Полководец поневоле (СИ)

— Отец, смертный проделал такой долгий путь, дозволь ему дождаться твоего решения на полях Камыша, — неожиданно произнёс Анубис, непонятно зачем вступившись за меня, — он одолел демона Ин-тепа возле Внешних врат, одного из приспешников нашего вечного врага Пазузу.
— Он победил Ин-тепа? — изумилась красивая девушка, сидящая в ногах Осириса, — ты уверен?
— Да, два моих воина погибли в схватке с ним, смертный же, подняв один из жезлов авари, убил демона.
— «Фух, — у меня едва не вырвался вздох облегчения, поскольку каким-то образом Анубис узнал о том бое, который протекал немного не так, как он описал. Но я ведь сделал всё, чтобы никто не заметил, что это я пристрелил одного из его стражей».
— Весьма достойный результат, — согласился Осирис, затем озвучил свой вердикт, — проведи его душу на поля Иалу, сын мой. С Бастет я поговорю после окончания суда над душами и вынесу окончательное решение.
— Благодарю отец, — склонил Анубис голову и показал мне, идти за ним.
Я, несмотря на явное отклонение всех описанных жрецом процедур от норм, всё же проделал обязательные манипуляции, заметив, что богам это очень понравилось и только после этого, пошёл за Анубисом, который шагнул в белёсую пелену, очень похожую на ту, которые были во всех пройденных мной ранее воротах. Я последовал за ним, легко её перейдя. Вот только стоило мне сделать шаг на другой стороне, как с моей головы сорвался такой знакомый мне порыв ветра, материализуясь в полёте в уродливого монстра с четырьмя крыльями, который приземлился на спину Анубиса, мгновенно свернув ему шею.
— Да! О да! — монстр, поднявшись на задние лапы торжествующе развёл передние львиные в стороны. Затем наклонившись, он дотронулся до тела бога, прошептав несколько слов. Пространство зарябило и в лицо мне ударил горячий ветер пустыни. Труп Анубиса стал оплывать, а монстр тут же втягивать его в себя. С громким хлюпающим звуком, тот вскоре полностью растворился в теле пришельца, оставив после себя только шкуру пантеры и золотой жезл. У меня отвалилась челюсть.
Впитав в себя бога, монстр распрямился, показывая себя во всей красе, хотя по моему скромному мнению, красотой там и не пахло. Пришелец был с человеческим телом, головой льва, со львиными лапами и двумя парами крыльев. Сзади них выглядывало жало скорпиона, но самым отвратительным был змеевидный пенис, который извивался во все стороны, вызывая у меня отвращение одним своим видом.
— Эм, здрасте, — на всякий случай поприветствовал я его, видя, что он не пытается убить и меня следом, избавившись таким образом от случайного свидетеля.
— Мой юный царь, — улыбнулся он, распрямляя все четыре крыла следом, — если бы ты знал, как долго я ждал этого момента!
— А мы знакомы с вами? — не сразу сообразил я, откуда ему стало известно о том, что я фараон.
— Разумеется, ведь кто помог мне пройти все врата, как не мой осторожный, но бестолковый друг, тщательно скрывавший от своего нового знакомого, что он царь Египта? — рассмеялся он, затем его тело потекло и он превратился в моего спутника-жреца, с которым мы прошли весь Дуат.
— А, — я открыл рот, — как это?
— Это тебя не должно волновать, — его тело снова потекло и он превратился в точную копию Анубиса, — я надеюсь ты сохранишь, наш маленький с тобой секрет о случившимся здесь?
Тут он зло прищурился.
— Бастет просила не убивать тебя, если ты проведёшь меня досюда. Говорила ты будешь нам полезен и в будущем.
— А-а-а, так вы вместе? — я конечно тупил, но это было простительно, поскольку я оказался внезапно втянут в какие-то божественные разборки.
Лже-Анубис рассмеялся с гавкающими звуками.
— Если бы ты был более внимателен и умён, то наверняка бы знал о том, что у Бастет никогда не было собственных сил повелевать ветром.
— А ты…то есть вы… владеете? — уточнил я.
— Я и есть ветер, тупица! — поток ветра, ударивший мне в лицо, едва не опрокинул меня, я с трудом удержался на ногах.
