Свидание в морге (Сборник)

— Я категорически запрещаю!
Джонсон сделал несколько неровных шагов, потом оперся о край стола.
— Я не допущу ни малейшего риска для жизни малыша. Вам придется сперва перешагнуть через мой труп.
Он задыхался, миссис Джонсон подошла к нему.
— Не беспокойся, дорогой,— сказала она.— Мы не пойдем против твоего желания.
Зейфель подошел ко мне и прошептал на ухо:
— Спросите его,- сколько . времени он собирается ждать. Я думаю, ситуация очень серьезная.
— А почему вы сами не спросите его об этом?
— Он не хочет слушать меня, я уже пробовал. Если же я буду настаивать, он придет в ярость.
— Сколько времени вы собираетесь ждать, мистер
Джонсон? — громко спросил я, но, сдавшись под умоляющим взглядом его жены, тут же добавил:— Я уверен, что вы совершаете ошибку, но против вашего желания ничего делать не буду.
— Только бы вы посмели! — он с трудом поднял голову.— В письме похитители обещали вернуть малыша сегодня. Я сделал все, что они хотели. Теперь их черед выполнять свои обещания. Я дам им время до полуночи...— он бросил злобный взгляд в сторону миссис Майнер.— Вы слышите?
— Да,— тихо ответила она.— Обещаю вам не уходить отсюда. Только ведь Фред...
— Что Фред?
— Он тоже исчез.
— Я знаю это, миссис Майнер. Если бы я думал, что он замешан в это, я бы...
Он задохнулся от возмущения.
— Дорогой, тебе нужно немного полежать,— вмешалась его жена, взяв его под руку. Увлекая его к двери, она продолжала: — У тебя был такой тяжелый день! Тебе просто необходим отдых.
— Я не хочу ложиться,— протестовал он.— Я все равно не в состоянии сейчас отдыхать...
Однако он последовал за женой.
Зейфель смотрел им вслед. Когда они скрылись, он тяжело вздохнул.
— Ну и ну, старина! — сказал он мне.— Что за дела! Абель может в любой момент окачуриться. Эмоции ему категорически противопоказаны, а тут похищение сына... Мне пришлось чуть ли не на руках выносить его из поезда, в Сапфир Бич.
Он вынул носовой платок и вытер лоб.
— Не вызвать ли его врача? — спросил я.
— Эллен сделает это; если будет нужно. Она весьма опытная сиделка. Ведь это она выходила его после тромбоза. По-моему, она замечательная женщина.
Его последнее замечание мне не понравилось, но я промолчал.
Миссис Майнер принесла в гостиную, куда мы перебрались, кофе. Веки у нее были, красные и опухшие, взгляд устремлен в пустоту. Энн обошла стол с тарелкой сандвичей в руках и сунула ее буквально под нос адвокату.
— Не хотите ли закусить, мистер Зейфель? — спросила она.— По-моему, вы голодны;
Краска смущения уже сошла с ее лица, оставив на щеках два красных пятнышка.
— Спасибо, Энн,— он взял сандвич и посмотрел на его содержимое.— О, отлично! Моя любимая рыба. Но что вы делаете здесь, дитя мое? Вас пригласили на должность кухарки?
— Эти сандвичи готовила миссис Майнер,— возразила она смущенно.— А что касается меня, то я помощница мистера Кросса, если вы это забыли.
Он снисходительно похлопал Энн по плечу, надкусывая сандвич прекрасными белыми зубами.
— Что нового произошло после нашей последней встречи, Энни? — спросил он, проглотив первый кусок.
— Не называйте меня Энни,— возмутилась она.— Я ненавижу это имя!
— Ну, мисс Дэвон, если вам это больше нравится... Вы, кажется, не на шутку рассердились? Я вас обидел?
— Вы прекрасно знаете, на что я сержусь.
— Знаю?
— Вы солгали мне вчера вечером. Вы сказали, что встречаетесь со своим клиентом, а на самом деле обедали с миссис Джонсон.
— С миссис и мистером Джонсон,— уточнил он.— Они действительно мои клиенты.
— Ненавижу адвокатов! — заявила Энн.— Послушать их, так они всегда правы.
Я заметил, как по ее щеке скатилась слеза и упала на сандвич.
— Если вы намерены продолжать выяснение отношений, то я могу подождать в машине, пока вы кончите,— предложил я.
Зейфель самодовольно посмотрел на меня.
