Корректировщик (СИ)

Отвечаю на незаданный вопрос.
Дирижабль реально может подняться в стратосферу. Корпус у этого монстра герметичный, в обшивке — куча утеплителей, полы с подогревом, система подачи воздуха и вывода углекислого газа. Почти космический корабль. Маломестный, на десять-двенадцать пассажиров. Больше и не требуется, мы же не собираемся перевозить весь клан.
Пропеллеры, кстати, поворотные. Как у конвертопланов. Этот факт положительно влияет на грузоподъемность и маневренность аппарата. При этом электродвигатель усилен кучей заклинаний, а разрядившиеся батареи можно переключить на солнечные панели, которыми усеяна верхняя часть обшивки. В теории такой агрегат, пробив облачный слой, может дрейфовать под солнцем неделями и месяцами в беспосадочном режиме. Правда, не представляю, откуда брать провизию и воду. Впрочем, стоп. Вода генерируется на борту, а холодильники можно затарить на год-полтора всякой заморозкой и консервантами. Так что к Апокалипсису, ежели такой случится, Друцкие готовы.
Спал я плохо.
Допоздна засидевшись в архиве, пересматривал альбомы со старыми фотографиями, на которых была запечатлена мама. Видеоролики и биографию Марии Константиновны скачал на планшет. Все физические носители информации были оцифрованы, что упростило мою задачу. Некоторые материалы я просмотрел прямо в архиве, подрубившись к проектору. В матери Сергея прослеживались типичные черты Друцких — стройность, высокий рост, горделивая осанка. Светло-русые волосы, тип лица — как у Лизы и Ани. Только глаза добрые. А в этих глазах — затаенная печаль и страсть к перемене мест. Я видел перед собой кочевницу, свободного человека, стремившегося к самостоятельному выбору пути.
Меня ссылали в Горно-Алтайск.
Иначе как ссылкой эту поездку не назовешь.
Между Питером и Алтаем — около четырех тысяч километров. Мне удалось выяснить, что Горно-Алтайск расположен в Бийском уезде Томской губернии. Городок совсем крохотный, восемьдесят тысяч душ. Причем большая часть этих людей — буддисты, философы-отшельники, а также ученики и преподаватели элитных старших школ для дворян. И вот здесь мы подходим к самому интересному пункту программы. Как вышло, что светская жизнь кипит в Питере, там же плетутся интриги и заключаются сделки, а обучение лучших из лучших вынесено в непонятную глушь? Только подумайте: затерянный в межгорной котловине городок, окруженный невысокими возвышенностями. Всюду — леса, дичь, первозданная природа. Горнолыжные курорты, турбазы и летние резиденции влиятельных родов. Коттеджные поселки, скиты отшельников. Это же Сибирь! Я — как декабрист после восстания. На площади полки, темно в конце строки…
Оказывается, Горно-Алтайск — средоточие силы. Концентрация взвеси в долине чрезвычайно высокая, а Источники старших школ не заточены под конкретные фамилии. Бери и пользуйся. Обретай просветление.
Магический дзен.
Я упомянул старшие школы не зря. Лидер клана всё же ухитрился разнюхать о моей разборке с отмороженными родственниками. Дед понял, что внучок применял техники, владеть которыми никак не мог. Кроме того, я уделал одного Ученика и двух Подмастерьев, что прибавило мне очков в глазах патриарха. В общем, вызвал глава рода своих сыновей, обсудил произошедшее и решил, что надо мне учиться, учиться и еще раз учиться. Вопрос в том — под каким именем. Сергей Друцкий без труда завоевал бы авторитет у преподавателей, завел полезные знакомства среди сверстников, наметил бы маршрут будущего карьерного продвижения. Вот только в столице могло запахнуть жареным. А выдавать меня властям никто не собирался. Поэтому — вжух! Легким мановением руки я превращаюсь в Кена Мори, прибывшего из Токио по обмену. Я — простолюдин, неожиданно открывший в себе таланты стихийника. Такое случается время от времени. Герба нет, сверхспособности — вот они. Получите, распишитесь.
