Инакомыслие, иноверие и наказание (СИ)

— Ладно, идем, я покажу тебе все, — заговорщицки протянул Димка, хватая друга за руку и увлекая в дом. — Вчера Юрка приезжал, сегодня ты. Господи, все что угодно, лишь бы не подготовка к экзаменам…
— Каким экзаменам? — тупо переспросил Хрис, притормозив только возле двери в собственную спальню.
— Ну так вступительным же! — воскликнул мальчишка. — Я же собираюсь в колледж идти, ты не знал? Там надо столько всего знать, я просто в шоке! Теперь куча книг, всякие репетиторы… ну, я, конечно, на ноутбуке занимаюсь, а то им ездить далеко, да и мне тоже не особо хочется. Это или кого-то из охраны гонять, или на автобус тащиться. А колледж классный, представляешь, художественный, как я и хотел! Только зачем там историю сдавать, а?..
Он все тарахтел и тарахтел, а Хрис никак не мог сложить два плюс два в своей голове.
На автобус? Димка сам ездит на автобусе? И ему позволено в поступить в колледж?
— А Мишка? И Артур? — спросил он.
Тут мальчишка помрачнел.
— Мишка вернулся к родителям, — он привалился плечом к дверному косяку и принялся сосредоточенно ковырять обои. — Не знаю, что он им наплел. Может, прикидывается потерявшим память, а может, выдумал какую-то историю. Амир с Кьярой очень долго разговаривали с ним перед этим. Я боялся, что они начнут его запугивать, но… — Димка покачал головой и как-то неопределенно отмахнулся, — неделя прошла, и пока все тихо, никакой ОМОН не врывается. Да и Мишка ведь понятия не имеет, где находится «заповедник». У меня с ним связи нет, но… Но если бы он хотел сдать Амира, он бы это уже сделал, да? — и, не дожидаясь ответа, продолжил: — А Артура определили в лечебницу, — мальчишка стал еще более мрачным. — Я же говорил, что ему нужна помощь. Он, как ты уехал, совсем с катушек слетел. Не понимал, кто он и где он, похудел страшно.
Хрис коротко кивнул и толкнул дверь в свою спальню. Там все осталось прежним, будто он никуда и не уезжал. Даже некоторые его личные вещи лежали на тех же местах. Книга, пустой стакан, часы…
Он осторожно присел на край кровати и провел пальцами по мягкому покрывалу. Хотелось лечь и уснуть. Этой ночью он почти не спал.
— Ты хочешь побыть один? — поинтересовался Димка, замирая в дверях.
Хрис коротко кивнул и, когда дверь закрылась, забрался под одеяло, уткнулся носом в свою подушку и блаженно закрыл глаза.
***
— Хрис… — теплые пальцы коснулись щеки, погладили висок, убрали упавшие на лоб волосы за ухо.
Парень открыл глаза и сонно заморгал, непонимающе уставился на Амира. Первая реакция — шок. Он зацепился взглядом за те самые шторы, что сам выбирал, и на секунду подумал, что все-таки это был сон. Никто его не освобождал, он все еще запертая в клетку птица…
— Поедем домой? — прошептал Амир, улыбаясь.
Хрис нервно выдохнул и приподнялся на локтях. Посмотрел на часы.
— Уже почти одиннадцать вечера…
— Да, ты так сладко спал, что я не хотел тебя будить, — кивнул мужчина. — Ну что, поехали?
Он поднялся на ноги и направился к двери, но уже будучи в коридоре вдруг заметил, что Хрис не пошел за ним. Догадка неприятно уколола, но он решил помочь и серьезно поинтересовался у молчаливого и какого-то совсем разбитого парня:
— Хочешь тут остаться на ночь?
— Да, — без промедления ответил Хрис. — А можно?
— Конечно, — кивнул Амир, чувствуя, что буквально наступает на горло собственным принципам. Он же обещал, что его мальчик не вернется сюда, и вот теперь… Но, придав голосу твердости, он добавил: — Завтра приеду за тобой. Если захочешь уехать раньше, просто позвони. Ну или попроси кого-то из охраны отвезти. Или такси…
— Я понял, — улыбнулся парень, тронутый такой заботой. Амир, кажется, переживал сильнее, чем он сам. — Не волнуйся, я в порядке.
Мужчина посмотрел на него очень внимательно и вздохнул.
