И 8 (СИ)
В комнату вваливались остальные, Рэк и Ссака отдавали приглушенные команды, а я, медленно шагая, пересек комнату и глянул сквозь огромное обзорное окно.
– Охренеть… – невольно вырвалось у меня, когда я осознал увиденное.
– Вот дерьмо! – рявкнул вставший рядом орк – Суки траханные!
Протяжный тоскливый звук донесся прямо из окна и мне потребовалось пару мгновений, чтобы сообразить – на самом деле этот жалобный пронзительный стон доносился из скрытых под обзорным окном динамиков. Не успел затихнуть первый долгий стон, как раздались еще два, что слились в вибрирующий подводный вой.
– Охренеть – повторил я, прижимая испачканные в дерьме перчатки к чуть пыльному стеклу.
По ту сторону прозрачной плиты мимо нас медленно и беззвучно скользила гигантская светящаяся туша. Из-за свечения и странных наростов я не смог опознать мгновенно, но затем все же сумел различить местами знакомые с детства очертания огромного силуэта. Расположенный горизонтально хвостовой плавник, обводы туловища… Мимо нас проплывал светящийся кит. Самое древнее морское чудовище… А из его тела выпирали непонятные металлические хреновины, могущие быть чем угодно. Местами покрытая серой «грязью» кожа исходила нездоровым синеватым свечением. А еще гирлянды… от носа до хвоста вдоль всего многометрового тела тянулись разноцветные гирлянды. Некоторые из них потухли, другие неритмично мигали, третьи еще кое-как светили ровно. Поведя хвостом, морской исполин чуть изогнулся и величаво двинулся вверх – в едва-едва подсвеченный белым сумрак. Туда, откуда ко дну спускалось еще три идущие вместе силуэта. Еще киты. Выглядят точно также как и первый, разве что размерами чуть меньше. Из динамиков раздался их трубный горестный плач, один из китов медленно завалился набок, прошелся боком по спине плывущего рядом и я понял, что гирлянды не закреплены на их телах, а скорее вживлены в них…
– Вашу мать – прохрипел орк – Это че за хрень?
– Тот самый рай с поющими рыбами? – предположила вставшая с другого бока Ссака.
– Посмотрите на дно – велел я и почти сразу же зал наполнился чуток даже испуганными ругательствами.
Наглядевшись, наемница коснулась одного из помигивающих огоньков на выходящий из пола изогнутой консоли. Экраны тут же мигнули, «телескопы» ожили и направили короткие окуляры в различные места темного пространства, что было заперто между океаническим дном и днищами сомкнутых над нами плавучих городов.
Стало светлее. Там снаружи света не прибавилось, но обзорная стена сама добавила чуть яркости и прозрачности. Из динамиков полилась легкая инструментальная музыка, а вместе с ней зазвучал чуть хрипловатый умиротворенный голос:
– Проект… как много обещаний в этом слове! Не так ли? К-хм, к-хм… плохо звучит… или норм? Ладно… закончим прогон пока у меня есть время, а затем почистим. Давай с начала… И-и-и… Проект! Как много обещаний в этом слове! Ведь стоит чаяньям творца сбыться и вот – его проект уже сияет как небесная десница и… Твою мать… что за хрень я несу? Кто писал этот бред? Кто? Боб Самаррок? Трахнутый наркоман! – послышался звук брошенного на пол чего-то не слишком тяжелого, а затем тот же голос, уже не столь умиротворенный и растерявший остатки слащавости, заговорил быстрее и нервнее – Я озвучу главное! А ты займи место трахнутого Боба и перепиши мою речь так, чтобы она звучала серьезно, но не заумно, вдохновляющее, но не усыпляюще. И никаких сраных слов про сраные небесные десницы или колесницы! В жопу! Поняла?! – послышался испуганный женский писк. Покашляв, хрипловатый торопливо заговорил – У меня много проектов, не спорю. Есть среди них и незавершенные. Есть и замороженные. Что поделать! Мои мысли бегут вперед, я творю неустанно и за мной трудно поспеть этим… обычным. Но конкретно этот проект – он уникален! Я серьезно! Просто взгляните в океан что перед вами!
Все дружно уставились в экран. Я с Ссакой наоборот – мы уткнулись взглядами в дверь позади нас. Но угрозы оттуда не последовало, и мы повернулись к океану.
