Коммуналка 2: Близкие люди (СИ)

Так и есть.
— Там, в кабинете вашей Киры… — Астра произнесла это, не оглядываясь, — сидит человек. Его зовут Святослав. Передайте ему, пожалуйста, что он мне нужен.
— А вот новейшая концепция Арабескина, если ты, конечно, соизволил бы обратить внимание…
— Быстро! — Астра впервые, пожалуй, за все время своего существования позволила себе не просто повысить голос, но вложить в него каплю силы, той, которая пела в ее крови голосом старого леса. И люди замолчали. Правда, молчание длилось недолго.
На Астру устремились взгляды.
Недоуменные. Удивленные.
Раздраженные.
Полыхнула корона чьей-то силы, явно желающей выплеснуться. Стало тихо-тихо.
И…
— Астра? — Святослава не пришлось искать, он сам вошел. И Астра ощутила огромное облегчение, а еще желание броситься навстречу, спрятаться за магом и притвориться, что ее здесь нет. Святослав же раскрыл ладонь. — Особый отдел.
— Особый? — Аленка скривилась, не пытаясь притворяться дружелюбной. — Кого ты приволок, Димка?
— Я… не знал, — Дмитрий Иванович густо покраснел.
— А вам, девушка, должно быть стыдно пользоваться наивностью человека, — произнесла Аленка с вызовом, правда, глядела она почему-то на Святослава.
— Он заражен, — тихо произнесла Астра, и была услышала. Святослав подобрался и взмахом руки заставил Аленку замолчать.
— Простите? — Милорада поднялась с места, движения ее были медленны, текучи. — В чем, собственно говоря, дело?!
— Поможешь?
— Попытаюсь, но… не уверена…
Этот незнакомый Астре человек жил, единственно, на собственном упрямстве, иначе не объяснить, ибо зараза давно обосновалась в хрупком человеческом теле. Она не просто сроднилась с ним, она вобрала в себя его силу, не погасив ее, но извратив самым причудливым образом. И теперь дар человека его и разрушал.
— Позвольте, какое вы имеете право…
Астра коснулась головы человека, и тьма внутри него, ощутив это прикосновение, заволновалась. Эта тьма вздрогнула, сжалась в комок, готовая в любой момент выплеснуться.
А человек открыл глаза.
И глаза его показались черными не только из-за расплывшихся зрачков: капилляры полопались, и кровь заполнила белок. При недостатке света она и сама гляделась темною.
— Что происходит?! — этот нервный голос заставил человека подняться. Астра отступила.
Тьмы было много.
Слишком много.
— Что она с ним сделала?! Вы видели? Нет, вы видели…
— Заткнись, — рявкнул Святослав.
— Палачи!
Это она про кого?
— Антон, ты меня слышишь…
Слышит.
Он всех слышит. Каждый звук, включая скрежет ножек стула о старый пол и цокот каблуков, там, наверху, мышиную возню где-то ниже. А еще дыхание. И дыхание это кажется сладким. Оно, дыхание, манит, но человек не до конца еще превратился в тварь, он сохранил тень разума и теперь отчаянно цеплялся за нее. Однако надолго его не хватит.
— Уводи людей…
— Я маг, — Дмитрий Иванович вновь одернул полы пиджака. — Огневик. Аленка, щиты ставь.
— Ты с ними!
— Не дури, он уже мертвый, — на бледных пухлых ладонях вспыхнуло пламя.
Не мертвый.
Пока еще нет. Он на самой грани замер, балансируя, не способный ни умереть, ни выжить. Измотанный. Ослабленный.
— Щиты! — теперь голос Дмитрия Ивановича ударил плетью. И щиты поднялись. — Рада, давай сеть Изгора…
— Она не доработана…
— Вот и проверим. Даром что ли, зал испытаний…
Странно, Астра видела все словно со стороны. Вот пухлая Милорада, опустившись в кресло, вытянула руки. Пальцы ее замелькали, будто она играла на невидимой арфе, и Астра, даже если бы прислушалась, услышала бы мелодию.
Такую вот неправильную мелодию, от которой по спине мурашки побежали.
Аленка, выплюнув тонкую сигаретку, сотворяла щит и не одна, но в паре с франтоватым Игорьком, и действовали они на редкость слаженно, показывая, что знакомы давно и не просто знакомы. Их сила свивалась, сплеталась, сроднялась так, будто только этого и ждала.
А щит накрыл зал.
Весь.
И, наверное, это правильно, ибо тварь, которая вот-вот переродится, — наивна была Астра, полагая, что выйдет у нее помочь человеку, — не должна вырваться. Она, эта тварь, опасна даже новорожденная.
 
— Девочка, отойди, — велел огненный маг немалой силы, который больше не казался ни растрепанным, ни смешным. И Астра только сейчас поняла, что стоит рядом с тварью, и не просто стоит, но касается рыхловатой ее кожи.
А ведь…
Тварь заурчала.
И повернула голову. Попыталась, но тело это, помнившее иного хозяина, подчинялось плохо и разворачивалось медленно, всем плечевым поясом. Из глотки его донеслось урчание.
— Медленно давай…
— Я попробую взять его…
— Нет, — Астра сжала липкую шею твари. — Я могу помочь…
…не телу, но той искре, которая еще билась внутри его, ибо была сотворена из дыхания Богов, что бы там люди не говорили. Искра эта желала свободы.
И Астра потянулась к ней.
Ворчание твари стихло, пусть ненадолго.
— Астра…
Она покачала головой.
Не сейчас.
Ей нужно сосредоточиться. Ей нужно… очень нужно сосредоточиться, потому что свет не должен питать тьму. Хватит и одной выпитой души. А этот человек… он просто человек… людям даже уйти некуда, вернее они не знают, не верят, что способны… как все запуталось.
Не важно.
Главное, это просто, протянуть раскрытую ладонь и позвать искру. Правда… как только та погаснет, тварь окончательно станет тварью, и ничто-то не удержит ее.
И успеет ли Астра отступить?
И…
…должна ли она вообще рисковать? У нее ребенок, в конце концов, о котором больше некому позаботиться. И Розочка погибнет без Астры.
Так зачем?
Проще уйти, позволить магам уничтожить тварь. Душа… сколько их потерялось, этих душ, одной больше, одной меньше… не Астра сотворила тьму. Не ей и отвечать.
Она почти поддалась.
Почти отступила, но печальный шум леса не позволил убрать руку, разрывая тончайшую связь, что возникла между ней и тем, кто прятался внутри перерождающегося тела.
— Иди ко мне, — сказала Астра ласково. — Я тебя не обижу. Я тебя отпущу. У людей наверняка есть свой лес, в котором можно отдохнуть от мира, а когда-нибудь потом, когда надоест быть деревом, вернуться…
Искра задрожала.
Крохотная какая… и потянулась, потекла ручьем живой силы, опалила пальцы болью, чтобы исчезнуть, растворившись в воздухе.
Астра вздохнула.
Сунула обожженные пальцы в рот и отступила, пока тварь… тварь стояла. Она просто стояла, покачиваясь взад-вперед, глядя прямо перед собой, в неровный пол, не решаясь сделать шаг.
А вот Астра смогла.
И еще один.
И…
— Двойной щит? — тихо поинтересовалась Аленка.
— Конфликт будет, площадь мала, — напарник ее встряхнул руки. — Я же говорил, нужно работать над уменьшением количества аффирмаций в случае замкнутого пространства. Неперспективная тема, неперспективная тема… хрен вам, а не неперспективная тема.
И Астра сумела, наконец, выдохнуть.
Она почувствовала, как за руку ее схватили, дернули, отбрасывая на пол, и не устояла на ногах, покатилась, кувыркнулась и замерла, не решаясь пошевелиться. Где-то над ней раздался глухой протяжный рык.
— Давай, Димка, что ты на нее любуешься…
— Рада?
— Закончила, но структура нестабильна, может, и вправду лучше уничтожить?
— Уничтожим, если что… я страхую…
Астра встала на корточки. И села. И обняла себя, поняв, что дрожит, мелко-мелко… и ведь тварь даже не поцарапала ее. Она, эта тварь, до сих пор стояла и покачивалась, и казалась вовсе равнодушною к людям.
— Ты как? — шепотом поинтересовался Святослав. — Ты… ненормальная, знаешь?
— Нельзя отдавать таким душу.
— Нельзя. Но ты все равно ненормальная.
 
И обнял.
Не то чтобы Астру совсем никто и никогда не обнимал, но она вдруг поняла, что не хочет, чтобы именно эти вот объятья размыкались, чтобы…
— Давай!