Параллельные миры: Предсказательница одиннадцати королей (СИ)

Один говорил второму, добавляя что-то от себя. Второй-третьему и снова со своими добавками. Третий-четвертому и так дальше, постепенно искажая правду, пока от неё ничего не оставалось. Люди сами сочинили слухи о девочке с кровавыми глазами, которая способна проклинать всего одним взглядом. Сами сочинили, сами боялись, а отвечать за их ложь приходилось мне. Возможно именно поэтому никогда и не обращала внимание на слухи, как к примеру, и сейчас. Как бы ужасны не были слова тех девушек, но я не верила им, хотя продолжала дрожать, находясь под впечатлением после фраз об отрубленных головах, выставленных на площади.
Они не желают покидать меня, как и эта маска.
У мужчины из моего сна она тоже была. Был трон, который говорил о том, что тот незнакомец тоже является королём. Слишком много совпадений. Но если это действительно был правитель кумихо, то как он очутился в моём сне? Я уверена, что никогда не видела его прежде. Не знала его, но даже если это он, то кровожадного убийцу в нём не видела. Слишком много боли в его глазах. Он скорее был похож на одинокого, потерянного мужчину. Или это моя иллюзия?
— Изабель, в чём дело? — строго произнёс Эгмунд, вернув внимание к себе. — Мы долгое время просто бродим, а ты будто ничего не замечаешь и молчишь.
Ирлинг не ругал меня, но из-за разговора тех девушек я совсем забыла, где сейчас нахожусь и с кем, и от этого стало стыдно. У нас свидание, а я думаю о другом мужчине.
— Простите. Задумалась о своём…
— Что случилось, пока меня не было? — настаивал он на своём, и я не собиралась скрывать правду. Честно.
Если тот мужчина действительно существует, и это правитель кумихо, то мне стоит всё рассказать истинным, чтобы понять, что всё это значит, и почему я видела незнакомого мне чел… незнакомое существо во сне?
Я расскажу им, но не сейчас, вечером. У Эгмунда день рождение, а своим заявлением испорчу и его праздник, и наше первое свидание.
— Там ничего важного. Это может и подождать, — попыталась улыбнуться ему.
Но мужчина всё ещё был напряжён. Его явно не устраивал мой ответ, и он повернулся к стражнику, которому я с благодарностью вернула его верхнюю одежду, и теперь Эгмунд выпытывал информацию у него.
Пока тот докладывал, что за время отсутствия короля ничего не происходило, я, прикусив язык, прожигала взглядом руку истинного.
Набрав побольше воздуха, я потянулась к нему и еле смогла сдержать улыбку, когда мне всё же удалось взять Эгмунда за руку, и это не было неприятно. Наоборот, стало спокойно и легко на душе.
Заметив, что мужчина крепче сжимает мою ладонь, я подняла голову и потерялась во внимательном взгляде Эгмунда.
— Сами же говорили, не отпускать вашей руки, — напомнила ему, его же желание.
Его взгляд смягчился, но он продолжал изучать меня.
Это читалось в глазах мужчины, а добрая и снисходительная улыбка смутили меня, заставив спрятаться за его спиной.
— Пока вас не было, я заметила парочку игр, которые хотела бы попробовать, — быстро перевела тему разговора, стараясь сосредоточить внимание на другом.
Ирлинг молча смотрел на меня, словно сканировал, и старался хоть что-то понять, но устало выдохнув, прекратил свои попытки. Да и вряд ли у него получилось бы, потому что в последнее время я сама себя не понимала. Моя привычная, ничем непримечательная, жизнь кардинально изменилась. Самое безобидное, что произошло со мной, это прогулка под руку с мужчиной, чего я не позволила бы себе месяц назад. Также меня мучали мысли о том, как сделать так, чтобы ему понравилось наше свидание. И если вначале я обдумывала каждое своё действие, чтобы не опозориться перед ним, то дальше всё происходило как-то само собой и я всё равно выставила себя не в лучшем свете.
Играя в тирах, Эгмунд везде побеждал и даже умудрялся успевать обучать меня, объясняя правила, но, в отличии от вечного победителя, у меня выходило не всегда. А если быть точнее, то у меня вообще ничего не получалось. Я даже при метании игрушечных ножей попала прохожему по голове, за что ещё долго извинялась перед ним, под непрекращающийся смех Эгмунда.
 
