Манелиос: Рождённый Мёртвым (СИ)

Открыв нужную дверь, на которую мне указал местный житель, я попал в небольшое фойе с лавками. Ничего примечательного тут не заметил. На каменных стенах отсутствовали хоть какие-то украшения в виде картин или чего-то такого. Либо это слишком дорого, либо хозяин боится, что просто-напросто сопрут.
О моём появлении лекаря оповестил колокольчик на двери, поэтому никого звать я не стал, решив немного подождать.
— Кто ко мне тут пожаловал? — “поздоровался” мужчина, выйдя из коридора справа от меня.
Не успел я ответить, как произошло нечто странное. Лицо увидевшего меня человека изменилось, и он с ужасом в глазах сделал несколько шагов назад. Но затем вдруг замер, присмотрелся, слегка прищурившись, и с огромным облегчением выдохнул.
— Ну и напугали вы меня, коллега. Я уж думал ко мне зомби какой пожаловал. Вы бы лучше в следующий раз течение энергии не скрывали. А то так и в Светлую Усыпальницу раньше времени можно отправиться.
— Прошу прощения, — быстро поймал я волну настроения. — Это часть тренировки. Как-то я и не задумывался, что в чужих глазах это может выглядеть столь неприглядно.
— Понимаю, — кивнули мне в ответ, легко приняв ложь за правду. — Я тоже иногда забываюсь. Всё-таки с коллегами не часто вижусь.
— Вы в этом городе один работаете?
— Есть тут ещё один, — цыкнул сквозь зубы мужчина, — Но он только и может, что лорду подлизывать. Если бы не его влияние, то с такими навыками к нему бы вообще никто не обратился. А так и дерёт втридорога, да ещё и посредственные результаты выдаёт за великие свершения.
— Да, знаем таких, — согласился я, понимая, что связи иногда дают больше, нежели личные способности.
— А вас, кстати, как звать?
— Лос, — легко представился я своим вторым именем. — Я не местный, а потому решил зайти, пообщаться с коллегами.
— Меня Баральт звать. Ну раз зашли, то проходите, располагайтесь, — он махнул рукой, показывая следовать за ним, а сам скрылся за поворотом.
Дверь в кабинет лекаря расположилась прямо через полтора метра, как я свернул за угол. И вот тут уже нашлось место для украшательств всех видов и мастей. Более того, помещение мне напомнило то ли музей, то ли логово какой-нибудь гадалки-ведуньи из нашего мира. Количество всевозможных непонятных штуковин на стенах просто зашкаливало. Тут буквально всё было увешано… чем-то. Деревянные маски разных форм, цветов и размеров, ряды разнообразных амулетов, сделанных из различных материалов и украшенных цветными камушками, какие-то дощечки с нечитаемыми узорами, несколько больших пано с, кажется, изображениями религиозного характера, бусы, чётки, браслетики — это только то, что я успел распознать, бегло осмотрев стены. Да тут даже с потолка тоже свисают какие-то побрякушки.
— Неплохой антураж, — прокомментировал я увиденное, продолжая рыскать глазами. А когда сознание привыкло к нагромождению деталей в поле моего зрения, я всё же решился включить “чутьё жизни”. И почти всё начало в той или иной мере светиться зелёным, показывая свою магическую природу. Правда, энергии в каждом предмете было не так уж и много. Больше, нежели чем в насекомых, но всё равно негусто.
— Самое ценное я храню отдельно. А это всё просто помогает настроить пациентов на нужный лад. Сами, наверное, знаете, как тяжело работать с неверующими. Они закрываются, и что ты не делай, а внутрь энергию не протолкнёшь. Поэтому и приходится идти вот на такие ухищрения для их же пользы.
— Я с такими людьми раньше не сталкивался, — решил я не поддакивать слишком много, чтобы не выглядеть особо подозрительно. — Я этим занимаюсь не на таком уж профессиональном уровне, как вы. А потому ко мне приходят люди, уже будучи готовыми на любое чудо.
— О да! — воскликнул мужчина, облокачиваясь на заваленный разной атрибутикой стол. — Это мои любимые! С ними и работать проще, и если их не остановить, отдадут тебе последние штаны. Вы это, присаживайтесь, — указал он на стул, стоявший возле кушетки.
С учётом моего текущего состояния, мне что стоять, что сидеть — всё едино. Тело не накапливает усталость, и никакой нагрузки на ноги я не ощущаю. Но раз уж предложили, нет смысла отказываться.
 
