Золушка для сицилийца (СИ)

Я обреченно заламывала руки. Этот монстр узнал меня. Узнал. Но видимо сомневался. Никак не мог поверить до конца в то что это я.
Ведь то, что я оказалась в этом месте среди бандитов было невероятным чудом. И наша встреча и знакомство с Антонио походила на фантастический фильм.
На нервной почве у меня снова разболелась голова. Только я хотела стащить парик, как в дверь постучались.
Антонио глянул на меня с промелькнувшей паникой в глазах. На улице была уже глубокая ночь. Бежать с четвертого этажа было некуда.
— Дарио при мне уехал. Сказал, что у него дела. Это не может быть он! — не слишком уверенно заявил перепуганный Антонио.
Настойчивый грубый стук повторился.
— Не открывай, пожалуйста. Давай притворимся, что уже спим! — воскликнула я с мольбой в голосе.
Но мужчина обреченно покачал головой.
— Тот кто решился прийти в твою комнату, точно знает, что я у тебя и спать вместе с кузиной не буду. Лучше открыть. Иначе дверь все равно вынесут.
Антонио открыл. Я накрылась одеялом до глаз.
А дальше все происходило очень стремительно.
В комнату ворвались четверо мужчин. Они сразу оттеснили Антонио к стене. Он вырывался и говорил, что не понимает, что происходит. Играл до последнего. Кричал, что это аморально проникать в комнату к беременной женщине.
Я вжалась в стену и дрожала, как в припадке эпилепсии, наблюдая за всем происходящим.
Считала, что все! Хана! Дарио разоблачил меня.
Но вместо Брунетти в комнату царственно и вальяжно вошел Валенсо. С жуткой ухмылкой подошел к моей кровати, нависая надо мной горой. Угрожающе смерил меня своим орлинным взглядом, как мышь в поле. И резко сорвал с меня парик.
Я успела только взвизгнуть и схватить воздух над головой.
— Что… что вы делаете?! — кричала я, пытаясь отбиться от жестокого итальянца.
Он же молча и бесцеремонно вытащил меня из кровати. Одним движением разорвал на мне широкое платье, оголяя грудь в лифе и примотанную подушку. Посрывал с меня остатки одежды, доставляя невыносимую боль, когда ткань и скотч врезались в кожу.
Мне казалось, что хуже Дарио Брунетти не существует людей. Но Валенсо был и не человек. Очередной суровый монстр, свалившийся на мою бедовую голову.
Я стояла перед Валенсо в одном белье. Плакала очень громко, просто захлебывалась слезами.
Он же отступил и сел в кресло. Махнул своим людям, и Антонио выволокли из комнаты. Я услышала, как в коридоре его начали больно бить. Он старался не кричать. Но его мычание и звуки ударов, громкая брань наемников Валенсо, слова, что он предатель, и они его зароют живьем, холодила мою кожу.
— Пожалуйста… — молила я бездушного палача.
Валенсо рассматривал меня с брезгливостью и холодом во взгляде. Он был равнодушен к моим просьбам. Только сидел и молчал.
Наконец, он жестом приказал мне сесть. Я взобралась на кровать и укутала обнаженное тело в одеяла.
Продолжала плакать. Щеки и подбородок были мокрые, я громко шморгала носом. Что ж я такая глупая Машка?! Встряла по самые брови в очередное дерьмо!
- Слушай внимательно, Мария, — проговорил Валенсо ровным отточенным голосом. Таким, каким судья выносит приговор, — Я знаю, что тебя ищет Дарио и Арманд Брунетти. Ты сейчас в подробностях расскажешь откуда у них такой интерес к тебе. И не вздумай мне соврать. Потому что я уже поручил своим людям все выяснить о тебе!
 
Дьявол!!!Врать было бессмысленно. К тому же правда была очень простой — я для них никто! Игрушка, которую богатые дядьки потеряли и хотели ради забавы вернуть.
— Я…я понравилась Арманду Брунетти. Несерьезно, как развлечение. Ведь я простая переводчица, Мария Соловьева. А его дядю Дарио, это очень разозлило. Он пытался меня убить, — приврала я ради благого дела, — Но мне удалось сбежать. Антонио не знал кто я. Просто решил помочь. Пожалуйста, не убивайте его! — взмолилась я.
Валенсо раздумывал над моим скупым рассказом недолго. Затем выдал
— Предстанешь перед моим боссом. Он желает видеть женщину, которая задела его врагов!
Босс…враг Брунетти? Ох, час от часу не легче!
— Собирайся, мы вылетаем через двадцать минут. Оставаться здесь нельзя. Дарио вернется утром за тобой. Он почувствовал, как и я, что ты никакая не кузина Эмилия.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍
С этими словами Валенсо встал и пошел к двери. Остановился, открыв ее и добавил
— Не вздумай пытаться сбежать. Иначе я тебе переломаю ноги.
Он проговорил это холодно и отрешенно. Так, будто калечить людей — это его рутинная работа, сродни сбора мёда из пасеки. Пчелы жалят неприятно, но не смертельно. А он методично выбирает сладкую патоку из сот. Так и со мной, мои визги и мольба мешают сосредоточиться, но он меня все равно соберет и закатает в банку. Доставит к своему боссу.
Только Валенсо вышел, как я откинула одеяло и заметалась по комнате. Никакого оружия или тяжелых предметов не нашла. Уныло выглянула в окно с четвертого этажа. Деваться и бежать действительно было некуда. Поэтому я оделась в свой обычный сарафан. С жалостью посмотрела на парик и подушку. Они мне теперь не понадобятся. Конспирация бессмысленна.
На улице ночь. И меня снова воровали, чтоб увезти в неизвестном направлении. К мифическому врагу самого Дьявола!
  
Глава 29
 
Мария.
Валенсо доставил меня в дом очередного тюремщика Орсино Росси.
Когда я увидела этого мужчину, то невольно на ум пришло сравнение с хладнокровной рептилией. Внешне он был очень эллегантен и красив надменной холодной аристократичностью. Мужчина, античная статуя, без проблеска чувств и эмоций на лице. Сдержанное и отрешенное поведение не могло ввести меня в заблуждение относительно того, насколько он опасен. Орсино, словно медлительный спящий крокодил. При встерече со мной не пошевелился. Изредка моргал и его серые глаза, отливающие сталью, без особого интереса прошлись по моей фигуре и вернулись к лицу.
— Мария Соловьева, — тягучим глубоким голосом произнес он так, что мне стало стыдно, что я не какая то баронесса Элеонора Липхтенштейн. Как этот чопорный франт снизошел до простой Марии.
— Здравствуйте, — пискнула я. Очень было интересно, что этот мужик с печатью неунывающего садиста — мафиози уготовил для моей скромной персоны. Но в тишине его кабинета все вопросы казались неуместными. Чувствовалась нерушимая власть Орсино. Что говорить будет только он. И то когда сам того пожелает.
 
— Мария, отныне ты гостья в моем доме. Валенсо покажет твою комнату и привезет все необходимые вещи. Выходить за пределы моих владений не стоит. И пытаться сбежать тоже. Тем более это невозможно.