Бездыханные (СИ)

Я дернулась от неожиданности. Крис пару секунд помолчал, потом продолжил:
— Чтобы узнать обо всем, мне пришлось вызвать Кристофера. Так как на тот момент в теле был я, он все видел. Когда он в теле, я могу слышать все, что он скажет. Поэтому мне пришлось убить себя. Кристофер мне все рассказал. Когда я узнал, что убил тебя, я сначала не поверил, но еще не растаявшая жажда, пылающая глубоко в моем разуме, была хорошим доказательством. А потом он рассказал, как ты вернула меня в сознание. Хех, интересный способ, но, думаю, это был первый и последний раз, когда он сработал. Дважды такой трюк не пройдет.
— И все же я до сих пор не пойму, почему ты избегал меня?
Внезапно Крис резко повернулся, взял меня за шиворот и притянул к себе. Его нос почти коснулся моего, а в синих глазах вспыхнул бешеный гнев.
Следующие его слова отдались в моей голове эхом.
— Потому что я ненавижу тебя.
Я содрогнулась. Его дыхание попало мне в легкие. Когда он взглянул мне в глаза, внутри меня опять забурлило странное чувство. Ответный гнев, с примесью странной, чужой мне похоти. Противные человечности чувства, готовые в любую секунду вырваться наружу в совершенно непредвиденной форме, о которой мне даже думать не хотелось.
К счастью через полминуты Крис отстранился, и чувства, словно по чужому велению мигом исчезли, оставив после себя лишь неприятный осадок.
— Ты?.. — я не знала что сказать.
— Когда я был в том состоянии, ты была ближе всего, поэтому я и убил тебя. Если бы ты была простым человеком, я бы успокоился. Но ты бессмертна. Сколько бы раз я тебя не убивал, ты не умрешь. Будучи в том состоянии, я не понял этого и посчитал, что ты уже мертва, но когда ты набросилась на меня, я понял, что тебя не так просто убить. Из-за этого я и возненавидел тебя.
— То есть сейчас ты хочешь меня убить? — тихо спросила я.
— А толку? Ты ведь все равно не умрешь. То существо понимает это и не нападает. Оно просто излучает злость, а его злость передается мне.
— Существо?
— Да. Оно есть не только во мне, но и у Мелори, Данте, Рейна, и даже у тебя.
— Во мне есть такое? — ужаснулась я. — Но откуда?
— Оно в тебе с того самого момента, как ты стала умершей, — пояснил Крис. — Думаешь все так просто? Стала бессмертной, сильной, ловкой, и все что ты отдала — была твоя смерть. Не душа, не тело, просто возможность умереть. Тебя спас сам Дьявол, поэтому твое существование в его руках. Раз твоя душа теперь заточена в человеческом мире, ему не осталось ничего другого как сделать тебя одним из его приспешников.
— То есть ты хочешь сказать, что за то чтоб спастись мне пришлось… 
— Стать демоном, — закончил он за мной.
Я прижала руки к груди. Отсутствие сердцебиения меня не удивило. Внезапная ненависть, порывы злости, ужасные противные ощущения, огромная сила — все объяснилось. Теперь моя душа стала двухсторонней медалью: с одной стороны была я, а с другой то, что во мне.
— Значит, то существо, о котором ты говорил, был не какой-то монстр, а твоя демоническая сущность?
— Я не знаю. Мелори и Данте почти ничего об этом не говорят. Но я уверен, внутри нас скрыто что-то ужасное, что постепенно лишает нас человечности. — Крис сжал в руке лист, который секунду назад упал ему на ладонь.
Я начала обдумывать все сказанное им.
— Но как ты пробудил эту силу в себе? — спросила я.
— Как? Я просто поддался, — объяснил парень, — Когда ты очень зол, или очень расслаблен, или находишься на грани отчаяния, эта сила, этот демон начинает захватывать тебя. Ты чувствуешь огромную ненависть ко всему, и у тебя появляется желание убивать. Ты становишься сильным, просыпаются инстинкты. Можно противостоять этому, а можно поддаться. И если будешь невнимателен — демон захватит тебя. Если это случится, очнуться очень сложно.
Я задумалась. Действительно, моя сила и ненависть появлялись только тогда, когда я была либо слишком зла, либо в отчаянии.
— Значит, в тот момент ты просто потерял контроль?
— Да. Я просто еще слишком слаб, чтобы полностью сопротивляться своему внутреннему чудовищу. Даже Мелори это дается немного сложно. О Рейне я вообще не говорю. А вот Данте…  Сколько я его знаю, он всегда прекрасно совладал со своей демонической сущностью. Когда он пробуждает ее, то даже не теряет рассудок. Иногда мне кажется что он и демон это одно целое.
 
— Данте? — переспросила я. — Как по мне он не очень похож на демона. Скорее наоборот.
Крис нервно засмеялся.
— Ты мало его знаешь. Когда Данте в гневе — он ужаснее любого демона. Когда он злится, демоническая сущность срабатывает сама собой, будто она и есть его гнев. Даже Мелори старается не злить его. Но это еще не все. Иногда в Данте просыпается настоящий животный азарт. Он может запугивать свою жертву, играть с ней, как хищник с едой, пока та не выдохнется и не вымолит о пощаде. И под жертвой я подразумеваю настоящего врага, а не игровую цель.
— Правда что ли? — я удивилась. — Никогда бы не подумала. На вид он такой добрый. Кстати об играх! — воскликнула я. — Ты что, с ума сошел?!
— Чего? — удивился Крис.
— Тогда, когда ты играл в твистер с Локки, на кой черт ты себе руку сломал?
— А, это. Привычка. Мы когда-то часто играли в нее с Мелори и остальными, и знаешь, чтобы победить нужно было мухлевать. Мы все мухлевали, — равнодушно пожал он плечами.
— Но остальные ведь не знают о том, что для тебя сломанная рука сущий пустяк! — взбесилась я, — Они были очень удивлены.
— Не все. — Парень нахмурился, — ты ведь слышала, что сказал Локки. Он узнал, что я жульничаю.
— Ну…  конечно узнал, — неуверенно произнесла я.
Все-таки Крис же не знает, что его тайна уже известна Локки.
— Думаю, он пошутил, чтоб вывести тебя из равновесия.
— Думаешь? Ну да ладно. Сейчас меня это не волнует.
Крис закинул голову назад и взглянул на небо. Я сидела, и обдумывала все, что он сказал. Тут возле моих ног что-то зашуршало. Я опустила взгляд и увидела, что прямо возле меня, в листьях копался ворон. Я не испугалась, напротив, я любила ворон. Вольные птицы: летают, где хотят, делают что хотят, не боятся холодов и не ищут теплых мест. Мне почему-то нравилось слышать их карканье — оно меня успокаивало.
Однажды в младшей школе мы всем классом пошли в зоопарк. Там было много животных со всей земли, но меня привлекла только одна клетка. Огромный крук, размером в половину меня сидел в маленькой клетке, в которой он мог, разве что, только развернутся. Он пытался расправить крылья, бился клювом о клетку и иногда громко выкрикивал. Когда я подошла к клетке, крук остановился и стал внимательно смотреть на меня. Казалось, что он хотел показать свое величие, что он даже в этой ситуации остается гордой птицей.
Я подошла к нему настолько близко, насколько этого позволяло ограждение. Мы долго смотрели друг другу в глаза. Наверное, в тот момент я и полюбила этих птиц. Но в итоге я так и не увидела остальных животных. Когда же мне сказали что экскурсия окончена и пора уходить, я до самого выхода смотрела на крука. В самый последний момент я мельком увидела, что он опять начал биться в клетке. Тогда я почему-то заплакала. Я была маленькой, и мне стало жаль птицу. Меня пришлось утешать всему классу.
— Красивый, — прошептала я, глядя на ворона.
— Любишь ворон? — спросил Крис, увидев предмет моего внимания.
— Угу.
— Это хорошо. В твоем-то состоянии.
— О чем это ты? — я перевела взгляд на парня.
— Оглянись.
Сказав это, он указал куда-то вверх. Я взметнула голову и увидела, что на каждом дереве возле нас сидит как минимум по четыре ворона. Сзади нас, на траве, их было тоже не мало. Меня это не удивило.
— Ну, сейчас ведь осень. Их тут много.
— Уверена? — он внимательно посмотрел на меня. — Взгляни куда они смотрят.
Я удивилась, но последовала его указанию. Вороны над нами, позади нас, даже тот, что был возле меня, без сомнения, все они неотрывно смотрели на нас.