Корректировщик (СИ)

Чай, кофе — и на кассу.
С браслета слетел полтинник. Я даже сам удивился таким чумовым растратам. Одно радует — счет не мой, а клановый. Точнее — офшорный. Еду мне пока оплачивают — и на том спасибо.
Вызвал беспилотное такси, загрузил туда покупки и отправился домой. С грустными мыслями о кастелянше.
Как выяснилось, грустил я напрасно.
Сыроежкин заработал себе новые очки в раздувшуюся карму — спустился на первый этаж и уговорил тетку выдать мои вещи. Мол, человек устал с дороги, отдыхает, попросил друга помочь. Расписался вместо меня и притащил всё наверх. Включая два полотенца.
Провизию я сразу отнес на кухню.
Холодильник впечатлял габаритами. Серый четырехкамерный исполин, занимающий треть дальней стены. Две камеры пустуют. В морозилке — замороженные остатки фарша и упаковка блинчиков с мясом. Дополняю набор своими приобретениями и забиваю оледеневшую пещеру до отказа. В нижней камере обнаруживаются остатки вареной колбасы, пластиковый контейнер с картофельным пюре и четырьмя котлетами, шоколадные рулетики и коробка с апельсиновым соком. Меня воротит от химозных соков, друзья. Так и знайте. С негодованием перемещаю «сок» на дверную полку, пюре и варенку — в самый верх. Размещаю провиант на стекле, яйца укладываю в специальные углубления. Фрукты и овощи — в выдвижные контейнеры.
Еще десять минут уходит на исследование кухни и раскладку круп. Чай с кофе — в верхний ящик. За этим делом меня и застает Виталик.
— Мороженое в холодильнике, — сообщаю ему, щелкая кнопкой электрочайника. Заварник уже наполнен душистой смесью, произведенной, если верить упаковке, в Грузии.
Шаги за спиной.
Возглас:
— Чувак, ты хочешь пережить Апокалипсис?
— Это на полторы недели.
Кухня уютная.
Ламинат на полу, рядом с плитой и рабочими поверхностями — кафель. Кухонные шкафчики — нейтрального серого цвета. Обеденный стол с массивной закругленной столешницей. Угловой диванчик граничит с холодильником. Плюс четыре мягких табурета.
Пока закипал чайник, я занялся изучением инвентаря. Микроволновка в наличии, а вот посудомоечная машина отсутствует. Придется составлять график дежурств. Имеются кастрюли и сковородки, посуда и столовые приборы, разделочные доски и ножи. Чашки, опять же. С логотипом «Заратустры», какая прелесть.
Я уже говорил, что у каждой стихийной школы собственный герб? Не дворянский, разумеется, это же организации. Просто символ, не обладающий юридической силой. Так вот, в «Заратустре» это — Фаравахар. Окрыленное солнце, олицетворяет власть и божественное происхождение. Изначально Фаравахар связывался с Ахура-Маздой, но я слышал и об альтернативных значениях.
Фаравахар — на всех кружках.
А еще — на футболке Виталика.
— Где ты футболочку раздобыл? — наполняю заварник кипятком. — На распродаже?
— Почти угадал.
— Серьезно?
— На официальном сайте Четырех Столпов. У них там раздел с атрибутикой есть.
— Ого! — восхитился я. Торговать футболками и кепками на образовательном ресурсе — это мощно.
— Заказываешь через онлайн-форму, — продолжил развивать мысль Виталик, когда за окном кухни послышалось слабое жужжание. — Ставишь отметку, что заберешь на месте. Платишь по факту.
— Здорово, — оценил я и поставил перед соседом кружку с крепко заваренным грузинским чаем. — Угощайся.
Сыроежкин всё это время сидел за столом и поглощал мороженое. Перед ним медленно, но верно накапливались обертки.
— Ты куда?
— Сейчас вернусь. Где у нас база для дронов?
— На балконе, — последовал ответ с набитым ртом.
Логично.
Жужжание безошибочно указывало на прибытие моего заказа.
Аппаратная платформа действительно обнаружилась под навесом. Проектировщики присобачили модуль к стене так, чтобы дроны могли совершать вертикальные посадки и стыковаться с силовой рамой. Именно стыковаться, потому что центральная часть у зарядного квадрата отсутствовала. Я быстро смекнул — почему. Коптер, ведомый встроенным борт-навигатором, опускается на зарядную станцию, фиксирует себя и начинает пополнять запас энергии. Коробки, доставленные машиной, спускаются вниз на выдвижной платформе.
