Курьер: Темная Ночь Души (СИ)

— Так что насчет вечера? — мимо проходящий Лаки на секунду задержался около нее. — Может, отметим нашу встречу?
— Лучше уж со Светляком, чем с тобой, — презрительно бросила Алена. С Лаки тоже шутить не стоило, конечно, но уж слишком ее бесили его слюнявые намеки.
— Ух, строптивая, сучка! Люблю таких! Ну ничего, еще увидимся! — он мерзко хохотнул и растворился в колышущимся от жары мареве.
Алена взяла Ваньку за руку и быстро затерялась в переулках. Не хватало ждать чтобы кто-то из них передумал быть добреньким и вернулся за легкой наживой — ребенком и молодой девчонкой. Словно призраки, они растворились в безмолвных переулках мертвого города.
***
— Алена, а кто такие туареги?
— Воины пустыни, — не отрывая взгляда от дороги бросила она.
— А почему у них повязки на лицах?
— От песка защищаются. Или чтобы не узнали. А вообще туареги таким образом защищались от злых духов.
— От Светляков? — округлив глаза спросил Ванька.
— Да-да, от Светляков, — отмахнулась Алена. Ванька тут же натянул арафатку по самые глаза.
Дорога сделала поворот, и то, что открылось взору Алены заставило ее мгновенно остановиться.
— Дальше не пройдем. Будем обходить дворами, — проговорила она, не отрывая взгляда от того, что было впереди. Ванька поднял глаза от надоевшего песка и ахнул.
— Алена, что это?
— Черная Дыра.
Пространство впереди было искажено до неузнаваемости. Почти в центре многополосной дороги зияла чернота диаметром метров пять, зависшая в воздухе в паре метров над землей. Казалось, она вкручивалась сама в себя, неумолимо всасывая все окружающее и меняя до неузнаваемости вид привычного Ленинского проспекта. Асфальт вокруг вздыбился и по его осколкам можно было представить, как в момент появления Дыры он, вместе со всеми окружающими предметами, был втянут внутрь непонятной, неумолимой силой. Здания вокруг причудливо изогнулись, и по этим изгибам можно было понять, где заканчивается зона притяжения дыры. Бетонные балки и кирпичи были выкорчеваны из стен, и те, что попали под влияние неведомой силы давно исчезли в прожорливой пасти. Все, что попадало в зону, притяжения Дыры поглощались ей навсегда. Она втягивала в себя куски зданий, асфальт, землю, даже солнечный свет. Мир вокруг Дыры тускнел градиентом, возвращаясь к нормальной яркости по мере удаления от ее центра.
— Я никогда раньше их не видел… — прошептал Ванька так тихо, словно боялся, что дыра услышит его и засосет. — Только Петька рассказывал, что его отец про них говорил…
Алена молчала — а что тут скажешь? Она сама видела эту штуку второй раз в жизни.
— И ты тоже не знаешь откуда она взялась? — все тем же почтительно-испуганным шепотом спросил Ванька.
— Не знаю, Вань. Никто не знает.
Как никто не знал почему вообще все это началось. Просто сначала долго не было дождя. Потом в воздухе появился песок, и температура стала расти. А через несколько недель, когда было уже трудно дышать, из подвалов полезли полулюди-полу звери, залившие город кровью. Никто не мог понять кто они и откуда взялись, но все быстро уяснили — аппетит у них отменный, благо, появляются они только по ночам или там, где живет тьма. Позже стали появляться Светляки — новая напасть. Про них вообще ничего не ясно до сих пор. Если от зверей ещё можно попробовать хотя бы теоретически спастись, то после встречи со Светляками, как говорят, выживших не бывает. Никто даже не мог описать как они выглядят.
Светляки и Звери, словно договорившись, поделили время охоты. Звери, облюбовавшие подвалы и тёмные этажи заброшенных зданий, выходили на охоту по ночам, по неизвестной причине боясь дневного света. Светляки же, насколько было известно по слухам, появлялись исключительно днем, словно тьма была им опасна. Времени для людей в этом мире не осталось.
А уже совсем недавно стали появляться чёрные дыры. Казалось, кто-то решил, что человечество больше не венец творения, и на этой Земле ему места нет. И теперь людей выживают отсюда всеми способами, и, надо сказать, успешно.
