Ты моя, Эмилия (СИ)

─ Ох, Эми, ─ машет рукой аптекарь, наконец, расслабившись. ─ Не бери в голову. Чему быть ─ того не миновать. В любой ситуации нужно оставаться человеком, иначе, чем мы тогда будем отличаться от «бездушных», ─ ну вот, сначала какие-то разбушевавшиеся в ущелье лыкасы, теперь, неизвестные и пугающие своим названием, бездушные. И куда меня занесло?
─ А теперь тебе нужно придумать правдоподобную легенду, так, чтоб комар носа не подточил, ─ с энтузиазмом продолжает Амадеус, блестя глазами. И я не могу не улыбнутся, видя такую реакцию и понимая, что добродушный старенький аптекарь оказывается весьма азартным человеком.
─ Меня терзают смутные сомнения, что вы с Мари уже ее придумали, ─ закусываю губу, чтобы вновь не улыбнутся.
─ А как же! ─ хмыкает дедушка. ─ Что нам старикам еще делать одинокими вечерами?! Лучше всего будет сказать, что ты родственница Мари, Эмилия Ливитт, это девичья фамилия жены. Родом Мариэн из небольшой деревушки Торн, в далеком графстве Сурри, поэтому вопросов возникнуть не должно. Поведаем всем, что ты вдова, была замужем за племянником жены, Эваном Ливиттом, а он и правда год назад погиб на лесопилке, и Мари ездила к нему на похороны. Больше у тебя в Торне никого не осталось, и мы предложили тебе переехать к нам, ─ мне на помощь в аптеке, Мари по хозяйству. К тому же тут для Есении школа есть, в отличие от деревни.
Я ошарашено киваю, и только успеваю следить за развитием мысли этого отчаянного старичка. А он, тем временем продолжает.
─ Это была простая часть твоей легенды. Теперь перейдем к сложной. Стража видела, что ко мне сестра пришла, а вот, что Эмилия приехала ─ никто. Придется тебе еще раз притвориться Сиршей.
Я пожимаю плечами, ─ надо так надо, и продолжаю внимательно слушать. План у Амадеуса шикарный и продуманный до мельчайших подробностей, вплоть до того, что одежду для меня и Сени мы будем покупать в соседнем городке, чтобы не вызвать подозрений, и куда якобы поедет аптекарь забирать родственницу жены с дочкой. На мои бурные протесты по поводу денег на все это, мой новоявленный родственник сказал, что это аванс за работу в его аптеке и больше даже слушать не стал.
  
Глава 4
 
Поездку планируем на следующий день на рассвете, чтобы утренние сумерки сыграли нам на руку так же, как и вечерние в прошлый раз. Загостилась сестра у нашего дедули…
Превращаем мы меня в Сиршу всем скопом, даже Сеня берет в нем посильное участие. Мне очень повезло, что я не велика ростом и вполне схожу за сухонькую старушку, но сестра Амадеуса гораздо объемнее и мы напяливаем на меня четыре юбки, укутываем талию и грудь пуховым платком, а сверху надеваем сорочку и жакет, а потом еще и плащ.
Есению вновь убеждаем поиграть в прятки и спрятаться под пледом в повозке. Я сажусь возле дяди Мади, как он попросил себя называть ввиду наших новообретенных родственных связей, наклоняю голову вперед и принимаюсь изображать сладко дремлющую старушку. А вскоре и вправду начинаю клевать носом.
Сквозь сон слышу, как Амадеус перекидывается парочкой фраз со стражником у ворот, вскользь упоминая, куда и за кем отправляется, за одно, мол, и сестру домой подбросит, и мы благополучно покидаем стены Колчестера.
Дорога в Рен, соседний городок, в котором сегодня на нашу большую удачу, проходит ярмарка, занимает около двух часов. За это время я успеваю чуть поспать, как и Есения, благополучно задремавшая под теплым пледом.
Беря во внимание количество повозок, всадников и пеших гостей, входящих в гостеприимные ворота города, я бесстрашно превращаюсь в близлежащем леске вновь в молодую, слегка старомодно, но вполне прилично одетую, девушку, и мы беспрепятственно минуем стражу, которая на нас, как и ожидалось, совсем не обращает внимания.
Я никогда не была на таких ярмарках, а Есения тем более. Глаза разбегаются от обилия людей, товаров, животных. Ото всюду слышатся крики, ругань, звонкий смех, ржание лошадей, хрюканье поросят, гогот гусей и прочие звуки, которые могут издавать животные, пригодные для продажи. Бегают дети, за ними обремененные сумками, мешками и корзинами родители, на площади выступает балаган.
 
