Убийство по-домашнему

Я выпил джин одним глотком и кивнул Нетти в знак одобрения. Это явно доставило ей удовольствие, потому что она захихикала и сказала:
— Хорошо пошло, а?
— Святая правда, — сказал я, разглядывая бутылку и пытаясь тянуть время.
— Я стащила целую бутылку, — сказала она. — Немного спрятала для себя на потом. Но если вы захотите еще…
— Нет, Нетти. Большое спасибо. Пока что мне этого достаточно. — Я поднял на нее серьезные глаза и закончил: — Знаешь что, Нетти? Все в этом доме стараются помочь мне вспомнить разные события из моей жизни. Но до сих пор, честно говоря, только тебе одной это удалось.
— Мне, мистер Френд? — удивилась она, вытирая руки передничком, словно они были влажные, а я собирался пожать ей руку. Снова захихикала. — Каким образом?
— Может, помнишь, вчера ты говорила мне о прежней кухарке? О той, которую уволили в тот день, когда приняли тебя.
— Ах… — сказала она с легким разочарованием. — Вы говорите о старой Эмме!
— Эмма! — повторил я. — Я имел в виду именно Эмму, Нетти. Сразу после твоего ухода я вспомнил, что кухарку звали Эмма. А ты мне вовсе не сказала. Ты только в общем упомянула о прежней кухарке. Понимаешь?
Видно было, что Нетти не особенно интересует эта тема.
— Да, — сказал я. — Это очень важно, потому что это первая вещь, которую я вспомнил. — Я на секунду заколебался. — Это Эмма рассказала тебе о моей пьяной эскападе, верно?
— Да, сэр, Эмма.
— Подозреваю, что она обо мне не самого лучшего мнения.
Нетти скривилась.
— А, да что там Эмма! Сам папа римский для неё недостаточно святой! Да, она очень плохо отзывалась о вас, — со смехом сказала она. — В её глазах вы были большим грешником.
— А остальные члены семьи тоже?
— Ваша мама? Селена? Марни? — Нетти снова рассмеялась. — Это бездельницы, как она их назвала. Обычные проститутки. — Она кивнула. — Просто счастье, что Эмма ушла. Интересно, как бы она назвала меня, если бы осталась здесь еще на пару дней?
Я взял чуть влажную руку Нетти и пожал её.
— Ты мой друг, правда, Нетти?
— Друг? Конечно, я ваш друг, — с чувством воскликнула она. — У меня и у вас, мистер Френд, много общего. Можете быть спокойны. А может, еще один стаканчик джина?
Я покачал головой.
— Просто скажи, что говорила обо мне кухарка. Ведь если она в чем-то упрекала меня, то я, наверное, имею право объяснить тебе, что она была не права?
Мне показалось, что Нетти немного нервничает, когда она спросила:
— Что говорила о вас Эмма?
— Вчера ты упоминала, что она говорила о моем пьянстве сразу после смерти отца или о чем-то в этом роде…
Нетти внезапно рассмеялась.
— Ах! Вот вы о чем! Э… ничего особенного! В самом деле. Просто глупая болтовня.
— И все же я хотел бы…
— Так ведь в самом деле ничего особенного… — Она поправила волосы на затылке и снова рассмеялась. — Я думала, что лопну от смеха, когда она начала рассказывать. Она сказала, — Нетти сделала короткую паузу, — сказала, что все это очень странно — ваше пьянство и внезапная смерть хозяина. И что наверняка это вы отправили его на тот свет. Или если не вы, то в любом случае кто-то из них. — Она зевнула во весь рот. — Эта Эмма просто молилась на вашего отца! Считала, что он воплощение Иисуса Христа, вокруг которого кружат дьяволы. Если вас интересует мое мнение, то я считаю, что она просто-напросто была в него влюблена.
Возможно, это было следствием моей слабости, но я чувствовал, как элегантная пижама прилипает к вспотевшему телу. Нетти смеялась, когда Эмма говорила ей обо всем этом. Я бы тоже хотел иметь возможность так смеяться. Однако я не мог смеяться, потому что наконец напал на след, опирающийся, правда, на сплетни прислуги, но этот след мог логично объяснить мое присутствие в этом доме.
А если Френды действительно убили отца? И если приписали это именно мне? Я должен ждать здесь, заключенный в гипс, когда полиция придет арестовать меня как Горди Френда, убийцу собственного отца? Убить кого-то, а потом подставить беззащитного, ничего не подозревающего человека, страдающего потерей памяти, чтобы он играл роль убийцы… Разве это не поистине дьявольский план?
 