Внезапный порыв ветра поднял несколько песчинок у и ног и, швырнув их на несколько метров ближе к дыре, утих. Но песчинки продолжили жить своей жизнью — они уже попали на границу зоны притяжения Дыры. Алена видела, как они едва заметно задрожали, сначала немного, но с каждой секундой увеличивая амплитуду. В какой-то момент сила трения, благодаря которой они удерживались на месте, начала проигрывать силе притяжения Дыры, и они медленно начали ползти к своей неминуемой гибели. Теперь ничто не могло вырвать их из лап могучей силы — это было последнее, неотвратимое движение.
 
Алена подумала, что люди сейчас словно эти песчинки, оставшиеся от могучего скопления песка. Продолжают цепляться изо всех сил за жизнь, хотя их путь определен и ничего не изменить. Они стремительно несутся в бездну, подобную этой страшной черноте. Никто не знает откуда она появилась, никто не знает, что там. Ясно одно: путь человечества завершится подобной пустой тьмой.
Песчинки быстро набрали скорость, и вместе с блекнущими лучами света исчезли в пасти Дыры. Ваня и Алена не сговариваясь сделали шаг назад, завороженно наблюдая эту картинку. От Дыры веяло вселенской жутью. Наверное, так и выглядит смерть.
Как могло такое появиться в этом мире? Алена читала про космические черные дыры, но это где-то там, в далеком космосе, в вакууме и в совершенно других физических условиях. По всем законам физики такое просто не могло существовать в земных условиях. Но по тем же законам не должно существовать и Зверей, и Светляков…
Судя по описанию космических черных дыр, эта вела себя также — всасывала все, даже солнечный свет, только размером была несравнимо меньше. Алена подумала, что, если одна такая дыра когда-нибудь увеличится в размерах раз этак в сто — Москвы не станет. Впрочем, ее и так уже практически нет… И в нынешних условиях человечеству остается только одно — выживать. И уж точно не стоит лезть к этим дырам и пытаться что-то понять. Не стоит заигрывать с неведомыми силами.
Алена тихо ругнулась. Черной дыры не было здесь еще неделю назад, когда она доставляла посылку на Театральную. И сейчас нужно снова менять маршрут, а это снова потеря времени. Алена села в тень, достала карту и машинально отстегнула с пояса флягу, и уже по весу поняла, что воды почти не осталось. Она выругалась еще раз.
— Иван, я хочу поговорить с тобой.
Ванька внимательно посмотрел на Алену. Ясные глаза, чистый взор. Господи, как он выживет в этом мире с такими чистыми глазами?
— Мы никому не должны давать нашу воду. Ты понял?
— Даже если человек просит?
— Да! Даже если очень просит!
— А если бы мы ему не дали воды, и он бы умер?
— Да он умрет в любом случае, если вообще еще жив! — сорвалось у Алены.
Ванька замер. Бездонные голубые глаза наполнились ужасом.
— Значит надо было оставить ему больше воды!
— Эта наша вода! Наша! — Алена схватила Ваньку за рукав и притянула к себе. — От нее зависит твоя жизнь, понимаешь?
— Ну и пусть! — Ванька рванулся назад, вырвав рубаху из пальцев Алены. Ее переполняла злость на Ваньку, на старика, а главное на себя, за то, что позволила этому произойти. Если бы было можно вернуться в прошлое, она бы вытрясла эту воду из старика.
— Никогда так не делай, понял меня? Слышишь?
— Что будет с тем стариком?
— Да он умрёт! Ты понял? И ты умрёшь, и я. Все умрут! Другого исхода нет.
Ванька смотрел на нее безумными глазами.
— Это тебе не детский сад! Здесь, наверху, жестокий, очень жестокий мир! Да и там внизу не лучше! Этого старика выкинули как ненужную вещь! Так что хватит витать в облаках! И не хлюпай носом, размазня!
Ванька утер одинокую слезу обиду, скатившуюся по щеке.
— Ты злая! — крикнул он и закрыл лицо руками.
— А ты типа добренький? Знаешь где сейчас все добрые? Здесь, под песком! Ты жить хочешь или добреньким быть?
Ванька молча всхлипывал. Повисла тишина, в которой зной висел в воздухе, а капли пота, срываясь с разгоряченных лиц, падали на песок, и казалось могли вызвать эхо, отражаясь от стен покинутых домов. Высотки словно обступили ребят и смотрели на них пустыми глазницами, то ли сочувствуя Ваньке, то всем своим видом показывая, что им безразлично все происходящее здесь.