Под Прицелом (СИ)
— Хорошая попытка, Ямач.
— Ты точно подумала, что с ними всеми будет?
— Я только все время не могу понять одного.
— Чего?
— Зачем тебе все это? Противостояние, борьба? Тебе для самоутверждения надо одержать надо мной верх? Тебе недостаточно сделать меня своей собственностью, ты и умереть мне не дашь? — она повернулась и, как всегда, смотрела ему прямо в глаза.
— Чтоб не пришлось вышибить тебе мозги, я женился на тебе! Не логично после этого дать тебе умереть! Так что не надейся!
— Ну да, я ж для тебя как трофей, с которым никак не расстаться!
— Все! Пока я сам тебя не прикончил, я ухожу. Завтра врач сказал, тебя можно будет забрать. Так что утром едем домой, в Стамбул, — Ямач вышел из палаты и с силой хлопнул дверью.
Он был взбешён. Для него стало откровением, что она до сих пор не смирилась, ведь казалось что это именно так. Стало открытием, что ее положение настолько гнетет ее, что она не хочет жить. «Да что, девчонке, надо? Да любая была б счастлива, быть женой богатого бея!» Да у его жены нет той свободы, которая есть у женщин ее мира, но зачем она ей нужна? Зачем, когда он все для нее сделает и все за нее решит!
***
По возвращению в Стамбул, все было по-старому. Все по тому привычному кругу, который установил Ямач. Но слова Алисы не давали ему покоя. Она не улыбалась, была словно тень. Ее унылый вид удручал его. Однажды утром перед поездкой на работу, она сказала:
— Мне надо сегодня позвонить Косте. Сейчас.
— Сейчас у меня другие дела, к вечеру организую.
— Сегодня день смерти родителей. Костя не поверит, что я забыла. Мы всегда встречаемся в этот день на их могиле.
— Но это точно никак не возможно.
— Да, поэтому надо позвонить, чтоб он сам не стал искать меня.
— Хорошо. Вот ноутбук звони, а я сяду здесь — напротив. И помни, если что лишнее скажешь, то я просто выдерну вилку из розетки. Я вынул из ноутбука батарею. Ты поняла?
— Да.
— Звони!
Алиса зашла через Скайп и стала набирать знакомый номер. Пару гудков и Костино заспанное лицо появилось на экране.
— Привет, Костя!
— Привет, Лисенок!
— Как дела?
— Нормально! Ты как?
— И я нормально. Ты ж навестишь маму с папой?
— Конечно, милая! И от тебя принесу две белых розы, как всегда. Лучше расскажи мне, что там у тебя? Что нового?
— Все как всегда, Костя. Работа и ещё раз работа.
— Ну расскажи мне что-нибудь о личном, надо ж мне родителям рассказать. Одной работой ты счастлива не будешь! Может все-таки появился: какой парень на горизонте? И кстати где там твой дружок Виталик?
У Алисы задрожали веки. Она посмотрела поверх ноутбука на Ямача. Тот покачал головой, запрещая ей говорить о Виталике.
— Нет, никого нет. А Виталик куда то пропал, мы давно не общались. Я не знаю где он.
— Лисенок, прошу тебя постарайся впустить в свою жизнь ещё что-то или кого-то помимо работы.
— Костя, я что-то не вижу у тебя кольца на безымянном пальце, а по логике вещей ты бы должен вступить в брак первым. Так почему ты так настаиваешь, чтоб я это сделала? Покажи мне пример тогда, — она улыбнулась, и в этот момент Ямач увидел прежнюю Алису.
— Боже, да как ты могла подумать, что я говорю о замужестве! Я просто говорю об отношениях, о флирте, о здоровом сексе, в конце концов!
— Ой, Костя! Я ж не ты, я не могу, да и не хочу менять мужчин, так как ты меняешь женщин. И нашел о чем рассказать родителям, — она недовольно надула губы.
— Всё-таки ты ещё дурочка у меня! Ладно, наверное, для того чтобы понять о чем я говорю, нужно время! Хотя если ты не образумишься, то оглянутся не успеешь, а ты уже старая дряхлая бабулька, которая орудует скальпелем в больнице, — Костя изобразил бабульку при этих словах. Алиса засмеялась, — моя девочка, как же я хочу тебя обнять, — и Костя раскинул руки перед экраном.
— И я тебя! — Она сжалась, пытаясь не заплакать, — Кость, мне надо бежать. А ещё я накрасилась, и сейчас если я расплачусь, то придется краситься снова. Я опоздаю на работу.
— Хорошо, Лисенок! Знай, что я, мама и папа — мы все с тобой!
— И я всегда с тобой, Костя, даже если не рядом. — Алиса послала воздушный поцелуй в экран.
