Манелиос: Рождённый Мёртвым (СИ)

— И я тоже так считаю. В тот раз я подумал, что со временем канал ведущий в ногу сам восстановится, поэтому просто насытил ту энергией и отпустил его домой. Но вот уже прошло несколько недель, а ситуация, кажется, стала даже хуже. Похоже, физические повреждения слишком значительны, из-за чего этот энергоканал всё сильнее сужается. Если так пойдёт и дальше, то… — он перевёл взгляд на своего пациента и просто не смог выдавить из себя окончание предложения.
— Могу я попробовать? — спросил я, посмотрев сначала на Баральта, а потом на пришедшего за помощью человека.
— Делайте что хотите, — с нотками отчаяния, произнёс мужчина. — Без ноги я нежилец.
До этого момента мне ещё не доводилось проделывать то, что я сейчас запланировал. Фактически всё это время я только выкачивал силы из местных насекомых, да тренировался в “чутьё жизни”. Но если раньше в этом теле находился человек, разработавший новые методы управления энергией, то, вероятно, он был способен на гораздо большее, чем жалкие два действия — поглощение и передача.
Коснувшись ноги пациента, я прикрыл глаза, пытаясь сосредоточиться. К моему удивлению, мир вокруг не погас полностью. Каким-то образом я продолжал видеть энергосистему человека, которого касался. И это позволило ещё больше сфокусироваться на процессе. В первую очередь я попытался зачерпнуть немного энергии из сердца. Именно там находился её источник у всех людей, которых я встречал. Но вместо того, чтобы впитать, я попробовал перенаправить её. Свет в верхней части тела слегка поугас, зато каналы, что вели в нижнюю, загорелись раза в два ярче.
— Что-то… В груди закололо… — услышал я обеспокоенный голос мужчины, но решил не останавливаться.
— Терпите, — только и сказал я, продолжая отслеживать изменения.
Когда энергия добралась до пересохшего перешейка, я надеялся, что тот засияет так же, как и другие бывшие пустыми “русла”. Но этого не произошло. Поэтому я чуть подрегулировал движение энергии, перенаправив в это место настолько много, насколько только позволяла ширина ведущих туда каналов.
— Теперь в ноге жжётся.
— Костатьян, ты мужик или кто? — в этот раз уже заговорил Баральт, который, как и я, должен был видеть всё происходящее. — Тебе сказали терпеть. Значит, терпи.
А тем временем перешеек захлестнуло настоящее цунами. Все потоки упёрлись в одну точку, пытаясь протиснуться через самое узкое место. Я же продолжал удерживать хватку, в надежде, что этого давления окажется достаточно, и образовавшийся затык просто выбьет, словно пробку из бутылки шампанского.
К сожалению, такого эффекта добиться не удалось. Но и так перешеек начал на глазах наполняться энергией. Медленно, но верно он становился всё светлее, разгораясь с каждой секундой ярче и ярче. В какой-то момент расширение прекратилось, и я позволил энергии течь дальше так, как ей того хотелось. И самое интересное тут то, что пусть напор и спал, но свечение в нижней части таза не вернулось к первоначальному значению. Через канал, ведущий к ноге, энергия продолжала активно течь, не думая даже вновь менять направление движения.
— Как себя чувствуете? — поинтересовался я, открыв глаза и увидев потное и слегка красноватое лицо пациента.
— Устал, — тяжело дыша, произнёс он. — Будто весь день на жаре булыжники таскал.
— Коллега, дадите какие-то рекомендации?
— Пусть придёт к тебе через несколько дней на обследование. Я думаю, вы сами с лёгкостью определите изменения его состояния. Если станет хуже, свяжетесь со мной, и мы попробуем ещё раз. Если же будет лучше, то значит, процедура помогла.
— Слышал? — обратился Баральт к мужчине.
— Да, заскочу, как выдастся короткая смена.
— И не откладывай. В другой раз господина Лоса может и не оказаться рядом, чтобы снова тебя на ноги поставить. Плати и иди уже, — мне показалось, что “мой коллега” стал вдруг каким-то нетерпеливым. Он даже говорил чуточку быстрее обычного.
— А могу я в следующий раз расплатиться? Сейчас очень трудно с этим. Я рассказывал, что у меня сын женится?
 