Еська смотрит на всю эту бурлящую разношерстную толпу и едва не подпрыгивает от нетерпения. Она такая милая маленькая леди в детском платье Фионы и напоминает мне Алису из мультика. Для нее это все сказка, красивый сон, или внеплановые каникулы в экзотических краях. Приключение, которым можно потом похвастаться перед друзьями. А на отсутствие гаджетов и приспособлений, она не сильно обращает внимание. У нас и так не было ни планшета, ни сенсорного телефона, ни ноутбука, на которых можно играть в разного рода игры. Правда, имелся в наличии старенький телевизор с пузатым экраном, но у дочери и так хватает тут впечатлений. Тем более, что у нее внезапно появились бабушка Мари и дедушка Мади, о которых она так долго мечтала. Ну и платья, точь-в-точь, как у принцесс, а какая маленькая девочка от такого откажется?
Конечно, о том, что мы попали в параллельный мир, Есения знает, но относится к этому намного легче, чем я, ─ пресловутая гибкая детская психика. Эх, мне бы такую!
Мы оставляем тележку возле постоялого двора, где уже стоит с десяток таких, как наша, и идем гулять по ярмарке. В первую очередь Амадеус заходит в лавку фармацевта и покупает там какие-то очень важные ингредиенты и лекарства, а затем мы отправляемся за одеждой.
Мода в этом мире чем-то напоминает нашу конца девятнадцатого века. Платья и юбки не очень пышные, но обязательно длинные, разнообразные шляпки на голову, хотя вполне прилично ходить и без них. В качестве верхней одежды, как правило, используют длинные плащи с капюшонами, одевая под них, в зависимости от погоды, либо легкие жакеты, либо более теплые варианты.
Спустя полтора часа, утомленные хождением по лавкам, мы сгружаем наши покупки на повозку и Амадеус идет на постоялый двор расплачиваться за стоянку. Я стою возле нашей тележки, облокотившись на нее, и перевожу дыхание. Вот никогда не любила шопинг. Как люди могут в этом находить удовольствие? Есения крутится подле меня, вырисовывая что-то в пыли на дороге длинным прутиком.
Мне кажется, что я на минуту закрываю глаза от усталости, но за это время дочь успевает исчезнуть. Тревога холодной рукой стискивает мое сердце. В ужасе обвожу глазами окружающее пространство и немного успокаиваюсь, замечая дите, пытающееся выманить котенка, чуть поодаль. Но паника меня накрывает с новой силой, когда я понимаю, откуда Сеня пытается достать животное.
Маленький пушистый комочек преспокойно сидит под животом огромной черной зверюги, именуемой конем, а моя бесстрашная дочь лезет прямо под ее копыта. Конь нервно косит глазом и угрожающе притопывает ногами, ему явно не нравится, что какая-то мелочь посягнула на его личное пространство.
Внутри все обмирает от осознания опасности, и я, не задумываясь, кидаюсь к ребенку. Такое чудище затопчет и не заметит. В этот момент конь, решает, что с него достаточно, громко фыркает и поднимает передние ноги. Я понимаю, что добежать не успеваю, отчаянный крик рвется из горла, в то время как мою девочку за шкирку вместе с вожделенным котенком выхватывает мужская рука прямо из-под копыт раздраженной лошади.
Рука сея принадлежит громадному, закутанному с головы до ног в черный плащ джентльмену, который, все еще продолжая держать за шиворот свою добычу, моментально вычисляет мою связь с ней и целенаправленно шагает ко мне. Ребенок счастливо попискивает от подобного способа транспортировки и радостно болтает ногами. И как он сумел ее так ухватить, что ей довольно удобно, совершенно не больно и весьма весело?
 
─ Это ваше? ─ сует он мене в руки дочь, которая нежно прижимает к груди столь желанную животинку.
─ Мое, ─ хватаю Еську вместе с котом в охапку.
─ Смотреть надо за своим, ─ бурчит под нос человек в черном, разворачивается, вскакивает на чудовищного коня, который чуть не затоптал Сеню и невозмутимо уезжает. Железные нервы.