Манелиос: Рождённый Мёртвым (СИ)

— Спасибо, господин, — с облегчением вздохнула девушка и поднялась с колена. — Я отдам за вас жизнь.
— А вот этого делать я тебе запрещаю, — строго отреагировал я на её слова. — Твоя жизнь является ценным ресурсом, и я не позволю тебе ей разбрасываться. Не смей и думать умереть раньше срока.
Удивительно, но я вдруг подумал, что если во всём этом есть хоть толика смысла, и если существует хотя бы один шанс из миллиона, что это всё правда, то я хочу, чтобы эта девушка была со мной рядом как можно дольше. Она ведь и впрямь в моём вкусе. К тому же какой смысл давать клятву служить до гроба, а потом с радостью бежать и самоубиваться посредством прыжка с утёса. Нет, такой вариант развития событий я одобрять не собираюсь.
— Цени свою жизнь и не смей отдавать её по пустякам.
— Слушаюсь, господин, — на короткий промежуток времени она снова склонила свою голову. Мне это даже начинает нравиться. Чувствую себя прямо дворянином. Осталось построить усадьбу и завести с десяток прислуги. А то свита из одного-единственного человека, это не солидно.
— Раз с приветствием мы закончили, расскажи, что эти люди, — я кивнул на трупы, — делают в моей усыпальнице, — на последнем слове я с трудом подавил улыбку. Почти прокололся, надо бы поаккуратнее.
— Они помогли мне добраться сюда и вскрыть ваш гроб, — она указала взглядом на поверхность, на которой я лежал. А ведь и впрямь я нахожусь на полуметровом каменном возвышении. Только лежу не внутри, а на его крышке. Видать, те люди даже помогли ей меня поднять. Не похоже, чтобы эта девушка могла с этим справиться самостоятельно. Хотя, судя по тому, сколь бледно и изнемождённо выглядят мои руки, я вполне мог за время сна скинуть несколько десятков кило. — А после этого я принесла их жизни в жертву, чтобы напитать ими “Сердце”.
— Ты смогла в одиночку убить пятерых? — звучит не очень правдоподобно. Зачем ей тогда вообще понадобилась их помощь, если она столь сильна.
— Они не ожидали удара в спину. К тому же на последнем привале я подсыпала им в еду порошок, подавляющий их волю. Он усилил мою слабую магию внушения, дав мне дополнительные десять секунд. Без этого я, естественно бы, не справилась.
— А зачем тебе вообще понадобился отряд?
— Простите меня, господин, — снова склонилась Рафаэлла, — но нежить, которую оставила моя мать для вашей охраны, не признала меня, когда я впервые попыталась вас пробудить. Поэтому мне пришлось нанять отряд наёмников и вместе с ними зачистить это подземелье. Ещё раз прошу прощение, что уничтожила ваших приспешников!
— Это всего лишь нежить, — успокаивающе произнёс я, — нет смысла их жалеть. Они свою задачу выполнили, и никто за эти полтысячелетия так и не посмел потревожить мой сон.
Я ещё раз пробежался глазами по убитым, но не почувствовал к ним никакой жалости. Похоже, что моя вера в происходящее до сих пор слишком слаба. Логически я признаю, что девушка поступила наимерзейшим образом. Наняла хороших “специалистов” для решения задачи, а затем, не заплатив, избавилась от них. Причём, как я понимаю, наёмники были и впрямь одни из лучших. Иначе, почему это место осталось не потревоженным такой долгий срок? Или тут всё дело в расположении? Где мы там находимся? На краю земель Рэствальда, да? Мда… Вместо того чтобы искать выход из сложившейся ситуации, я пытаюсь разобраться в байках этой девахи.
— Рафаэлла, это ты меня поила в момент моего пробуждения? — я почувствовал, что во рту у меня совершенно пересохло. Продолжать разговор становилось всё сложнее, а потому я бы не отказался от пары глотков воды, раз уж меня пока что никто не собирается убивать. — Ещё есть?
— Простите, господин, — она снова извинилась. Если бы я на работе столько косячил, то меня бы давно уже лишили премии. А о повышении бы и вовсе речи не шло. — Мать передала мне единственную оставшуюся бутылку с воскрешающим зельем, которую она смогла сохранить. Остальное было утеряно во время осады замка.
— Хочешь сказать, что за полтысячелетия не нашлось никого, кто мог бы сварить такое зелье?
 
— Ваши навыки в алхимии несравненны, мой господин. Не родился на земле ещё человек, более способный, чем вы.
— И никаких записей не осталось?
— Всё было уничтожено. Я сама не видела, но говорят, что войска императора разграбили и сожгли всё, что хоть как-то имело с вами связь. Возможно, что-то и уцелело, но об этом мне ничего не известно.
— Прискорбно, — изобразил я печаль на лице. Я был бы не прочь почитать хоть что-то относящееся к “моему” прошлому. — Может, есть обычная вода? — я на секунду задумался, а затем добавил: — Или исцеляющее зелье?
— Боюсь, что ни одно исцеляющее зелье не способно восстановить ваше тело. Если бы не зелье воскрешения, вы бы вряд ли сейчас могли вообще двигаться.
— И что бы ты стала делать, если бы по какой-то причине последняя бутылка такого ценного напитка оказалась утеряна? — постарался вложить в голос немного строгости, чтобы подчеркнуть, что я недоволен таким раскладом дел.
— Я хранила его столь же бережно, как и свою собственную жизнь, чтобы напоить вас им, как только смогу найти “Сердце”! — протараторила она на одном дыхании.
— И всё же, какой твой запасной план? — и перед тем как она успела ответить, напомнил ей о своей просьбе: — И дай мне уже что-нибудь попить.
— Да, господин, — она только едва испугалась, не зная, что сказать, но услышав мою просьбу, тут же начала возиться в поясной сумке, которая до этого скрывалась под балахоном, — сейчас.
Через несколько секунд она достала кожаный бурдюк, примерно на литр в объёме и, сделав два шага в мою сторону, протянула его мне. Я привередничать не стал и, взяв у неё из рук эту странную флягу, попытался вытащить пробку. Но та оказалась сильнее меня. Да что уж там говорить, когда даже вес бурдюка показался мне непозволительно тяжёлым.
— Ты не могла бы…, — договорить мне не дали. Девушка молниеносно выхватила у меня из рук сосуд с водой, в одно движение откупорила и снова передала его мне.
— Прошу меня простить, господин, — она согнулась в полупоклоне, — я не предполагала, что вы будете столь слабы при возрождении. Мне стоило догадаться…, — а теперь её прервал уже я.
— Не волнуйся, — произнёс я как можно более доброжелательно. — Всё, что ты сделала для меня, с лихвой перекрывает твои просчёты, — и, не желая ждать больше ни секунды, я жадно присосался к горлышку. Живительная влага оросила мой рот, но не принесла того же наслаждение, как та жидкость, которой меня поили до пробуждения. Где бы всё-таки раздобыть ещё одно “зелье воскрешения”, в данный момент оно пришлось бы как нельзя кстати. — Но тебе всё равно нужно быть увереннее в себе, — продолжил говорить, когда понял, что воды внутри почти не осталось. — Извинениями делу не поможешь. И пусть сейчас я могу закрыть глаза на твои ошибки, это не значит, что в будущем я оставлю их без внимания.
— Я поняла вас, господин, — приняла она у меня из рук бурдюк, — я буду стараться изо всех сил, чтобы оправдать ваше доверие.
Мне кажется, что наша игра зашла настолько далеко, что повернуть назад уже не получится, как бы мне того не хотелось. Я стараюсь вести себя, как если бы и впрямь был возрождённым некромантом с огромным жизненным опытом. Да, на работе мне не раз доводилось организовывать людей и раздавать указания. И именно мои достижения на этом поприще обеспечили должность руководителя отдела. Точнее, почти обеспечили. До повышения оставалось всего несколько месяцев, и если бы не авария, то уже буквально через год, я вполне смог бы позволить себе нормальное четырёхколёсное транспортное средство. Честно говоря, машиной я мог обзавестись и раньше, но мне не хотелось торопиться. Да и покупать что-то подержанное не позволяла собственная гордость. Плюс к этому мне нравились поездки на велосипеде. Они давали мне возможность по-настоящему насладиться дорогой. К тому же я привык держать своё тело в тонусе. Как говорится, в здоровом теле здоровый дух. Отрастить пузико я всегда успею. Притом я считаю, что как-то глупо ездить на работу на машине, а затем проводить час времени, чтобы крутить педали на велотренажёре в зале. Где логика?