Свидание в морге (Сборник)

  
 Глава 27
 
Только я открыл дверь своего кабинета, как раздался телефонный звонок. Звонил Сэм Дресс.
— Ее нашли, Сэм?
— Ребята из патрульной машины видели ее. Она пыталась остановить автомобиль на Касик-стрит.
— В каком направлении?
— На север, ты не ошибся, мой мальчик.
— Они не видели, посадил ли ее кто-нибудь?
— Нет, они просто заметили ее. Они приняли ее за студентку или что-то в этом роде. Как ты думаешь, мне нужно объявить ее розыск?
— А что говорит по этому поводу помощник прокурора? Ведь она, в сущности, свидетель обвинения.
— Сейчас его нельзя беспокоить, заседание суда еще продолжается. Еще не закончен допрос миссис Майнер.
— Может быть, Молли просто вернулась к себе домой?
— А где она живет?
— В Пасифик Пэлисаде. Мне хочется съездить туда.
— А что если нам поехать вместе?
— Согласен, мы скорее доберемся туда на твоей служебной машине.
— Добро, через две минуты я буду ждать тебя у подъезда.
Сэм был асом за рулем, и большое движение не было ему помехой, так что мы прибыли на место меньше чем через час, даже не пользуясь сиреной. Мы оставили машину у станции обслуживания, в сотне метров от ателье Молли.
Дверь в ателье была приоткрыта. Выставленные в витрине портреты блестели под солнцем.
Я оставил Сэма на улице, а сам, стараясь не шуметь, вошел в студию. Из задней комнаты доносился разговор. Сперва был слышен голос мужчины, он говорил очень быстро, и я не узнал его.
— Половина, только половина,— говорил он,— это мое последнее слово. И при таких условиях это даже немного. Риск огромный!
— Риск? — возразила Молли.— Не смеши меня. Я тебе предлагаю десять тысяч. Бери или вообще останешься с носом.
— Этого мало! Кто согласится разбить себе башку за так?
— Господи, да тебе нечего будет делать! Я укажу тебе особу, и тебе только останется наложить лапу. Это не труднее, чем сорвать с дерева яблоко.
— Ха! Но ведь это преступление! Мне жаль тебя, малютка, но если ты не расщедришься, то ищи себе кого-нибудь другого. У меня нет желания гнить в тюрьме.
— Это вовсе не преступление,— возразила Молли.— Она украла эти деньги. Если мы отнимем их у неё, она не побежит жаловаться в полицию.
— Откуда я знаю!
— Уверяю тебя! Если она это сделает, то надолго засядет за решетку.
— Ты уже много раз говорила мне подобные вещи...
— Но на этот раз все очень серьезно. Деньги у нее, я уверена. Достаточно узнать, где она их держит, и отобрать.
— Да-а. Если даже твоя история правдива, я все равно не решаюсь.
— Ну, тогда пятнадцать,— сказала Молли почти умоляющим тоном,— но это только ради тебя.
— Двадцать пять и ни цента меньше. В конце концов это я все потеряю, если дело сорвется. У меня превосходная репутация, я солидный человек...
— Именно, именно. Ты выше всяких подозрений.
И даже если бы она пошла жаловаться в полицию, ты сумел бы оправдаться. Ведь ты же детектив.
Только теперь я узнал мужчину. Это был мой знакомец Бурк.
— М-м... Не нравится мне все это. Ради двадцати пяти тысяч я еще могу рискнуть, но ни цента меньше. Я могу все потерять...
— А я должна думать о своей карьере. Мне нужны деньги, чтобы купить себе достойное платье, и не одно. Мне же нужно показаться в выгодном свете.
— За двадцать пять грандов ты купишь себе множество платьев.
— А за пятнадцать ты уговоришь Кэрол вернуться к тебе.
— Двадцать пять. Итак, ты согласна?
— Приходится соглашаться, хотя это очень тяжело для меня. Что касается тебя, то ты просто грязный эксплуататор.
— Продолжай в том же духе, и я разрыдаюсь. Довольно болтать. Где эта женщина?
— В Пасифик Пенте. Я видела ее сегодня утром.
— Ты уверена, что это именно она?
— Ошибиться я не могла. Она сменила прическу и, конечно, постарела, но я бы узнала ее в любом виде.
— Ты ее видела раньше?
— Нет, но в этом не было нужды. Кэрри хранил ее портрет, который он сам и сделал. Когда он ушел, я нашла эту фотографию в ящике комода. Сначала я даже хотела разорвать ее на мелкие кусочки.
 
