Любимая, останься (СИ)

– Велич – это тот, кто тебе нужен. В его силах прочесть, каждого в твоем замке. Велич сможет разглядеть в их головах даже то, чему они сами не придали значения. А уж если среди них есть предатель, велич вычислит его без труда. Никакая магия не в силах скрыть от велича то, что творится у человека на душе.
Генриха не надо было уговаривать. Он и так понимал, что велич – это шанс узнать, что же произошло с отцом. И он не раздумывая ухватился за этот шанс. Лайма потребовала за услуги кругленькую сумму и один из родовых артефактов. Но цена была для Генриха не важна.
Вскоре сделка состоялась. Это была странная сделка. Лайма получила затребованное ею вознаграждение, за что пообещала назвать место и время, где Генрих сможет встретить велича.
– В мои обязанности входит лишь доставить его туда. А дальше делай, что хочешь, – заявила Лайма. – Предложи работать на тебя. Пообещай золотые горы. Впрочем, можно и без гор. Поверь, добиться согласия будет нетрудно.
Лайма сказала Генриху приехать посреди ночи ко входу в Вальтанские пещеры.
– Там и найдешь велича.
Да, первая встреча Генриха с Мартой произошла именно здесь, где они находятся сейчас. Он приехал посреди ночи, как и договаривался с Лаймой. Сначала подумал, что та не выполнила обещаний. Никакого велича возле пещер не было. Генрих спешился, побродил вокруг, но так никого и не заметил. И тут его слух уловил тихий звук – едва различимый шорох, доносящийся из входа в пещеры. Он ринулся в темноту каменного коридора и обнаружил худенькую, напуганную, крадущуюся вдоль стенки девушку. Это и есть велич? Генрих почему-то думал, что речь про мужчину.
На пару мгновений ему стало все равно, велич перед ним или нет. Девушка явно нуждалась в помощи. Ее била крупная дрожь то ли от холода, то ли от страха. Нет, пожалуй, все-таки от холода. В пещерах было ужасно сыро, а на ней лишь тоненькое платье необычного фасона, похожее на нижнюю женскую сорочку. И, что еще хуже, босые ноги.
Он машинально стянул с себя тунику и протянул ей. Но она не взяла, лишь попятилась. Боится. Ему вдруг смертельно захотелось прижать ее к себе, согреть, успокоить.
– Доверься мне. Я не причиню вреда, – сказал как можно мягче, снова приближаясь к ней.
Она вскинула на него глаза. В полумраке пещеры, который разгонял лишь свет медальона, они показались ему бездонными омутами – пробрали насквозь непостижимой глубиной. Она перестала пятиться – будто смирилась с неизбежным. О да, убежать от Генриха у нее все равно не получится. Он сам накинул на нее свою тунику.
– Как тебя зовут?
– Марта.
– А меня Генрих.
Он не смог устоять перед непреодолимым желанием согреть ее. Прижал к себе: унимая ее дрожь.
 Глава 46. Как, когда, почему? 
Бадди настаивал убираться подальше от пещер, но Марта его уговорам не поддалась. Может, и не самый подходящий и безопасный момент, чтобы все вспомнить, но дальше тянуть категорически не хотелось. Пора было становиться собой. Собрать выпавший из головы пазл последних нескольких месяцев жизни, сделать выводы и стать, наконец, хозяйкой собственной судьбы – принимать решения, не позволять никому манипулировать собой.
Единственное на что согласилась Марта – это спрятаться в кустах и наблюдать за происходящим из укрытия. Бадди ворчал, что глупо было оставаться возле входа в пещеры – опасно.
– Надо было бежать, а то сейчас начнется.
Но зря он боялся. Ничего страшного не началось. Из пещер вышел Генрих. Один. И вид у него был отнюдь не воинственный. Он озирался по сторонам. Марта догадалась – ищет ее. И через пару мгновений их взгляды встретились. Это послужило толчком, необходимым, чтобы память ожила. Яркие картины ворвались в сознание. Марта видела, что Генрих идет к ней – и тут же остановила его. Пусть не приближается. Сначала она должна все вспомнить.