– Счастливые сытые киты, что беззвучно скользят в кристально чистой воде… Разве не это одно из красивейших зрелище во вселенной? – тут гигантский кит, словно специально дожидался этих слов, исторг из себе огромное бурое облако, что почти полностью поглотило его огоньки – И ведь киты – не просто украшение сего небольшого тестового мирка, названного мной Нова Кунабула! Или же – Новая Колыбель… Колыбель всего человечества! Да! Я придумал как нам снова заселить нашу несчастную планету и при этом больше не наносить ей совершенно никакого вреда! Нам людям нет места на суше! О нет! Там мы всего лишь мерзопакостные вредители. Но ведь океаны занимает две трети планетарного пространства! Даже больше! По моим последним данным Мировой океан занимал восемьдесят три процента планетарного пространства! И это прекрасно! Вот где нам суждено теперь жить! И при этом нам не понадобится почти никакого снаряжения! Иам не придется строить подводных атмосферных городов – они просто не нужны! Да вы и сами все видите!
О да… мы видели. Там под нами, на далеком дне карьера, что принял в себя монструозную стальную тушу подводного города, все было залито достаточно ярким светом. Экраны, куда сейчас проецировалось изображение, показывали все в хорошем приближении, так что мы видели каждую деталь.
– Вашу мать… – медленно выдохнул я, глядя на один из экранов.
На кое-где выровненном дне имелись очертания прогулочных дорожек, бок о бок стояло два нарядных двухэтажных домика с островерхими крышами, поросшими морской растительностью. Рядом с дорожками тянулись пологие холмы, что тоже изобиловали растениями и красками. Стаи пестрых рыбешек, живность покрупнее у самого дна. Несколько неприметных подводных дронов медленно плывут или едут по этому квадратному… полигону? Модели? Что это за хрень? Все выглядит особо неестественно из-за того, что вокруг этой «модели» все покрыто серым льдом. В водном «небе» плавают украшенные огоньками и торчащими из спин и жоп металлическими херами больные киты-дивинусы. А по дорожкам медленно гуляет две семьи… две живые мать его семьи.
Отец, мать, двое ребятишек лет по пяти. На них шорты и футболки из серебристой материи, на ногах странноватая высокая обувь. Длинные волосы женщины стоят дыбом и медленно колышутся, пока она идет, продавливая водную толщу. На их ничего не выражающих лицах пустые улыбки, глаза прикрыты чем-то вроде затемненных линз.
Вторая семья – отец и мальчик. Матери и второго ребенка нет, но вон там на заднем дворике одного из домов видны две расположенные бок о бок могилки. Еще несколько могил на вершине одного их холмов, их почти скрыли желтые и бурые водоросли.
Ни на ком из них нет дыхательных устройств. Рты и носы открыты. Они дышат полной грудью, эта деталь особо подчеркивается умными устройствами. Они дышат под водой…
Шаг… другой… И первая улыбающаяся семья вошла в густое бурое облако опустившихся китовых экскрементов. Их пошатнуло, детей согнуло в судорогах, но взрослые подались вперед, сжали детские ладошки покрепче и потащили их за собой. Вскоре они снова шли по песчаной дорожке, все так же улыбаясь…
А голос из динамиков продолжал говорить:
– Нова Кунабула – мой последний, но лучший проект! Да… еще раз покаюсь, о великая – я начал немало проектов, но многие так и не пришли к желанному завершению. Но придут! Что поделать – мой гений непредсказуем. Я работаю каждый день! Выкладываюсь! Горю бенгальским огнем! Уверен, что ты простишь меня – ведь только взгляни! Вот оно будущее человечества! Сколько тысяч километров мелководья у нас на месте ушедших под воду городов и лесов? Даже строить ничего не придется – мы вполне можем жить в затопленных городах! Посмотри на эти питательные водоросли! Рыба! Моллюски! Тут бесконечность здоровой пищи! И как я этого достиг? Тут все просто! Как-то ночью я решил пролистать старые чужие наработки и наткнулся на так называемый Серый Лед Смерти. Бинго! Эврика! Вуаля! Белиссимо! Как только я прочел, что он выделяет море кислорода – я понял! Это оно! Вот она наша будущая среда – мы вернемся в океан! И будем дышать полной грудью! Небольшие операции – пока тестовые – по моим расчетам не займут больше часа на одну единицу. Усовершенствовав процедуры, наладив поточное производство минимального снаряжения, мы сможем выпускать в океан тысячи людей каждые сутки! Мы вернемся на планету и при этом не оскверним суши. Более того – ничто не грозит и океану! Он щедр и необъятен. А мы проследим, чтобы не было и следа на промышленность.