— Ладно. Кухня в твоем распоряжении. Эля наготовила всякого разного к твоему приезду, все в холодильнике. Ну и Димку не трогай, он еще занимается. Готовится к творческому конкурсу. Спать его никто не гонит строго по времени, но если засидится… — он отмахнулся, — ты понял, да?
 
— Конечно, — Хрис откинул одеяло и поднялся на ноги. Подошел ближе и вдруг сам подался вперед, мягко целуя приоткрытые от удивления губы.
Он не мог бы объяснить даже самому себе, зачем это сделал, зачем проявил инициативу, ведь он не простил и никогда не сможет простить украденную у него жизнь, но Амир выглядел настолько виноватым, что его невольно хотелось успокоить.
Мужчина первые две секунды даже не отвечал, позволяя целовать себя, а потом, когда Хрис, не получив ответа, хотел уже отстраниться, робко, будто спрашивая разрешения, приобнял его за талию и углубил поцелуй.
— Кхм, — привлекла к себе внимание Кьяра.
Хрис неохотно разорвал поцелуй, прижимаясь к груди Амира, и от смущения уткнулся носом ему в ключицы. Щеки пылали. Он чувствовал себя так, словно их застукали за чем-то непристойным.
— Привет, Кьяра, — поздоровался он, пряча глаза.
— Привет, — улыбнулась девушка и повернулась к отцу. — Пап, ну ты едешь?
— Ага, — пробормотал Амир и, быстро поцеловав Хриса на прощание, отстранился. — Спокойной ночи.
— Спокойной… — прошептал Хрис, хватаясь руками за дверную ручку, чтобы не упасть.
Он головой понимал, что слова Амира правдивые, верил, что он вернется завтра, но сердце все равно забилось с перебоями.
Амир был ниточкой, что связывала его с миром за забором, какой-то гарантией его свободы и безопасности, и вот теперь…
Парень достал из кармана ветровки, которую он так и не снял, свой мобильный телефон. Он еще плохо управлялся с сенсорным экраном, но все-таки разблокировать, чтобы убедиться, что связь есть, сумел.
Ладно, он всегда сможет позвонить в полицию, да? Он знает адрес этого дома и той квартиры, в которой прожил месяц.
Он сможет выбраться в случае чего.
Хрис закрыл дверь и вернулся к кровати. Спать не хотелось, да и есть тоже. Можно было бы побродить по дому, проверяя границы дозволенного. Например, выйти во двор, заговорить с охранником и…
— Собаки, — прошептал он, бездумно глядя в черный провал окна. Акация частично закрывала небо, сквозь приоткрытую форточку прорывался прохладный летний ветерок.
И никаких собак.
Распахнув окно полностью, он перегнулся через подоконник и выглянул во двор. Темные тени не сновали по двору, да и охрана тоже не курсировала по периметру.
Собаки шумные, будь они на территории, их было бы слышно.
Хрис закрыл окно и быстро спустился вниз. Даже не зашнуровывая кроссовки, осторожно выбрался на крыльцо, опасаясь, как бы необычайно бесшумные псины не набросились на него.
— Привет, — улыбнулся ему охранник Володька. — Не спится?
— Собак нет? — хрипло поинтересовался парень, прикрывая за собой дверь.
— Так отдали же всех, — охранник почесал бритый затылок и сонно моргнул. — Да и хорошо, зачем здесь собаки-то теперь?
Коротко кивнув, Хрис выудил из кармана пачку сигарет. Прикурил.
— Амир разрешает? — спустя какое-то время спросил Володька.
Ох, не нужно было ему это произносить…
Хрис облизнул нижнюю губу, рвано выдыхая дым, и стряхнул пепел.
— А он мне указ? — он вызывающе вскинул подбородок и уставился удивленному Володьке в глаза. Впрочем, запала его хватило только на эту короткую фразу. Следующая прозвучала жалко: — Я взрослый человек, имею право.
Охранник посмотрел на него как-то совсем дико. То ли до него дошло, что Хрису действительно уже тридцать лет, то ли он наоборот был ошарашен подобной дерзостью.
Впрочем, как бы там ни было, он кивнул и отбирать сигарету не стал.
Докурив, он махнул Володьке рукой и ушел в дом.
Так, ладно, выходить на улицу можно, разговаривать с охраной — тоже, и курить, кажется, никто не запрещает. Следующий пункт — кухня.
Хрис бывал здесь не часто. Иногда помогал готовить, иногда сам вызывался, но рядом все равно был кто-то, кто следил. А теперь — никого.