В глазах потемнело – это первое воспоминание. Жутковатые ощущения. Холодно, сыро, страшно. Марта в пещерах. В тех самых, из которых ее несколько минут назад вывел Бадди. Так вот где она встретилась с Генрихом впервые. Но как туда попала? Как ни силилась Марта, ей не удавалось воскресить в памяти предшествующие события. Все как в тумане. Вот она еще в родном мире – в офисе детективного агентства, в вот уже и в темных каменных коридорах, напугана и дезориентирована, движется по стенке на ощупь. В смутных смазанных кадрах подсказка – Лайма. Это она как-то причастна к тому, что Марта переместилась. Но подробности, видимо, придут позже – когда появится нужный толчок.
 
Пока же воспоминания влекли Марту дальше жуткими пещерными ходами в неизвестность. Она не могла понять, сколько времени шла впотьмах наугад. Прошло несколько минут, или несколько часов? Ей казалось, что где-то впереди она видит едва различимый отблеск света. В ту сторону и двигалась. Но отблеск дразнил ее – то появлялся, то исчезал. Марта начала впадать в отчаяние. Сможет ли хоть когда-нибудь выбраться из зловещего лабиринта. Или ей суждено заблудиться тут и пропасть.
Тоска и страх постепенно подступили к самому горлу. Марту знобило от холода и безысходности. И вдруг она услышала звук шагов. Страх усилился, но вместе с ним в сердце ворвалась радость – наконец-то, она здесь не одна. Марта настороженно разглядывала приближающегося мужчину. С его шеи свисал светящийся медальон. Тьма хоть немного рассеялась. Какое это облегчение – снова видеть, что вокруг тебя.
Чем ближе он подходил, тем большим доверием проникалась к нему Марта. Он выглядел благородно и мужественно, его уверенный чеканный шаг дарил успокоение. Наверно что-то похожее ощущают попавшие в завалы люди, уставшие от отчаянных попыток выжить, когда вдруг появляются спасатели. Именно так и воспринимала Марта подошедшего к ней мужчину – своим спасителем.
Спаситель представился Генрихом. Ему подходило это непривычное слуху Марты имя. В нем ощущалась сила и мощь, как и в самом обладатели имени.
Все еще обостренное чувство осторожности не позволило ей принять из его рук тунику, которую он на ходу стянул с себя. Тогда он сам накинул ее Марте на плечи. Мягкое тепло шерстяной накидки окончательно убило страх. Генрих просил довериться ему, и она доверилась. Он здесь, чтобы спасти ее.
Она не стала противиться, когда Генрих прижал ее к себе, чтобы согреть. Только в тот момент она осознала, насколько успела продрогнуть – холод просочился под кожу, сковал все тело. Марта благодарно впитывала ласковое тепло своего спасителя.
– Я отвезу тебя к себе, – сказал он, когда унял ее дрожь.
Она не стала возражать. Он вывел Марту из пещеры и усадил на коня, который поджидал поблизости. Следом сам вскочил в седло, и они тронулись в путь.
Понимала ли в тот момент Марта, что попала в другой мир? Ее сознание рвалось от необъяснимости происходящего. Почему она совершенно не узнает местность, почему Генрих одет необычно – будто герой исторического фильма, почему, в конце концов, они передвигаются на лошади? В привычной жизни Марты ничего этого не было, только мегаполис с его небоскребами, пробками, шумом, суетой. Где это все?
Еще больше она удивилась, когда дорога вывела их к небольшому каменному строению со всеми атрибутами средневековой архитектуры. Красиво, таинственно, и... совершенно не укладывается в голове.
Генрих назвал строение малым Йосменским замком. Прозвучало так, будто это всего лишь один из замков, а так-то у Генриха их несколько. Тогда Марта еще не знала, что так оно и есть.
– Сейчас он пустует, но завтра же я найму слуг.
Пара работников в замке все же была. Они быстро подготовили одну из комнат для Марты. Она была тронута гостеприимством Генриха, но с каждой секундой ей становилось все больше не по себе. Где она??? Марте срочно требовалось, чтобы кто-то внятно объяснил ей, что происходит.
Они с Генрихом разговаривали всю ночь, сидя в креслах у камина. Это был странный разговор. Марта окончательно убедилась, что находится не в земном мире. От такого легко впасть в отчаяние, но Генрих не дал – пообещал, что сделает все, что в его силах, чтобы помочь ей вернуться домой.