потому что абсолютно не понимал её причин помогать мне.
Каким же оказалось моё удивление, когда я увидел брата Жизни около супруги. Не знаю, сколько он там пробыл и что сделал, но любимая очнулась. В какой-то момент пришлось его отпустить, но я найду его, во что бы то ни стало, и тогда он так просто не сбежит от ответов!
Межмирие преподносило неожиданные сюрпризы и отнюдь не добрые. Словно непрерывная череда непроизвольного невезенья. Хотелось рвать на себе волосы от всего, что узнавал. Невольно потребовалось просить помощи у Манта с проклятьем, которое и вовсе никак не могло попасть в мир людей, но было наложенным на жену.
На этом судьба не остановилась, а подкинула очередную подлянку. Когда я услышал голос мамы, то не поверил свои ушам. Совсем не хотел, чтобы она знала обо всём, что в настоящее время происходит. Страх, что мама не примет наши отношения или наоборот обидится, что я не поделился с ней радостью, не давал сконцентрироваться на происходящем, как надо.
Тогда я принял решение о побеге с лекарского крыла. Воины не бегут, но отец успел вовремя. Чувствую, ему не поздоровится, ведь он скрыл от мамы её беременность. Ох, что же будет, представить страшно. Зато есть время приготовиться к приезду родственников, если им, конечно, это взбредёт в голову сделать.
Вернувшись домой, не смог сдержать себя и поспешно накинулся на Асю. Хотелось целовать алые губы, прикасаться к нежной коже, слышать прерывистое дыхание и понимать, что она тоже соскучилась по мне во всех смыслах.
— Ах, — простонала Ася.
Я улыбнулся, прекрасно чувствуя, как любимая девушка тает от ласк в моих руках. Краем уха услышал приближение Дружка. Чёрт! Мне бы рассердиться, но не смог. Специально подразнил мою девочку, после чего приготовился встретить живность.
Сооби и сойтару — души собак и волков. Существует две разновидности: первые, сооби, — живущие в нашем мире изначально, как Дружок; второй вид, чрезвычайно опасный для всех — дикие сойтару — жестоко убитые животные, чья душа изранена. Их трудно приручать, сложно добиться доверия. Мало кто может найти на них управу и мало кто знает правду о них, как бы то ни было прискорбно.
— Дружок, — подозвал я живность, и та с большой радостью забралась на руки, издавая некие булькающие журчания.
До сих пор поражаюсь, как Микки удалось помочь сооби перейти на новую ступень настолько быстро. Но благодаря именно ей он научился трансформироваться в нужное время без тяжких последствий для других форм жизни.
— Погладишь? — спросил я, наблюдая за реакцией Аси. Я уже было начал переживать, как бы моё предложение её не обидело, но она согласилась.
— Обалдеть! — воскликнула жена, с удовольствием лаская Дружка. Я даже позавидовал ему малость, и в то же время радость согревала что-то внутри меня.
— О чём призадумалась? — спросил я, заметив на лице Аси глубокую задумчивость.
— Что никто не виноват в том, каким появился на свет, — в ответе звучала некая вина. Хотелось спросить, почему же она винит себя, но вместо этого прошептал на ушко:
— Ты маленькое чудо!
— Не шути, — отмахнулась девушка, и именно в этот момент её живот требовательно заурчал.
Чёрт! Совсем забыл!
Дружок почувствовал моё испортившееся настроение, осторожно соскользнул с рук и, весело журча, помчался на выход. Явно стресс хозяина решил заесть чем-то вкусненьким.
— Пошёл выпрашивать вкусняшки у Варвары, — произнёс я. — Она несколько дней назад вернулась. Если хочешь, можем последовать за ним, а то, боюсь, ему приспичит в пасти для нас всё принести.
— Согласна! — выпалила любимая.
Не доходя до кухни, уловил постороннее присутствие. Шум, грохот донеслись до слуха. Ругань Варвары не сулила ничего хорошего. Войдя внутрь, оказался ошеломлён. Та самая сойтару, попавшаяся на пути моих слуг: безошибочно узнал ту по цвету и запаху.
— Ты! — взревел я.
— Господин, — залепетала Варвара. — Вы не серчайте на них. Я сама, конечно, не видящая, но думаю, вы поймёте её. Она лишь второй день, как питаться начала. Вот он и не смог сдержаться, привёл опять в мои просторы.
Не знаю, как, но я сумел удержаться от необдуманных действий. Дружок загородил девочку собой, пытаясь защитить. Но одно моё слово, и он беспрекословно повиновался, отступая.
За секунду пересёк небольшое расстояние между нами. Я посмотрел существу прямо в многочисленные глаза. Заглянул настолько глубоко, что смог увидеть, словно собственными глазами, достаточно чёткую картинку:
Ада всегда радовалась, видя хозяйку. Тот день не являлся исключением. Собака понимала, что скоро родит, поэтому не отпускала девчушку от себя никуда. Начались роды, поначалу всё шло хорошо. Родилось пять маленьких щенят, пищащих и ищущих соски. А вот последний никак не хотел появляться на свет.
— Здравствуйте, Оливия Валентиновна. Можете помочь? И аптечку захватите, пожалуйста, — обеспокоенно говорила девушка кому-то, ходя взад-вперёд. — Спасибо, сейчас дверь открою. Войдёте.
Она отлучилась совсем ненадолго. Раздался болезненный крик, что-то упало. Ада с трудом поднялась, принюхалась и залаяла: в доме находился он нехороший человек.
— Ах, ты ж с… — её хозяйку приволокли за короткие волосы, она плакала, по лицу стекала струйка крови из разбитого носа. — Ника, заткни псину!
— Ада, — всхлипнула девушка. — Лежать…
— Гав, гав! — Ада зарычала, хотела выгнать его.
— Никогда не любил эту тварь, — прозвучал выстрел, собака повалилась, заскулив. Ещё несколько точных попаданий, и новорождённые щенки медленно умирали, а с ними и их мама.
— Нет! — Ника кричала, пыталась вырваться, но силы были неравны.
— Это ты виновата, гадина! — продолжал издеваться мужчина. В его руках блеснул перочинный ножик. — Пораньше не пошла, и я сбил другую. Ничего, и до неё доберусь. Если придёт в себя, убью, чтоб лица не вспомнила.
— Не над… — слова потухли. — Ааа…
Ада больше не могла видеть, но их крохотная квартира пропиталась запахом крови и смерти. Плохой человек ушёл, и никто не смог спасти их.