— Если не вернёшь долг, я найду тебя и сделаю всё как было. Для этого мне ничья помощь уж точно не понадобится, — слегка резко отреагировал лекарь. Но мне показалось, что эта угроза была лишь для галочки.
— Я понял, дружище. Спасибо, — он поднялся, а после чуть потоптался на месте, проверяя ощущения. — И тебе… Вам тоже спасибо, — кивнул он мне, подхватил свою несуразную трость, будто выточенную на скорую руку из полена, и пошёл на выход, слегка прихрамывая.
Они оба покинули кабинет, а секунд через десять, как прозвенел колокольчик на входной двери, в помещение, словно вихрь, ворвался Баральт. До этого он старался не подавать виду, но сейчас по его лицу бегало огромное количество эмоций.
— Это же была высшая манипуляция?! Я и не думал, что мне в жизни хоть раз удастся увидеть её вживую. Мой учитель владел лишь её низшим аналогом, да и то считался одним из лучших магов жизни своего времени!
— Не очень понимаю, о чём вы, — не стал я скрывать своего незнания терминологии. Не всегда есть смысл прикидываться экспертом. В данном случае, показав свою неосведомлённость, я смогу получить дополнительную информацию. При этом вряд ли из-за такой мелочи я потеряю лицо.
— Ах… Вероятно, у вас это называлось как-то иначе. Под этим названием у нас понимают умение управлять всей жизненной энергией другого существа, словно своей. Мой учитель говорил, что такой способностью владел тот, кто обучал уже его самого. Но, похоже, с каждым поколением маги жизни всё больше вырождаются, — мужчина как-то резко поник, подошёл ко мне и уселся на кушетке рядом. — Я и низшей манипуляцией не владею. Для меня чужая энергия ощущается совершенно чужеродной. Я уже больше сотни лет этим занимаюсь, а до сих пор не могу никак продвинуться дальше. Видать, отсутствие таланта никакое количество приложенных усилий перебороть не сможет.
Мне хотелось как-то его подбодрить, но после всего услышанного, я не мог подобрать слова. Баральт является целителем уже целый век, но так и не смог приблизиться к навыкам своего учителя. Не могу же я ему сказать, что он мало старался? Да и обучить его я тоже не в состоянии. Всё-таки эти способности как бы и не мои вовсе. Я по-прежнему не представляю, как это всё работает. Воспоминания тела делают всё за меня. И именно по этой причине я не могу ни с кем поделиться своими знаниями. Ведь в реальности их у меня нет. А Манелиос уже никому ничего не расскажет.
— Господин Лос…
— Можно без “господин”, — на набившее мне оскомину слово я отреагировал мгновенно.
— После всего увиденного я не могу к вам обращаться как к равному. Вы стоите на две ступени выше меня. А может, даже и не на две. Как я считаю Роберто бездарностью, так и в ваших глазах, я, наверное, ничего не стою. И если он то ли не понимает, то ли просто не хочет этого признавать, то для меня всё очевидно. Не хочу сам себя обманывать, продолжая притворяться высококлассным специалистом. Мы с вами в разных лигах. И боюсь, до самой моей смерти ничего в этом плане не изменится.
— Не принижайте свои способности, коллега, — я специально выделил последнее слово. — И я, и вы занимаемся одним и тем же — помогаем людям в час нужды. Если вы решите забросить дело, то кто, кроме вас, сможет оказывать реальную помощь в этом городе? Раз вы ещё не съехали, значит, о вас знают и вас ценят. Разве это не главное? Я уверен, как и сегодня, вас не раз благодарили за работу. Без вашей поддержки местным жилось бы значительно хуже. А многие наверняка и вовсе бы отправились к богам. Обернитесь назад и посмотрите, как много вы уже сделали, а теперь загляните в будущее и поймёте, что вы способны совершить ещё немало хорошего. Перестаньте сравнивать себя с другими. Смотрите только на самого себя и всегда стремитесь достичь большего.
 
— Мудрые слова, гос… Коллега. Будь мой учитель жив, он, скорее всего, сказал бы что-то похожее.
Мы немного помолчали, после чего я всё же решил поговорить с ним на значимую для меня тему: