Мой непокорный вампир (СИ)

— Ой!
— А теперь считайте от десяти до одного.
— Десять, девять, восемь, — машина мягко тронулась, я отвернулась от улыбающейся медсестры и посмотрела на вампира. В отличии он девушки, он не пытался претворяться: его лицо было обеспокоенным и серьезным. Уголком уплывающего сознания я поняла — он беспокоится за меня, и постаралась улыбнуться ему. — Семь… шесть… — Вампир перехватил мой взгляд и тоже улыбнулся — правда, довольно натянуто, а затем бросил странный взгляд на Алину и принялся снимать куртку. Он все-таки тоже ранен? — Пять… Че…
Я спала, и мне снились волшебные сны. Будто я плыву по теплому, соленому морю. Я была на таком, правда, не море, а озере. Вода там настолько соленая, что не нужно прикладывать никаких усилий, чтобы держаться на поверхности — вода сама выталкивает тебя. А когда высыхаешь, все тело покрывается соляными узорами, словно деревья зимой — инеем.
Вот и сейчас я плыла, не прикладывая никаких усилий. Горячая, плотная вода подталкивала меня к поверхности, нежно поддерживая спину, голову, колени. Было так уютно и приятно нежиться в ее объятиях. Но я зачем-то решила открыть глаза.
Это была кровь. Я плыла в море крови. И эта кровь была злая, чужая. Я чувствовала ее злую волю. Как только я поняла это — она тоже почувствовала меня. И расступилась, лишая своей поддержки. Я ухнула вниз, словно камень в пруду, чувствуя, как горячая густая жидкость смыкается над моим телом, как она захлестывает лицо, затекает в рот и нос, душит меня…
Я хотела закричать, но лишь вдохнула глубже эту злую кровь, задохнулась, начинала кашлять — и только глубже и больше глотала, вдыхала вязкую, противную субстанцию. Я билась, боролась, изо всех сил пыталась выжить… Но силы покидали меня, и очень скоро я вынуждена была смириться. Смириться с тяжестью во всем теле. Смириться с горящими огнем легкими. Смириться и умереть. Опуститься на дно этого кровавого моря… Я умерла во сне.
И проснулась.
И закашлялась, на самом деле подавившись — но чистой, теплой водой. Я судорожно хватала воздух ртом, пытаясь вдохнуть побольше, и, наконец, отдышалась. И посмотрела вокруг.
Я была полностью раздета и лежала в ванне, полной теплой прозрачной воды. Судя по интерьеру, данная ванна находилась в моей собственной квартире. Рядом стоял вампир, он осторожно поддерживал меня и поливал из душа. Видимо, неосторожным движением он плеснул воды мне в лицо — так я объяснила себе виноватое выражение на его лице. Я села в ванне, вытирая мокрое лицо руками, и опустила душ под воду — меня раздражал его шум.
— Я… — Почему-то я начала говорить раньше, чем придумала, что же хочу сказать. Собралась мыслями: — Где я? Что случилось? Почему?.. — и я замерла с открытым ртом.
У меня ничего не болело. Медленно, не веря своим ощущениям, я подняла руку на уровень глаз. Чистая, нежная кожа. Ни единой царапины, а ведь кисти рук пострадали очень сильно. Нога! Я подняла ногу из воды и повертела стопой. Усомнилась в собственных воспоминаниях, и вытащила другую ногу. Но она была ничуть не хуже первой: чистая, гладкая кожа. Никаких синяков или ссадин. Никаких переломов, никакой боли. Уже зная, что увижу, я, забыв о стеснении, встала и потянулась к зеркалу на стене. Мое лицо ничем не отличалось от обычного. Наоборот, кожа словно светилась, будто покрытая лучшими нюдовыми шиммерами, глаза блестели, а губы были мягко-алого цвета. Я никогда не выглядела так хорошо.
Вампир чуть заметно пожал плечами:
— Если ты уже можешь сама стоять, может, выберешься из ванны, оденешься, и мы поговорим? Кофе, чай?
— Правду!
Усмехнувшись знакомой мерзкой ухмылкой, вампир кинул мне огромное пушистое полотенце и вышел, тихо прикрыв дверь.
— Решил, ты захочешь немного перекусить. Приготовил бутерброды. Твой кофе.
Я взяла протянутую чашку и сделала осторожный глоток — мало ли, вампир все же древняя нежить, понимает ли он толк в латте? Но волновалась зря — горячая волна ароматного кофе приятно согрела меня и заставила закрыть глаза от удовольствия. Я ощутила едва заметный, тающий вкус миндаля и специй, и кивнула вампиру:
 
— Недурно. Где ты так научился готовить кофе?