Тут я задумался, а что было бы, если бы я сорвал шкуру пантеры с плеч Анубиса до того, как вошёл сюда. Об этом я и спросил у монстра.
 
— А ты попробуй, — единственное, что сказал он, оскалив львиные клыки.
Я попытался поднять руку, но знакомое сопротивление воздуха, не дало этого сделать, как и прошлый раз после суда Осириса. К тому же, чем сильнее я пытался поднять вверх руку, тем сильнее становилось невидимое давление на неё.
— Ладно и что теперь? — поинтересовался я у него, заканчивая бесполезные попытки борьбы и опуская руку обратно.
— Ты заберёшь шкуру Сета, оставшуюся от Анубиса, — он ногой пнул лежащий на полу предмет, — и будешь ждать решение Осириса, который признает произошедшую с тобой ошибку и вернёт тебя в мир живых. Шкуру при встрече отдай Бастет, она хочет постелить её у себя в туалете.
— Вы точно уверены, что меня оживят? — удивился я.
— Ещё бы, — хмыкнул он, — на этом и строился весь план. Бастет специально так нарушила правила, чтобы устранить своего вечного соперника и чего уж будем скрывать, между нами.
Тут лже-Анубис мне сально подмигнул.
— Бывшего любовника, который ей изменял. Правда и ей пришлось ради нарушения правил пожертвовать кое-чем взамен, но это уже её проблемы.
— Я конечно не против воскрешения, только хотел бы, чтобы Бастет больше не приставала ко мне с подобными поручениями, — обратился я к нему, изображая из себя самого преданного слугу, — давайте я буду служить лучше вам? Дары приносить? Жертвы?
Лже-Анубис от моего жалкого вида горделиво выпрямился и задумчиво посмотрел на меня.
— А что? Неплохая идея, — внезапно решил он, — приноси дары Анубису, чтобы никто не заподозрил подвоха, ведь всё равно они все достанутся теперь мне.
— Конечно! Я согласен! — заверил его я, сам лихорадочно думая о том, что главное выйти из заварушки живым, а уже потом будем искать варианты обезопасить себя от внимания богов. Ведь то, с какой лёгкостью монстр убил Анубиса, хоть и напав неожиданно со спины, было очень показательно. Так что я не сильно хотел проверять, что он может сделать со мной.
— Держи, — он снял с себя амулет и кинул его мне, — прикоснись им к шкуре и она исчезнет. Вернёшься, отдашь его Бастет, она знает, как вернуть шкуру обратно.
Я поймал амулет и тыкнул не только в шкуру Сета, но и в золотой жезл, который лежал под ней, поскольку когда монстр пинал её, жезл закатился и не был больше виден. Такая вещь в хозяйстве пригодится мне самому, благо он лежал не на виду, а монстр моих манипуляций с ним не заметил. Выпрямившись, я честным взглядом посмотрел на него и повесил амулет с терракотовой головой монстра на шею. Коже ощутимо сразу стало прохладно.
— На этом всё, идём, я отведу тебя на поля Камышей, — он показал мне вперёд и я заторопился за ним по каменной дороге, снова пройдя вскоре белёсый занавес, ограничивающий вход туда.
Нужно ли говорить, что я просто охренел, когда вместо рая и обещаний бессмертия, мы вышли на поле, где от нас и уходя дальше за горизонт, везде виднелись натянутые между землёй и небом огромные, толстые троса, на которых словно мидии в садках висели гроздями капсулы. В ближайших, которые видел я лежали люди самых разных национальностей, незнакомые мне гуманоиды, птицы размером с лошадь, а также много ещё кого неизвестного мне.
— Вот он — рай, которого все желают! — рассмеялся он, раскидывая руки в стороны.
Затем показывая мне на капсулу, которая по его жесту руки спустилась к нам тросе, приказал.
— Ложись.
Я подошёл ближе и осмотрел предмет, который с виду был так далёк от Египта, да и вообще всей древности, которую я тут видел, что откровенным образом я охренел. Капсула даже с виду выглядела сверх технологичным предметом.
— В чём же заключается рай? — удивился я, — это вообще не похоже на то, что мне обещали.
— Скоро ты всё узнаешь, — хмыкнул он, наклоняясь и что-то нажимая на появившемся графическом интерфейсе на стекле капсулы с неизвестными мне символами.