Подарок для Темного (СИ)
— Другую, — подсказал он. — Аро поцарапал другую вашу руку.
Ахнув, я закусила губу и подставила ему рану на своем запястье. Жаль, что мы не встретились в моем мире, где я была миловидной блондиночкой с красивым маникюром, модной стрижкой, одевалась в элегантные вещи и душилась дорогим парфюмом. Там я не упустила бы возможности пофлиртовать с этим обаяшкой.
Осторожно и немного трепетно смазав царапины, Эгорт обмотал мое запястье бинтом и затянул.
— Не туго?
Я мотнула головой. Даже если бы глаза на лоб лезли, не призналась бы. Я же девочка.
— Нормально… — ответила и прикрыла глаза. Это ужасно — говорить чужим голосом и жить в чужом теле. Словно воровка в клетке.
— Обычно Аро спокойный. Наверное, его что-то напугало.
Скорее всего, бедолагу кота испугала магия переселения душ, вот он на мне и оторвался за секунду до прыжка в окно.
— Ложитесь спать, госпожа Рия. — Эгорт поднялся, закупоривая баночку. — Завтра у нас долгий путь. Отправимся сразу после завтрака.
Уверять, что я не та Рия, которой он привык прислуживать, было без толку. Доказательства исчезли, а против меня выступал веский аргумент не желать участия в отборе невест — страх Алкарии перед темным лордом.
— Как долго нам еще ехать? — спросила я, всего на секунду задержав Эгорта возле себя.
— Два дня. — Он задул свечи, и темнота заговорила его голосом: — Не волнуйтесь, мы успеем в Ликроун до прибытия Дэлла Агосто и Линдала Бесстрашного.
Об этих именах Алкария мне не сообщила. Судя по фамилии, Дэлл Агосто был родственником жениха, а вот второй… Почему у него прозвище такое жуткое? Или напротив — рыцарь какой?
Я вскарабкалась на кровать, укрылась одеялом и попыталась последовать совету ушедшего Эгорта — поспать. У меня даже получилось закрыть глаза, но уже через несколько секунд они распахнулись. Как я могу спать?! Меня колотило от новостей и своей новой сущности!
Попробовала отвлечься на созерцание проулка, вид на который открывался из окна второго этажа, где располагалась моя комната. Холодный лунный морок, громкие пьяные голоса из бара напротив и запах лошадей — вот что встречало меня в этом городишке. Ни электричества, ни телефонов, ни интернета, ровным счетом — ничего.
Порылась в корзине с бельем, перебрав совершенно непривлекательные тряпки, и просто разревелась. Я всегда за собой ухаживала: салоны красоты, спа, фитнес. Я пользовалась лучшей косметикой, одевалась в самые модные вещи, коллекционировала туфли и украшения, собиралась покупать машину. И куда все это делось? Я застряла в отсталом мире, в теле колхозницы, с перспективой либо выйти замуж за какого-то морального урода, либо вернуться на свиноферму и до самой старости вкалывать на отца. Зря я упрекала себя за свадьбу с Максом. Даже мое скучное замужество было круче всего этого.
— Ну что опять? — тяжело вздохнул вернувшийся ко мне Эгорт.
Я хлюпнула носом, протянув:
— Я некраси-и-ивая…
— Госпожа Рия, вы прекрасно знаете, что над вами поработают оформители, прежде чем представить заказчикам. Пусть Айвор Агосто вас и не выберет, но на отборе будет полно именитых гостей. Кто-нибудь все равно вас заметит. Ведь главное — попасть в Ликроун. Редкая девушка уезжает оттуда незамужней.
Я завыла еще пуще. Я вещь. Кусок мяса, который кто-нибудь обязательно сожрет на предстоящем пиршестве.
Эгорт нервно поскреб бровь. Психологическая помощь от него — так себе.
— Хорошо! — сдался он. — Только пообещайте, что не сболтнете об этом своим родителям.
Я замерла, всхлипнув.
— Одевайтесь! — велел Эгорт и вышел.
Что он задумал, я не представляла. Но покинуть эти давящие стены хотела, поэтому выкопала из горы тряпок что-то похожее на платье. Лифчика и красивых трусов я не нашла, зато под руку попались нарукавники и накладки на задницу.
Я закатила глаза. Хорошо, что вместо пуш-ап ничего не нашлось. Грудь у Алкарии, надо признать, была аппетитной — упругой, высокой, аккуратной, что-то между «двойкой» и «тройкой». Хоть какой-то приятный бонус к основному «подарку». Ведь моя родная «единичка» была вообще не в кассу. Я даже подумывала о ее хирургическом увеличении после покупки машины. Надо же было на что-то отвлекать внимание в случае, если: «Ты че, дура, насосала?!»
Сняв с себя сорочку, я уронила челюсть. Вместо трусов на мне были смешные пышные шортики с резиночками, напоминающие детский подгузник. Буквально удар под дых. Для окончательного фиаско на отборе в них оставалось только тверк выдать.
— Это уже перебор, — психанула я.
Сняла их с себя и прямо на голое тело надела платье. Проблемой оказались пуговицы на спине. Пару нижних я застегнуть сумела, а выше было сложнее. Так руки выворачивать я не умела даже в новом теле.
— Эгорт! — окликнула я своего пока единственного знакомого человека в этом мире.
За дверью послышались шаги. Он вошел в комнату, уже одетый и собранный. Рубашка была прибрана под плотную расшитую почти незаметным узором жилетку, брюки заправлены в сапоги, волосы спрятаны под шляпу. А в руке он сжимал то ли куртку, то ли сюртук.
— Помоги мне… — Я повернулась к нему спиной, но он и с места не сдвинулся. — Пожалуйста…
Хрипло кашлянув, он неспешно и не совсем уверенно приблизился, в порошок стирая осколки зеркала подошвами сапог. Положил куртку на край кровати и осторожно, стараясь не прикасаться к моей коже, принялся застегивать пуговицы.
— Мне отвернут голову за это.
— За то, что помогаешь мне одеться?
— Это же покушение на вашу честь, — произнес он, все туже стягивая мою грудь тканью платья. — Почему вы сняли нижнюю рубаху?
— В смысле? Я что, платье на платье должна была напяливать?
Эгорт замедлился. Мой ответный вопрос его смутил. Но откуда же мне было знать, что здесь девушки как капусты наряжаются?
Он закончил возню с пуговицами, так и не прикоснувшись ко мне. Даже нарочно, невзначай. Похоже, определенные табу здесь впитывались в сознание с молоком матери.
Взяв свою куртку, перекинул ее через согнутую руку и кивком указал на дверь.
— Идемте. Хочу вам кое-что показать…
Я надела не самые удобные туфли с побитыми острыми носками и контрольный раз взглянула на себя в зеркало. Бесспорно, мне досталось сильное тело, годами тренированное работой на ферме. А еще теперь я была высокой, фактически — дылдой. На полголовы обошла бы Макса. Но рядом с Эгортом смотрелась очень даже достойно.
Вздохнув, направилась за ним к двери, где он вдруг остановился.
— Госпожа Рия, а перчатки, шляпа? Вы же не хотите, чтобы какой-нибудь случайный налакавшийся прохожий принял вас за шлюху? Ночь на дворе.
О как! То, что девушка леди, здесь еще приходилось доказывать.
Возвратившись к корзине, отыскала в ней тонкие перчатки с причудливыми бантиками на тыльной стороне ладони. Одну надела легко, а с другой пришлось повозиться. Бинт мешал. Попавшуюся под руку небольшую шляпу нахлобучила на лоб, из-за чего пришлось повыше задрать нос, чтобы взглянуть на Эгорта.
Улыбнувшись, он пальцем толкнул ее поля вверх и чуть скосил. Оказалось, головные уборы тут нужно носить под определенным углом.
Со своими скупыми знаниями, недополученными от Алкарии, я обязательно на чем-нибудь проколюсь!
Узкий коридор мотеля, где мы ночевали, вывел нас к лестнице, скрипящей каждой ступенькой. Словно владельцы этого средства размещения путников нарочно содержали ее в таком состоянии, чтобы никто не ускользнул незамеченным.
Стоило мне об этом подумать, как перед нами будто из-под земли появился усатый пузан, освещаемый коптящей масляной лампой.
— Сбегаете?
— Торопишь события. Мы еще никого не убили, — пошутил Эгорт, но при этом даже не улыбнулся. А у меня мороз побежал по позвоночнику. Веселенькие тут шуточки. — За вещами пригляди. Что-то пропадет, шкуру спущу, — угрожающе предупредил он толстяка, но напугал меня.
Эгорт пропустил меня вперед, позволив первой выйти на улицу. И хотя стены больше не ограничивали мою свободу, дышать полной грудью было тяжело. Платье сдавливало грудь. Наверное, шилось с целью лишний раз напоминать женщине, какое ей место отведено в обществе.