Для поступления была выбрана старшая школа «Заратустра», культивирующая огненную стихию. Во-первых, мне пофиг на класс. Во-вторых, Друцкие — это воздух. Поэтому никто не станет искать беглого подростка в школе огня. В-третьих, у Константина Федоровича в «Заратустре» нехилые подвязки. Директор обязан Архимагу своим положением в обществе, а в прошлое тянется некая мрачная история. Так что по всем документам о зачислении и в классном журнале я буду числиться под именем Кена Мори. Администрация будет меня покрывать на протяжении трех лет, а потом выдаст аттестат на Сергея Друцкого. Или на Мори. Зависит от расклада в Питере. Дед уверен, что за три курса обучения разрулит ситуацию и подготовит почву для моего возвращения.
 
А что там с ранговыми сертификатами?
Я могу сдавать экзамены под личиной Кена Мори. Если захочу. Или не сдавать вовсе. Это условность, которая вообще никого не волнует. Лидеру клана нужны реальные бойцы, а не бумажки. Как это похоже на Россию-матушку…
Стоп.
Это же она и есть.
Дирижабль под покровом ночи вывезет меня из Питера и доставит на железнодорожную станцию Бийск. Там я сяду на поезд, как самый обычный пассажир, и отмахаю сто километров по Западно-Сибирской магистрали до злополучного Горно-Алтайска.
Ура приключениям.
А самое веселое мне «забыли» сообщить. Оказывается, «Заратустра» — часть образовательного комплекса под названием Четыре Столпа. Огонь, вода, земля и воздух. Угадайте, кто будет учиться у меня под боком, в школе «Аквилон»? Правильно — семнадцатилетняя Лиза. Несложно догадаться, что к нашей дружной компании через пару лет присоединится и младшая сестричка безбашенной блондинки. Даже не знаю, кто из них хуже.
Каюты располагались по периметру дирижабля. В центре проектировщики поместили кабину управления, совмещенную с обзорной палубой, зоной отдыха и барной стойкой. Ближе к носу вырисовывались спины пилота и навигатора, чье внимание было приковано к россыпи огоньков на приборной доске. Пол под ногами оказался прозрачным, а в стенах виднелись овальные абрисы дверей, ведущих в запертые каюты.
Пассажиров трое — я, Лиза и Кротов.
Сидим на закругленном кожаном диване. Наблюдаем, как огни имения «Звенящие кедры» проваливаются во тьму. Слева темнеет громада Финского залива. Чернота водной глади медленно превращается в свинцовую серость. Это потому, что сейчас пять утра. Рассветные сумерки.
Мне хочется кофе.
Или поспать.
Второй вариант даже предпочтительнее.
Дирижабль набирает высоту, одновременно смещаясь в восточном направлении. Лиза тоже не выспалась — она имеет растрепанный вид, лицо слегка опухло. Один лишь Кротов держится огурцом. Балагуром это молчаливое чудовище не назовешь, но от него так и несет бодростью.
Пожалуй, я могу применить «Телесный контроль». Для волхва — рядовая техника. Маги воздуха не имеют о «Контроле» ни малейшего представления, но Кротов может почуять подозрительную активность. Станет ко мне присматриваться, возьмет на заметку. Я уже говорил, что этот чувак владеет огненными техниками на уровне Магистра? Кротов — аристократ из разорившегося рода, он всю жизнь пробивался в люди без протекции. А как в Империуме можно сделать карьеру, если не обладаешь связями? Правильно — иди в армию и дерись в горячих точках. Чем Кротов и занимался, пока на него не обратил внимание мой дед. Я это к тому, что ранг и практические навыки руководителя СБ следует учитывать.
Топаю к барной стойке.
Ловлю на себе неприязненный взгляд Лизы.
Да, мы оба не в восторге от этого путешествия. К счастью, оно будет коротким. Гибридный дирижабль поднимется на тридцатикилометровую высоту и, разогнавшись до тысячи с лишним километров в час, покроет расстояние до Бийска… ну, часа за четыре. Максимум за пять, учитывая торможение и приземление. Билеты в купе бизнес-класса на поезд «Бийск-Горно-Алтайск» у нас уже есть. Отмечу, что еще лет десять назад ветка не была проложена, так что нам пришлось бы ехать в автобусе. Уверен, Лиза не понимает, почему мы не можем с комфортом долететь до загородного коттеджа Друцких или с понтом приземлиться прямо во дворе школы. Я понимаю. Чтобы не привлекать к своим персонам лишнего внимания. Точнее — к моей персоне.