— Почему?
— Потому что она донесла на него в сорок шестом году.
— И поэтому ты так ее ненавидишь?
— Возможно. К тому же я не понимаю, почему это она должна выйти из этой истории с такими деньгами.
— Ты не даром стараешься, малютка!
— Нужда заставляет. Если кому и нужны деньги, то это мне.
— Дай мне ее фотографию,— сказал Бурк.— Я возьму ее с собой. И поторопись, не оставаться же нам здесь до тех пор, пока твои друзья из Пасифик Пента не пожалуют сюда!
Я осторожно взялся за ручку двери. Послышался скрип дверцы шкафа, потом Бурк поторопил Молли:
— Скорее!
— Ну, можно ли себе вообразить, чтобы мужчина так мгновенно влюблялся! — насмешливо произнесла Молли. — По красоте и эффектности она не стоит и моей лодыжки.
— Не сомневаюсь в этом,— саркастически заметил Бурк.— Дай взглянуть.
— Не будь таким грубым. Видишь... Даже Кэрри с его талантом не удалось придать ей обворожительного вида.
— А у него был талант?
— Это был настоящий художник! Но ты ведь не способен понять этого.
— Не смеши меня. Кэрри был мелким мошенником, а сама ты — маленькая, грязная девка,
— А ты кто?
— По крайней мере, я не строю себе иллюзий на этот счет. Теперь послушай меня хорошенько. Я спрячу тебя в одном месте в Бэнисе. В маленькой квартирке над гаражом, рядом с федеральным шоссе,
— А где гарантия, что ты вернешься?
— Может быть, я и подонок, но всему есть предел. Потом, у меня здесь контора.,, А ты совершенно уверена, что деньги у этой рыжей?
— Ни у кого другого их быть не может, Только теперь она уже не рыжая. Она больше не красит волосы, теперь они у нее седые.
— А где я ее найду?
— Я объясню тебе по дороге. Нам лучше всего поехать через Сенльведи: за большими дорогами, наверное, ведется наблюдение.
— Это не имеет значения. Я скажу, что задержал тебя и хочу передать в руки властей.
— Но я даже не уверена, что меня разыскивают. Я ведь не была арестована. Я ничего плохого не сделала.
— Уверен в этом. Ты просто ангел у нас,
— Заткнул бы лучше свою пасть.
В этот момент я открыл дверь. Бурк увидел меня и сунул правую руку под пиджак, но я не мешкал. Прыгнув, я врезал ему левой под ложечку, а правой нанес удар в челюсть. Он издал какой-то удивленный звук и упал к моим ногам. Во время этого представления вошел Сэм и вынул из его скрюченной руки маленький револьвер.
Молли попыталась открыть дверь, которая вела на пляж, но засов был слишком тяжел, и его заело. Когда я подошел к ней, у нее уже не было сил даже выругаться. Я толкнул ее к Сэму, только тогда она начала кричать и вырываться.
Я вернулся к Бурку. Он по-прежнему валялся на полу без сознания. Пришлось поднять его за отвороты пиджака, посадить на стул и обыскать карманы. Найти фотографию было делом нетрудным. В тот момент, когда я взял ее в руки, Бурк открыл глаза и издал глухой стон.
Фотография была размером девять на двенадцать, артистически подкрашенная, но немного выцветшая. Можно было различить краску на губах и тусклую подкраску волос.
Это была Эмми Майнер.
  
 Глава 28
 
Приехав в Пасифик Пент, мы узнали, что допрос Эмми закончился и ее отпустили. В тот момент, когда я вошел в зал заседаний суда, помощник прокурора как раз выходил оттуда. Судья решил, что Майнер был виновен. Чтобы не пускаться в долгие объяснения, я сунул ему под нос фотографию Эмми и передал под стражу Молли.
От швейцара Дворца правосудия я узнал, что Эмми вышла из здания в два часа и что ее поджидала миссис Джонсон. Я посмотрел на часы. Было десять минут четвертого. Я зашел в кабинет Дрессена и набрал номер Джонсонов. Мне ответил Джемми:
— Хэлло! Это ты, мама?
— Нет, малыш. Я думал, что мама с тобой дома.