Под конец игр, мои руки ломились от количества плюшевых игрушек, которые Эгмунд выиграл для меня и которые позже забрал стражник, а мы с ирлингом, сидя на бортике фонтана, угощались пирожками и смотрели, как впереди танцуют пары.
Видя, с каким аппетитом мужчина ест, я невольно залюбовалась этим.
— Не думала, что короли едят простую еду, — прежде, чем я успела осознать, фраза сама вырвалась из губ
Но в моих словах не было злобы или ехидства. Я правда удивилась, когда Эгмунд предложил попробовать здесь еду. Мне всегда казалось, что королевские особы брезгают нечто подобным и придирчиво относятся к тому, что едят, но, кажется, ошибалась. А может, это у меня предвзятое отношение к ним?
— Чтобы лучше понимать своих подданных, каждый правитель должен знать, чем они питаются и как живут, — совершенно серьёзно ответил Эгмунд, и почему-то я была уверенна, что он не врёт. Правда так думает, чем и вызвал моё восхищение. — Тем более, если ещё и еда вкусная, — усмехаясь добавил последнее, заставляя смеяться в ответ.
Вот вам и король.
— Не хочешь потанцевать? — внезапно спросил Эгмунд, когда мы покончили с едой.
Музыка и смех заманчиво призывали присоединиться к веселью. Честно, очень хочется попробовать, но…
— Я не умею, — призналась ему.
— Там нет ничего сложного, — улыбнулся он, встав напротив меня с протянутой рукой, — лишь несколько движений, которые нужно повторять время от времени. Я научу.
Я ещё раз окинула танцующих внимательным взглядом и, прикусив нижнюю губу в сдержанной улыбке, вложила ладонь в руку довольного Эгмунда.
***
Эгмунд оказался прав. Танец действительно был несложным, движения незамысловатыми и простыми, но тем не менее живыми и задорными, а под зажигательные ритмы, которые отбивали музыканты, ноги и вовсе сами неслись в пляс, не желая останавливаться.
Совершенно забывшись и безудержно веселясь, мы с Эгмундом быстро вальсировали. Хлопали в такт на каждом кругу, при этом громко стуча каблуками, а когда он подхватил меня по бокам и закружил в воздухе, хотелось закричать от дикого восторга.
Но всё прекратилось, когда настал момент обмена партнёрами.
Мне казалось, что раз прикосновения Раяна и Эгмунда не вызывают во мне отторжения, то все страхи позади и я могу спокойно взаимодействовать с остальными, но, когда посторонний мужчина взял меня за руки, тревога резко вернулась назад. Та, которую я испытывала от прикосновений любого мужчины и от которой, как мне казалось, я излечилась, ведь с истинными подобного ни разу не испытывала. Рядом с ними я чувствовала себя комфортно, а их прикосновения мне были приятны, они вызывали желание возвращаться к ним постоянно, что нельзя сказать про мои чувства сейчас.
Моим новым партнёром оказался молодой, светловолосый мужчина с доброй улыбкой. Мы повторяли с ним точно такие же движение, что и с Эгмундом, но те чувства, которые я испытывала рядом с ирлингом, уже испарились.
Было неприятно и хотелось поскорее вернуться назад. Я остро ощущала себя не на своём месте, а танец постепенно превращался для меня в подобие лабиринта, из которого нет выхода. Партнёры постоянно сменялись один за другим, и в каждом следующем я надеялась узнать своего истинного, но разочарованно натыкалась на незнакомых мужчин. Я старалась не прекращать улыбаться и делать вид что мне весело, чтобы не волновать других, хотя всё чаще стала слышать вопросы о своём самочувствие. Даже предлагали присесть отдохнуть, но отвечала всем, что всё в порядке.
 
Очередная смена партнёров не предвещала мне ничего хорошего. Под конец становилось совсем плохо. Касания чужих мужчин становилось невыносимыми, а держать их за руку было невозможно. Я перестала понимать, что делаю и зачем. Нужно было останавливаться, но не знала, как. Перед глазами всё начинало расплываться, а ноги подкашивались. Стала оглядываться по сторонам в поисках Эгмунда, но танцующих было слишком много, и разглядеть его не получалось.