— Люблю его и готовлю последние лет сто. Вот и научился, — оскалился в улыбке кровосос. Конечно, кофемашины делают все проще — но лишают процесс души.
— Кстати, о душе. А у тебя она есть? Или ты — живой мертвец без души?
— Фи, какая банальность, — вампир скривился, точно укусил лимон. — Я такой же живой, как и ты. Просто обладаю измененным организмом и некоторой долей магии.
— Магии? — Моему скептицизму не было предела.
— Магии! — Рявкнул вампир, неужели я его разозлила? — Как можно признавать существование вампиров, и не верить в магию? Вот же он я, перед тобой — настоящее волшебное существо!
— Волшебные — эльфы с крылышками и всякие там садовые гномы. А ты — обычный мужик. С длинными зубами, сильный и быстрый. С горой денег, видимо. Больше ничего волшебного я пока не заметила.
Вампир отставил свою чашку и принялся ходить по комнате туда-сюда. Лицо его было очень недовольным.
— Тебе так дорог статус магического существа? — Меня эта ситуация ужасно рассмешила, я даже немного забыла о недавней встрече с монстром. — Ну так покажи мне волшебство. Сотвори чудо. Превратись в туман, стань летучей мышью. Скастуй файербол, в конце концов, — я искренне рассмеялась, даже бутерброд отложила. А получилось вкусно, надо сказать, все как я люблю — грудинка, моцарелла, много зелени и чесночный соус. Присмотревшись, я увидела в надкушенном бутерброде вампира тот же состав.
— Вот даже чеснок тебя не пугает. А ведь его действие на вампиров — настоящая магия. В отличии от протыкания колом — от такого любой человек легко умрет. — Я деловито жевала, не понимая, почему вампир вдруг остановился, словно врезался в стену. А когда поняла — и сама чуть не подавилась.
— Вампир! Кол! Ты проткнул ту тварь! Колом! Это был вампир?.. — на минуту я забыла дышать, и теперь резко втянула в себя воздух и закашлялась. Боже. Нет, скажи мне, что я ошиблась, пожалуйста, пожалуйста!
— Это был упырь…
Слова вампира неслись мне вслед — я бежала к унитазу, спеша расстаться с прекрасным кофе.
Рыдая и обнимаясь с унитазом я провела, наверное, не меньше получаса. Пустой желудок скручивали яростные спазмы при любой мысли о твари, а истерика накрывала сознание душной горькой волной, заставляя рыдать и выть. Неужели это ждет меня? Стать такой ужасной тварью? Дождаться кола в грудь и меча, срубающего голову с плеч? Я никак не могла примириться с этой мыслью. Действительно, лучше самой убить себя, если…
Но я смогла взять себя в руки. Никаких «если». Вампир будет моим. Он завершит ритуал. Я стану прекрасной навеки и обрету магическую силу.
Умывшись как следует холодной водой и почистив зубы, я вернулась в комнату. Мысленно сжала кулаки и зубы, а снаружи только мило улыбнулась вампиру и взяла чашку с холодным кофе.
— Рассказывай, все от начала до конца.
И вампир начал долгий рассказ.
…Виктор всегда был довольно легкомысленным. В те времена, когда его обратили в вампира, подобное привело бы его к скорой смерти или участи еще худшей. Но на его счастье, леди Мария увидела на улице хорошенького оборванца, и приказала слугам привести его в замок.
После хорошей помывки, облаченный в одежды, которые не посрамили бы и принца, Виктор стал настоящим ангелочком: золотые локоны, нежно-голубые глаза с длинными ресницами, пухлые розовые губки.
Мария уже тогда была старой. Точнее, она была древней. Свой род она вела из Древнего Египта, и, проживая в Англии, питала некую слабость к редким тут золотоволосым юношам.
А возраст малыша ее вовсе не смущал — пусть даже ждать пришлось бы десяток лет, они лишь мгновение в жизни древней бессмертной.
И вот уже Виктору исполняется восемнадцать. Растет он, подобно нежной розе в теплице: надежно защищен от всех бед. Любимая Мари — к тому времени леди Мария перебралась во Францию после волнений Семилетней войны — решала за мальчика любые проблемы: что надеть, что есть на обед, какие книги читать, какие балы посещать. И добилась абсолютного послушания и контроля. Впрочем, это ее полностью устраивало.