 
Огонь.
Похоже, операторы тут не заморачиваются управлением. Вносят с пульта конечную точку полета, а дроны сами выбирают оптимальный маршрут и несутся к зарядным станциям по указанному адресу.
Две полыхающие жаром пиццы.
Переплачено совсем чуть-чуть, зато какая скорость!
Как вы уже догадались, действовал я через приложение «Перекус». Удобная штука, надо взять на вооружение.
Возвращаюсь на кухню.
— Убирай мусор, Сыроежкин.
— Ух ты! — сосед начал смотреть на меня, как на неведомое божество. — Как здорово, что ты мой друг, Кен!
И когда это мы успели друзьями стать?
Выдавливаю из себя улыбку.
Мусорное ведро и пакеты хранятся на кухне. В нижней секции гарнитура, рядом с мойкой. Сыроежкин молниеносно сгребает бумажки от мороженого и отправляет их в небытие.
Пиццы — на стол.
Чай тоже.
Придвигаю табурет и устраиваюсь напротив соседа.
— Вкусно?
— Угу, — бормочет Виталик, успевший расправиться с половиной первого куска. Это «Карбонара». Впереди — «Гавайская», но я не уверен, что она придется по вкусу любителю вредной еды.
— У нас назрел серьезный разговор, Сыроежкин.
Такие темы лучше начинать под пиццу.
— Ради тебя — что угодно, Кен.
— Очень хорошо, — я потянулся за следующим куском «Карбонары». Вечерело. Окно кухни выходило на полигон, небольшой участок сосняка и волейбольную площадку. Сквозь лесополосу просвечивали далекие городские огни и темно-фиолетовое закатное небо. — Раз уж мы с тобой соседи, надо определиться с правилами.
— Хм, — последнее слово насторожило Виталика. — Правила?
— Да, — делаю глоток из кружки. — Никакого срача в комнате. Поддерживаем порядок. Убираем и моем посуду по очереди. Ты готовить умеешь?
— Смотря что, — уклончиво ответил Виталик.
— Разберемся, — отмахнулся я. — Научишься, если что.
— Я допоздна за компом сижу, — честно предупредил Сыроежкин. — Могу и в четыре лечь, пока каникулы. Тебе свет от монитора не будет мешать?
— Не будет. Главное — с наушниками сиди. Не включай колонки. Договорились?
— Хорошо.
«Карбонару» мы приговорили молниеносно. И тут же переключились на «Гавайскую». С курицей, ананасами и белым соусом.
— Я составлю график дежурств, — закрепляю успех первого раунда переговоров. — Завтра — моя очередь.
— Отлично, — обрадовался толстяк, энергично двигая челюстями. — Я посплю.
— Завтра — исключение, — качаю головой. — Придется встать рано, потому что я ухожу по своим делам в город. Перед этим я покажу тебе комнату. Чтобы заложить стандарт.
— Не проблема.
Вот такой разговор состоялся накануне. Я знал, что после полуночи мой депозит пополнится двумя сотнями рублей. Их можно потратить на оружие. То, что доступно в качестве оружия в местных магазинах. Также я планирую масштабную закупку одежды и обуви — шопинг по традиции оплатят Друцкие. Я могу потратить на всё это час или весь день. Предсказать заранее невозможно.
Поговорим о вооружениях.
В Империуме аристократам доступны любые стволы, клинки, дробящие и метательные инструменты, луки и арбалеты, даже боевые роботы и авиация. Мещанам — только охотничье и спортивное оружие, там куча ограничений по джоулям и длине лезвий. Крестьянам — разве что вилы да вырубленные в ближайшем лесу дубины. В нынешней своей ипостаси я отношусь к категории мещан. Кроме того, мне нет восемнадцати. Означает ли это, что в драках я вынужден использовать только кулаки и магические умения? Нет, не означает. Потому что есть всякие полулегальные и нелегальные штуки, продающиеся в Сумраке. Спортивный инвентарь никто не отменял. Те же шесты или нунчаки. А еще лучше — тонфы. У меня и отмазка в случае чего есть — я намерен записаться в один из школьных клубов, культивирующих восточные единоборства.