Встреча с хичи. Анналы хичи

– Альберт, – сказал я. – Сделай это, пожалуйста.
– Сию минуту, Робин, – послушно ответил он, только голосом; экран осветился, появился генерал Манзберген за своим столом.
– Доброе утро, Робин, Эсси, – сердечно сказал он. – Я вижу, с вами Перри Кассата – поздравляю вас всех!
– Спасибо, Джимми, – ответила Эсси, искоса поглядывая на бригадира, – но мы позвонили не поэтому.
– Да? – Он нахмурился. – Давайте побыстрее, ладно? У меня важное совещание через девяносто секунд.
– Нам потребуется меньше, дорогой генерал. Мы просим приказать бригадиру Кассате передать нам Долли Уолтерс.
Манзберген удивился.
– Зачем?
– Чтобы она помогла нам отыскать исчезнувшего Вэна, дорогой генерал. У него тоже есть ТПП. В общих интересах заставить его вернуть.
Генерал добродушно улыбнулся ей.
– Минутку, милая, – сказал он и наклонился к своему закрытому от прослушивания фону.
Бригадир, возможно, удивился, но сохранил наблюдательность.
– Тут отставание, – заметил он. – Разве у вас не мгновенное радио?
– Нет, – лживо объяснила Эсси. – У нас корабль маленький, энергии не хватает, – еще одна ложь, – и мы ее бережем. А вот и опять генерал!
Генерал ткнул в сторону Кассаты.
– Разрешаю! – рявкнул он. – Они достойны доверия, мы перед ними в долгу – и к тому же они могут избавить нас от неприятностей в будущем. Передайте им тех, о ком они просят, под мою ответственность. А теперь, ради бога, позвольте мне идти на совещание – и не звоните, если только не начнется четвертая мировая война!
И вот бригадир ушел, качая головой; и очень скоро военные полицейские привели к нам Джейни Джи-ксинг, несколько минут спустя появился Оди Уолтерс, а еще позже Долли Уолтерс.
– Приятно снова вас всех видеть, – сказала Эсси, приветствуя их на борту. – Я уверена, у вас есть о чем поговорить, но давайте сначала уберемся из этого нехорошего места. Альберт! Улетаем!
– Понятно, миссис Броудхед, – сказал Альберт. На этот раз он не позаботился материализоваться в пилотском кресле; просто вошел в дверь и прислонился к косяку, улыбаясь обществу.
– Представления позже, – сказала Эсси. – Это наш добрый друг компьютерная программа. Альберт! Мы на безопасном удалении от Пентагона?
Он кивнул, мерцая. И тут же у меня на глазах из пожилого человека в мешковатом свитере и с трубкой превратился в худого высокого, в мундире со множеством медалей председателя комитета начальника штабов генерала Джемса П. Манзбергена.
– Вы правы, милая! – воскликнул он. – А теперь давайте подключимся к передачам быстрее света, пока они не поняли, что мы их провели.
19. Перестановки в любви
Кому с кем спать? Вот в чем вопрос! У нас пять пассажиров и только три каюты, куда их можно разместить. «Истинная любовь» не предназначалась для многих гостей, особенно для гостей, не рассортированных по парам. Поместить ли Оди вместе с его законной женой Долли? Или с недавней подругой Джейни Джи-ксинг? Поместить Оди одного, а двух женщин вместе? И что они будут друг с другом делать? Дело не в том, что Долли и Джейни враждебно относились друг к другу. Совсем нет. Это Оди почему-то к обеим относился враждебно.
– Он не может решить, с кем ему оставаться, – мудро сказала Эсси, – а Оди – мужчина, который стремится быть верным женщине.
Что ж, я это прекрасно понимаю, тем более что передо мной та же проблема.
Но есть слово, которое ко мне неприложимо, и это слово «страдание». Видите ли, я совсем не страдал. Я наслаждался. И восхищался Эсси, потому что она решила наши затруднения, уйдя от них. Мы с Эсси ушли в капитанскую каюту и закрылись. Сказали, что поступаем так, чтобы наши три гостя разобрались сами. Неплохое объяснение. Бог видит, им для этого нужно было время, потому что в них межличностная динамика достигла такого напряжения, что могла взорвать звезду. Но у нас были и другие причины, и главная в том, что так мы могли заниматься любовью.
И мы занимались ею. С энтузиазмом. С большой радостью. Вы можете подумать, что все-таки прошло двадцать пять лет и возраст есть возраст; и еще есть привычка и скука; и в конце концов, существует ограниченное количество слизистых поверхностей, о которые могут тереться части организма, тут мало что нового можно придумать. Неверно. Мы были страстны, как никогда.
 
Может быть, причина в тесных помещениях «Истинной любви». Когда мы закрылись в маленькой каюте с анизокинетической кроватью, у нас появилось такое же ощущение, как у подростков, занимающихся любовью в подъезде, а мама и папа совсем рядом, за окном. Мы хихикали, когда кровать разнообразно подталкивала нас, но страдать? Нисколько. Я не забыл Клару. Она снова и снова возникала у меня в мыслях, и часто в самые интимные моменты.
Но со мной в постели была Эсси, а не Клара.
И вот я лежал на спине в постели, иногда шевелился, чтобы посмотреть, чем ответит постель и как она пошевелит Эсси, свернувшуюся рядом, – все равно что играть в бильярд на подушках, – и думал, спокойно и тепло, о Кларе.
В тот момент я был совершенно уверен, что все образуется. В конце концов, что плохого? Любовь? Двое любили друг друга. Что же в этом плохого? Конечно, дело осложняется тем, что один из двух, а именно я, часть другой пары, которая тоже любит друг друга. Но всякие осложнения рано или поздно можно решить. Любовь – вот что заставляет вращаться вселенную. Любовь заставила меня и Эсси запереться в капитанской каюте. Любовь заставила Оди лететь за Долли в Высокий Пентагон; и любовь заставила Джейни лететь с ним; и другой тип любви, а может, тот же самый, заставил Долли прежде всего выйти за него замуж, потому что одна из функций любви – организовать жизнь одного человека с другим. И если посмотреть через огромные пустые звездные пространства (хотя я в тот момент этого не знал), Капитан тосковал из-за любви; и даже Вэн, который никогда никого не любил, кроме себя, в сущности, обыскивал вселенную, чтобы найти, к кому приложить свою любовь. Видите, как это действует? Любовь – всеобщий мотиватор.
– Робин? – сонно обратилась Эсси к моей лопатке. – Ты хорошо поработал. Прими мои комплименты.
И конечно, она тоже говорила о любви, хотя в этом случае я считаю, что обязан этим своему умению демонстрировать любовь.
– Спасибо, – сказал я.
– Но хочу все же задать вопрос. – Она повернулась, чтобы смотреть на меня. – Ты вполне поправился? Ты в хорошей форме? Три метра новых кишок хорошо уживаются со старыми? Альберт сообщает, что все хорошо?
– Я себя прекрасно чувствую, – ответил я, и сказал правду, и наклонился, чтобы поцеловать ее. – Надеюсь только, в остальном мире все так же хорошо.
Она зевнула и потянулась.
– Если ты имеешь в виду корабль, то Альберт вполне способен справиться с пилотированием.
– Да, но способен ли он справиться с пассажирами?
Она сонно перевернулась.
– Спроси его.
И я позвал:
– Альберт! Заходи, поговорим. – И повернулся к двери. Мне любопытно было, как он появится на этот раз, ведь дверь закрыта. Он меня одурачил. Послышался звук легкого виноватого откашливания, я повернулся и увидел, что Альберт сидит за туалетным столиком Эсси, скромно отвернувшись.
Эсси ахнула и потянула простыню, чтобы прикрыть свои красивые аккуратные груди.
Вот это забавно. Раньше Эсси никогда не трудилась прикрываться в присутствии собственных программ. Самое странное, что в тот момент мне это не показалось странным.
– Простите за вторжение, дорогие друзья, – сказал Альберт, – но вы звали.
– Да, хорошо, – сказала Эсси, однако по-прежнему прижимая к себе простыню. Возможно, собственная реакция показалась ей странной, но она сказала только: – Итак. Наши гости, как они?
– Я бы сказал, очень хорошо, – серьезно ответил Альберт. – Они втроем беседуют в камбузе. Капитан Уолтерс готовит сандвичи, а молодые женщины ему помогают.
– Никаких драк? Никаких выцарапанных глаз? – спросил я.