— Могу кое-что спросить? — задал я вопрос, закинув ногу на ногу. В таком положении я чувствую себя чуточку увереннее.
— Конечно, — легко согласился мой собеседник, — Если это не повредит моей работе, то отвечу.
— Как вы узнали, что я тоже маг жизни, если не видели моих энергетических потоков?
Пока мы общались, я внимательно рассматривал Баральта в обоих спектрах своего восприятия. И если глазами я видел обычного мужчину среднего телосложения в возрасте около сорока лет, то вот его внутренняя энергетика значительно отличалась от стандартной. Один лишь факт того, что он светился раза в три сильнее всех других виденных мной людей уже достоин упоминания. Рафаэлла тут не в счёт. Она всё-таки эльфийка… Ну то есть Дитя Ночи, если по местному. Самое же интересное в лекаре было то, как много в его теле проложено энергоканалов. У всех остальных энергия растекалась по телу маленькими ручейками, которые ветвились с большой неохотой, быстро угасая. Тут же я будто увидел анатомический плакат с отображением сосудистой системы. Начиная от сердца, энергия распространялась по всему организму, доходя до самых кончиков пальцев.
— Ваш артефакт на груди выдал вас с потрохами. Не скрывай вы свою энергетику, я бы его сразу и не заметил бы. А так, на абсолютно чёрном фоне он виден, словно самая яркая звезда в ночи. И когда присмотрелся, понял, что такую вещь я бы не продал даже за самые большие деньги. Уверен, у вас ушёл ни один год, чтобы добиться подобного. Я тоже ношу с собой резервный источник, но он по сравнению с вашим просто детская поделка.
Мужчина задрал рукав своего плотного светло-зелёного халата, показывая мне крупный золотистый медальон, висевший на запястье. И вот в нём энергии оказалось не просто много, а очень много! Сложно понять точное количество, так как в таком маленьком форм-факторе столь больших запасов я ещё не встречал. Сердце Жизни и то не горит так ярко.
— Правда, я смотрю, вы недавно сильно потратились. Даже выглядите как-то бледновато. Я бы не рекомендовал доводить себя до такого состояния. Мой учитель часто говорил мне, что собственная жизнь важнее всех денег в мире.
— И я с ним абсолютно согласен. Но ситуации бывают разные. Иногда просто знаешь, что должен помочь, несмотря ни на что. Я-то восстановлюсь, а вот мой пациент без моей помощи не выживет, — следуя своей привычке, я выдумал историю прямо на ходу.
— Да… — задумчиво протянул мужчина, — бывает всякое. А могу я и вам задать вопрос?
— Конечно, спрашивайте.
Мне нравилось разговаривать с этим человеком. Он казался мне в меру открытым и достаточно честным. К тому же обращался ко мне на “Вы”, что для здешнего мира, кажется, редкость. Как минимум, кроме Рафаэллы и Серджиуса, все поголовно мне “тыкали”. Не то чтобы это имело для меня большое значение, но как-то я слишком уж привык к уважительному обращению к собеседнику, особенно когда разговариваешь с незнакомым человеком.
— Откуда вы к нам приехали? Я довольно долго жил в столице и уж о таком мастере, как вы, должен был бы знать.
Я и раньше раздумывал над этим вопросом, но к окончательному решению так и не пришёл. Какой бы город я ни назвал, совершенно случайно может найтись человек, который как раз оттуда и обо мне слыхом не слыхивал. Так подставляться слишком уж опасно. С другой же стороны, говорить, что я прибыл из-за предела империи… Не будет ли это перебором? Например, та же эльфийка и вовсе ничего не знает про мир по ту сторону Жуткого леса. Если за перевалом Демонов, очевидно, находится страна демонов, то вот что там за лесом никто не знает. И так как эта территория считается непроходимой, непонятно, поверят ли мне вообще.
 
— Это такая тайна? — поинтересовался Баральт, видя, что я затрудняюсь ответить.
— Не особо, — пожал я плечами. — Я просто не уверен, как люди отреагируют на правду.