Я спросил Нетти, как бы между прочим:
— А ты не знаешь случайно, где сейчас может быть Эмма?
— Эмма? — Нетти подбоченилась. — Естественно, знаю. Не далее как несколько дней назад я столкнулась с ней в супермаркете на Коуст-Бульвар. Она работает в семье каких-то Кэртисов на Темпл-Драйв. Но это уже маразматическая старуха. Мистер Френд, она ведь такая старая, что ей уже, собственно, пора помирать. Лично я надеюсь, что не доживу до такой старости и умру молодой. — Она снова продемонстрировала розовые десны. — Быть старше шестидесяти? И никаких радостей в жизни? Нет, нет! Это не для меня!
Я чувствовал, как важно для меня, чтобы сюда пришла Эмма.
Если бы мне только удалось найти какой-нибудь правдоподобный предлог! И если бы Нетти смогла незаметно привести её сюда…
Я уже хотел что-то сказать, но Нетти опередила меня. В её глазах появился какой-то новый блеск, а когда она наклонилась ко мне, я отчетливо почувствовал запах алкоголя.
— Ну и ночка была у вас сегодня, мистер Френд!
— У меня? — Я продолжал прикидываться равнодушным.
Она наклонилась еще ниже. Теперь у неё в глазах были упрямство и злость, но я чувствовал, что это связано не со мной. Возможно, как Эмма, она не любила женщин из семьи Френдов?
— Я слышала, что вы проснулись очень перепуганный… Я обещала миссис Френд не говорить вам об этом, но раз уж мы друзья…
Она замолчала, потому что увидела, какое впечатление произвели на меня её слова. Она вот-вот уже должна была рассказать об этой странной старушке, но захотела еще больше разжечь мое любопытство, чтобы я вытягивал из неё словечко за словечком и тем самым дал ей возможность насладиться её же собственными неделикатностью и доверительностью.
— А, ты имеешь в виду мою сегодняшнюю ночную гостью? — сказал я, стараясь попасть ей в тон.
— Гостью? — скривилась Нетти. — Я бы не назвала её гостьей. Проснуться и увидеть над собой кого-то с такими пугающими глазами! Скандал — держать это в тайне от вас, потому что вы больны, и вообще…
— Так, значит, я не должен был ничего знать об этом?
— Нет. — Нетти смотрела на меня с беспокойством, словно боялась, что весь её захватывающий рассказ совершенно непонятен для меня. — Но все-таки… вы знаете или нет?
Вот удобный случай!
— В общем-то нет, Нетти. Не имею понятия.
— О чем ты не имеешь понятия, любимый мой?
Эта фраза, произнесенная тихо и деликатно, донеслась до меня от двери, как дуновение весеннего ветерка.
Я посмотрел поверх головы Нетти.
На пороге стояла миссис Френд — представительная, высокая, со своей милой улыбкой.
  
Глава 9
 
Нетти выхватила из моей руки пустую бутылку и неловко спрятала её под салфеткой. Её лицо покраснело от волнения. Миссис Френд подошла ближе, взяла меня за руку и улыбнулась нам обоим.
— Уходи, Нетти, — сказала она. — Наверняка ты нужна в кухне.
Нетти неразборчиво пробурчала: «Слушаю, госпожа», поправила белый чепчик на голове и, быстро схватив поднос, побежала к двери.
Было почти невозможно, чтобы миссис Френд не заметила неловкий маневр Нетти с пустой бутылкой. Однако не показала виду. В руках она держала небольшой пакетик из цветной бумаги. Присев на кровать, она вытащила из пакетика плоскую шоколадную конфетку с мятным привкусом и положила её в рот. Другой конфеткой угостила меня.
— Съешь, любимый. Не думаю, чтобы такая мятная конфетка могла сегодня повредить тебе, — сказала она.
Испытывая в душе сильные подозрения относительно всей семьи Френдов, я с трудом переносил её заботу. Уже так мало оставалось, чтобы я довел разговор с Нетти до счастливого конца, а теперь все пропало и эта женщина кормит меня мятными конфетками!
— Ах, эта Нетти, — сказала миссис Френд, — Марни клянется, что когда мы все ложимся спать, Нетти приводит к себе разных моряков. На твоем месте я не стала бы слишком доверять этой девушке, любимый.