Ямач выдернул вилку ноутбука. Пару секунд они смотрели друг другу в глаза и молчали. И вдруг произошло то, что Ямач никак не ожидал. Она вдруг громко навзрыд зарыдала, закрыв лицо ладонями. Ямач растерянно стоял посреди комнаты.
— Хорошо, давай обсудим! Обсудим, от чего ты так несчастна? Чего я тебя такого лишил, что тебе настолько плохо?
Она не отвечала, пытаясь успокоиться и сдержать рыдания.
— Алиса, куда делась та уверенная в себе, жизнерадостная доктор?
— Может ты всё-таки ее убил в лесу, — прошептала Алиса.
— Ты ж говорила, что мне не запугать и не сломать тебя!
— Ты уже много раз это сделал. Я переоценила себя.
— Давай обсудим, что такое я у тебя отнял, что сделало тебя настолько несчастной?!
— Свободу, Ямач.
— Это я вернуть не могу! Но могу дать хотя бы по частям то, что ты вкладываешь в это понятие?
— Что, например?
— Как ты проводила дни, до того как в твоей жизни появился я?
— Не понимаю: о чем ты спрашиваешь?
— После работы куда ты шла? Что делала?
— Много чего!
— Подробнее, Алиса, подробнее.
— Ну… По понедельникам и четвергам ходила в фитнес клуб рядом с домом, а потом пила чай и болтала с подругами, по вторникам — в кинотеатр, в среду — в парк кататься на роликах с Ви…, - она осеклась и не договорила имя, — по выходным — ездила за город или спала весь день… Еще я никогда не врала брату и ничего от него не утаивала. Я не спрашивала ничьего разрешения. Я не общалась с людьми, у которых у каждого свой скелет в шкафу.
— Это ты о ком сейчас?
— О твоей семье.
— Хорошо. Уговорила. Сократим посещение семейных ужинов, до 1–2 раз в неделю. С утра будем определять, как проведем вечер вместе. Ты будешь иметь решающее право голоса в этом вопросе. По утрам будешь ходить со мной в спортзал. И на выходные будем уезжать из города. Куда — буду решать я. Так устроит?
— Это, конечно, лучше чем ничего. Но все это лишь иллюзия свободы.
— Я тоже не веду тот образ жизни, который я вел до женитьбы на тебе. Не провожу ночи в клубах, не привожу в дом женщин. Так что свобода у нас у обоих не совсем та, что раньше. Но меня это не угнетает, как тебя. Хотя надо признаться, воздержание не идет мне на пользу. Такого целибата у меня не было с армии, потому нервы ни к черту.
— Такой выбор ты сделал сам. А у меня выбора не было.
— Я дал тебе выбор.
— Ямач, это не выбор. Приставить мне к голове пистолет и сказать выбирай — это не выбор.
— Док, зачем обсуждать то, что давно произошло. Даже если б я хотел, я б уже ничего не мог изменить. Надо думать о том, как жить дальше. Я предложил тебе вариант, как сделать так, чтоб тебе перестать думать о том, как сдохнуть поскорее. Ты не принимаешь его?
— Принимаю, — она по-детски шмыгнула носом.
— Ну вот и славно. Сегодня вечером чего хочешь?
— В кино.
— Ок, попрошу Идиль, чтоб она сбросила расписание сеансов. Ты выберешь, что будем смотреть. Только выбери что — то без «розовых соплей», чтоб меня не стошнило в кинотеатре.
— А как быть с Костей?
— В каком смысле?
— Сколько я еще буду скрывать от него то, что произошло?
— Ты всегда будешь скрывать от него, то, что произошло, потому что последствия ты знаешь! А вот то, что ты замужем придется рано или поздно ему сказать. И скажешь ты ему об этом, тогда когда я пойму, что ты действительно стала мне женой.
— А если этого не произойдет никогда?
— Алиса, у тебя нет иного пути, потому это лишь вопрос времени, — отрезал Ямач.
Глава 13. Любовь волка.
Соглашение между Алисой и Ямачем дало свои плоды. Жизнь наполнилась красками и событиями. И хотя напряжение между ними никуда не делось, отношения стали более человечными, даже приятельскими. Ямач проявлял заботу об Алисе, а она, сама себе не признаваясь, ждала встречи с ним по вечерам. Утро же они бодро встречали вместе — тренировка и совместный завтрак на берегу моря. Возникшими переменами был недоволен Сердар. До появления Алисы в жизни Ямача он был единственным — кто мог изменить планы Ямача на день, да и на жизнь в целом. Поэтому потеря контроля над своим почти сыном и «правой рукой» не могла его устраивать. Он решил жестко поговорить с Ямачем: