Вторая невеста Драконьего лорда

– Гас, обоих тащим? – хрипло произнес один из двух моих конвоиров.
– Обеих! – не удержалась я от исправления, за что снова получила, но на этот раз тычок в спину.
– Конечно. Может, и за оборванку что-нибудь заплатят, – произнес мордатый, на ходу любовно рассматривая мое оружие.
Нас с Илоной тащили следом за ним.
Уверенно шепнув сестре, чтобы ни о чем не переживала, я сверлила взглядом затылок мордатого, представляя, как всажу в него закаленную сталь. Тогда и посмотрим, кто из нас будет мерзко улыбаться и зловеще хихикать.
Подгоняли нас тычками в спину недолго. За это время я успела как следует рассмотреть узкие улочки чужого королевства. В ширину они вмещали в себя не больше двух людей, подпертые с обеих сторон двух- и трехэтажными желтыми домами с маленькими прямоугольными окнами.
У нас такие давно не строили, потому что жить в них было откровенно холодно. Тонкие каменные стены покрывали толстыми слоями глины и песка, которые со временем осыпались, не выдерживая холодов или осадков. Но наличие этих домов было не удивительным. В бедных рыбацких районах богачи никогда не жили.
Воняло им, прямо как нам сейчас.
Остановившись у высокого каменного забора, мордатый толкнул тяжелую калитку и первым вошел в небольшой грязный дворик. Нас с сестрой в него просто запихнули, и я с трудом успела поймать Илону до того, как она упала, запнувшись о мою ногу. За стеной из слез она навряд ли вообще что-то видела.
– Все будет хорошо, слышишь? Я вытащу нас! – прошипела я, тряхнув ее за плечи.
– Пшла! – больно пнули меня в голень, и я тоже теряться не стала.
Пнула в ответ, за что получила новый тычок.
Отсюда было не ясно, насколько большое здание перед нами находилось, но, нырнув в арочный проход, мы полным составом попали в небольшое помещение, заполнив его собой до отказа.
Кроме нас сюда поместился серый деревянный стол, потрескавшийся от времени, и стул, на котором сидел внушительных размеров дядечка в желтом халате. Его длинная борода возюкала по столешнице, пока он что-то кропотливо записывал.
Оценив сгустившиеся тени, он медленно поднял взгляд, оценивая вошедших, то есть нас.
– Здравствуйте! – решила я побыть вежливой, нагленько улыбаясь.
Просто документы на нас с Илоной у меня очень даже были. О том, чтобы выкрасть их из кабинета лорда Гаргата, я позаботилась заранее, а мордатый обыскать меня не додумался. И теперь я очень даже была готова предъявить их разумному человеку, который точно отпустит нас на все четыре стороны, когда узнает, что пленили свободных людей.
Не отпустил.
Документы посмотрел, изучил и забрал, а нас не отпустил. Наоборот, еще и торги устроил, никак не желая давать хоть на монетку больше. Впрочем, сумма, вырученная головорезами, и так превышала все разумные пределы – целых пятьсот золотых! И одна серебряная монетка.
Никогда не думала, что моя тушка стоит так унизительно мало. Да что там мало? Торговец живым товаром меня и вовсе брать не хотел, глядя на меня с недовольством. Нет, я, конечно, знала, что я не красавица, но не до такой же степени!
Моя обидчивая натура решила и этого смертника запомнить на всякий случай. Вдруг когда-нибудь свидимся? Мстительной я себя никогда не считала, но по счетам всегда платила сполна. Не любила оставаться должной.
Мордатый пытался продать торговцу и мой стилет, но, увидев на рукояти отличительный знак лорда – выгравированные крылья, торговец от покупки решительно отказался. Потому что знал, что продажа родового оружия принесет ему только проблемы и не так уж много денег.
Бросив за меня мордатому монетку, торговец открыл тяжелую железную дверь, что больше походила на решетку.
– Такое сокровище сбагрили, – умилилась я, провожая монетку цепким взглядом.
– Заткнись, – ударили меня в спину на прощанье.
За решеткой нас с Илоной встретили люди торговца. Узкий коридор, насквозь пропахший затхлой мокрой тряпкой, привел нас сначала к старой разбитой лестнице, а потом и к одинокой большой клетке, что стояла в подвале.
Запихнув нас в нее, два побитых жизнью молчаливых спутника вернулись наверх, а мы остались одни. Осматривая желтые стены с кусками осыпавшихся глины и песка, я искала взглядом хоть что-нибудь, что могло бы помочь нам выбраться. Но пыльный пол был пуст, света не хватало, а выход из этой комнатушки имелся только один.
 
– Да не реви ты, выкарабкаемся, – погладила я сжавшуюся в комочек Илону по спине, но ее плечи лишь сильнее начали вздрагивать.
А мы как бы находились в запертой клетке. И я как бы не очень хотела превратиться в шашлык.
– Илона, ну хватит уже. Слезами горю не поможешь. – Моя ладонь прошлась по ее волосам. Мне в детстве нравилось, когда мама так делала. – Успокойся, пожалуйста, ты же знаешь, чем твоя истерика может закончиться.
Тихие рыдания стали во много раз громче. Сейчас моя изнеженная сестра вовсю со вкусом жалела бедную себя, и я ее даже понимала: променяла золотую клетку на просто клетку. К тому же грязную. Но я себя тоже любила и себе нравилась целой и невредимой.
Взяв Илону пальцами за подбородок, я приподняла ее голову и, глядя в заплаканное лицо, отвесила ей не очень сильную пощечину. Даже не размахивалась, так – шлепнула просто, но эффект моя успокоительная затрещина произвела моментальный.
Сузив злые голубые глаза, сестра рыдать прекратила мгновенно.
– Извини, – повинилась я, ничуть не устыдившись. – Но плакать сейчас и правда не время. Я доставлю тебя к драконам: я тебе обещала, и слово свое сдержу.
Неясный шорох в противоположном углу прямоугольной клетки поначалу показался мне глюком впечатленного за день разбушевавшегося воображения, но, когда темная тряпка заелозила по полу повторно, негромко фыркнув, я пожалела о том, что под рукой нет стилета.
Если это была крыса или змея, то какая-то уж сильно откормленная. Тогда неудивительно, что, кроме нас, в клетке больше никого нет. Она же всех пленников сожрала!
– Амелия… – прошептали за моей спиной напуганно.
– Цыц, муха, – коротко отговорилась я, медленно подбираясь к свертку.
Наступив на край елозящей тряпки, я без резких движений коснулась другого края пальцами и дернула его, обнаружив чужую хвостатую попу. Голова неведомого чудища все так же пряталась под тряпкой, тыкаясь в мой сапог.
Неловко отступив, пораженно разглядывая чешуйчатого представителя драконов, я присела перед ним на корточки.
Раньше драконов вживую мне видеть не приходилось, но что-то никак не верилось, что с тех пор, как появились первые упоминания о них в летописях, они так измельчали.
Подняв большую голову с вытянутой мордой, темно-красный дракончик посмотрел на меня своими жалобными голодными янтарными глазищами. И я вдруг как-то сразу поняла, что это детеныш. Зубастый, пузатый, хвостатый и крылатый, но детеныш.
Бурно выругавшись, впечатлившись новым знакомством, я тем не менее нашла в себе силы улыбаться. На невольничьих рынках Королевства Узников торговали всяким товаром, но встретить здесь дракона я никак не ожидала. Потому что своих детей чешуйчатые создания охраняли хорошо, если верить тем же летописям.
Просто рождались они у этих долгожителей редко и ценились выше всяких богатств.
Осторожно взяв тяжеленькую малявку на руки, я умилилась тому, как самое интересное он скромно прикрыл хвостиком. Но я-то уже успела заметить, что это мальчик.
– Илона, смотри, кто здесь, – медленно развернулась я к притихшей сестре, стараясь не делать резких движений.
Слегка покачивая пузатенького на руках, словно младенца, я продемонстрировала хвостатое чудо сестрице. Она была удивлена не меньше меня – изумление четко проступило на ее покрасневшем от слез лице, но и ее найденыш не оставил равнодушной. Улыбка, полная умиления, застыла на ее полных губах.
– Он не кусается? – спросила она, а я отрицательно качнула головой. – А можно я его возьму?
– Конечно, – обрадовалась я тому, что Илона отвлеклась от своих страданий.