— Мне очень .жаль, старина. Не обращайте внимания, мы с мисс Дэвон постоянно ссоримся. С самого начала нашего знакомства.
— Могли бы найти для этого более удачные обстоятельства.
 
Он сделал безразличную мину, а Энн, не говоря ни слова, вышла на кухню. Зейфель пожал плечами.
— Женщины! — сказал он.— Они все одинаковы.
— Энн Дэвон — одна из самых очаровательных женщин, каких я знаю.
— Я вполне разделяю ваше мнение, но она, так же, как и другие, не умеет владеть собой. Вам не кажется?
— Давайте переменим тему.
— Как вам угодно, мой дорогой...— он перестал улыбаться и деловым тоном продолжал: — Что вы намерены делать, мистер Кросс?
— Ждать.
Но до полуночи еще слишком много времени. Благоразумно ли это?
— Мы не можем поступить иначе. Джонсон может просто не выдержать приступа. К тому же малыш уже ничем не рискует. Если они собирались его убить, тб уже сделали это.
— Вы что, серьезно?
— Я опасаюсь этого. Ребенок очень живой и развитый. Он несомненно способен многое заметить, и они рискуют, что он опознает их. Джемми был бы прекрасным свидетелем обвинения.
Ужас Зейфеля был очевиден, но хладнокровия он все-таки не потерял.
— Надеюсь, что Фред Майнер не связан с ними,— неожиданно сказал он.— Как вам, наверное, известно, я был по просьбе Джонсона его защитником.
— Я тоже на это надеюсь и полагаю, что не только мы с вами на это надеемся. Кстати, мне хотелось бы узнать о некоторых деталях этого дела. Никакого сомнения в его виновности не было?
— Ни малейшего. Он даже не отрицал своей вины.
— И вы совершенно уверены, что это был несчастный случай?
— Я никогда и ни в чем не бываю абсолютно уверен, ответил он, глядя на меня исподлобья.— Я довольствуюсь тем, что принято называть разумными доводами. А в этом несчастном деле есть все основания полагать, что виновник — Фред.
— Жертву так и не опознали?
— Насколько мне известно, нет. Правда, я в последнее время не видел Дрессена... Сэм Дрессен, помощник шерифа, должен был заняться опознанием. Но он просто старый неудачник. Он умудрился так снять отпечатки пальцев с трупа, что их вернули из Вашингтона как непригодные для идентификации. Тело было погребено и унесло свою тайну в могилу. Когда я в последний раз видел Дрессена, он продолжал свои поиски. На одежде погибшего была метка из химчистки, и Сэм обещал известить меня, если что-нибудь выяснит.,
— И никаких известий?
— Пока ничего. В этом отношении Фреду повезло: если бы личность погибшего была установлена, ему так легко не отделаться бы. Родственники погибшего обычно оказывают очень большое давление на суд.
— Странно, что никто не опознал тело. Неужели у пего совсем ничего при себе не было? Ни портфеля, ни бумажника? Или водительских прав?
— Совершенно ничего. Можно сказать, что этот тип уничтожил все свои документы, прежде чем окончить жизнь под колесами «линкольна».
— Вы его видели?
— Да, в морге...— Зейфель поморщился.— Зрелище не из приятных, если сказать честно. Вместо лица буквально кровавая каша. Врач сказал, что он умер сразу... Было установлено, что он был молод, примерно моего возраста,— он прикрыл глаза.— Неужели вы думаете, что между этими происшествиями есть связь?
— Майнер замешан в обоих. Разные поступки одного и того же человека так или иначе связаны.
Зейфель поднял руку.
— Только без философии... А теперь, старина, я должен покинуть вас. Я завтракаю в городе и уже опоздал на полчаса. Днем вы всегда можете застать меня в моей конторе.
— Вероятно, я появлюсь у вас.
— Буду ждать.
Он уже хотел выйти, но я задержал его.
— Джонсон положил пятьдесят тысяч возле газетного киоска?
— Конечно. Я ездил вместе с ним, но оставался в машине.
— Как он сумел так быстро получить нужную сумму?
— Ну, иногда бывают дела, которые надо проворачивать очень быстро, и на такой случай у него под рукой всегда есть деньги..,. Я убегаю.
Сделав приветственный жест, он ушел, а я прошел в столовую. Стол был накрыт на три персоны. Там были яйца и ветчина, тосты и варенье. Однако никто не притронулся к завтраку.