Антология советского детектива-46. Компиляция. Книги 1-14 (СИ)

Вскоре машина уже ехала по проспекту Маркса. Светлана показала на гостиницу «Москва».
— Вот здесь, пожалуйста.
— Здесь? — как-то странно переспросил Павел Иванович и, спохватившись, добавил: — Впрочем, мне все равно.
Очутившись на тротуаре, Светлана помахала вслед удалявшейся машине и почему-то подумала: «Какие красивые зеркальца у нее по бокам!»
Подземным переходом она прошла на улицу Горького. Бродя по магазинам, Светлана снова и снова возвращалась мыслями к своей странной поездке. И чем больше она о ней думала, тем больше росло в ней беспокойство. Ей уже казалась подозрительной и дача, где она побывала, и в общем-то совершенно незнакомый ей Иван Иванович, и вся эта история вокруг портсигара. «Глупости, — говорила она себе. — Глупости. Он приедет, как обещал. И мы получим портсигар. Обязательно».
Уже начинало темнеть, когда Светлана собралась ехать домой. Остановка ее троллейбуса была около гостиницы, и девушка заспешила туда.
Первое, что она там, около подъезда, увидела, был знакомый «Москвич», Светлана даже узнала зеркальца по бокам. Она остановилась невдалеке, под деревом, чувствуя, как вдруг забилось сердце.
И в этот момент из подъезда вышел Иван Иванович. Он что-то спросил у швейцара, тот, подумав, ответил. Иван Иванович снисходительно улыбнулся и сунул ему что-то в руку. И швейцар почтительно проводил его до машины.
Светлана не решилась к нему подойти. Она только проводила «Москвич» глазами и с непонятной тревогой на душе поспешила к остановке троллейбуса. Все-таки что-то она сделала в этот день не так, какую-то совершила ошибку. И неизвестно почему ей вдруг стало страшно.
Когда стемнело, дача была окружена. За это время в ней не было заметно никаких признаков жизни.
Но с наступлением темноты в дальней комнате, окна которой, тоже заколоченные досками, выходили в глубь участка, замерцал сквозь щели слабый огонек. Разобрать, кто находится в комнате, было невозможно.
— Что будем делать? — шепотом спросил Откаленко. — Ведь если постучать, он, пожалуй, не откроет.
— Ясное дело, не откроет, — поддержал его кто-то из сотрудников. — Раз прячется от всех.
Решено было незаметно проникнуть в дачу. Один из сотрудников, ловко карабкаясь по углу сруба, поднялся на чердак. Там, осторожно посвечивая себе фонарем, он обследовал пол. Никакого люка или чего-нибудь подобного, ведущего вниз, не оказалось.
Откаленко предложил пролезть через окно, где доски слабее всего приколочены к наличникам. Кое-какой инструмент на всякий случай привезли с собой из Москвы. Цветков, подумав, согласился.
Осмотрели окна, выходящие на улицу. На одном из них доски держались довольно слабо. Откаленко и еще один сотрудник принялись со всевозможными предосторожностями вытягивать заржавевшие гвозди.
Внезапно доска едва слышно затрещала. И мгновенно в дальнем окне погас свет.
 
 
Работу немедленно прекратили. Воцарилась тишина.
 
Однако прошло не меньше часа, прежде чем снова появился в окне свет.
 
 
— Успокоился, — тихо произнес Цветков. — Нет, милые мои, тут надо придумать что-то другое. Он может быть и вооружен.
— Как же его выкурить? — с досадой спросил Откаленко.
— О! — Цветков вдруг оживился. — Именно так и сделаем.
 
 
И он объяснил свой план.
 
Кто-то из сотрудников с сомнением заметил:
 
 
— Много будет шуму.
— Чем больше, тем лучше, — ответил Цветков. — Но только с умом. И еще надо учесть ветер.
Все бесшумно принялись за работу. Кто-то сбегал к машине и вернулся с тяжелой канистрой.
Когда все было готово и каждый занял отведенное для него место. Цветков подал сигнал.
И в тот же миг с двух сторон от дачи взвились к небу языки пламени. Ветер погнал к окнам едкие клубы дыма.
— Пожар!.. — раздался откуда-то издали истошный голос.
— Пожар!.. Пожар!.. — ответили ему с других сторон чьи-то далекие голоса.
 
И в тот же момент с треском распахнулась дверь дачи. Оттуда метнулась чья-то тень.
 
 
Наперерез ей кинулся Откаленко.
 
 
— Игорь, назад! — не своим голосом крикнул Цветков.
 
 
Но тут грохнул выстрел, и Откаленко навзничь опрокинулся на землю.
 
А в кустах уже завязалась отчаянная борьба. Послышались крики, чей-то стон, звуки ударов.
 
На миг все покрыло вдруг громкое шипенье заливаемых водой костров.
 
Цветков подбежал к лежавшему на земле Откаленко, опустился перед ним на колени. Откаленко тихо стонал.
 
В это время из кустов выволокли отбивающегося, хрипящего человека. При свете догорающего костра и в скрещенных лучах фонарей все узнали его. Это был Сердюк.
 
 
 
С улицы донесся рокот подъезжающих машин. Их было две. Вторую уже позже вызвал Цветков.
 
Связанного Сердюка кинули в одну из них. Вторая умчала в город раненого Откаленко.
 
Цветков с сотрудниками приступили к обыску дачи.
 
Были обнаружены крупная сумма денег и все вещи, украденные у артиста Починского, все, кроме заветного портсигара из музея.
 
Там же, в машине, Цветков устроил первый допрос притихшего Сердюка.
 
 
— Где портсигар? — как бы между прочим спросил он. — Тот самый.
 
 
Сердюк злобно ощерился в усмешке.
 
 
— Ищите, ищите, — хрипло проговорил он. — А найдете, так не посмеете отнять.
 
 
Больше от него ничего нельзя было добиться.
 
Когда вернулась вторая машина, начинало уже светать. Шофер доложил Цветкову: врачи сказали, что жизнь Откаленко вне опасности.
 
В Москву возвращались молча.
 
Утром у Цветкова состоялось короткое совещание.
 
 
— Один вопрос и одна просьба, — сказал представитель ОБХСС. — Это в связи с тем, что магазином Туликина предстоит заняться вплотную. Делец, видно, с размахом и связями. Здесь пахнет крупным хищением.
— Дело очень перспективное, — отдуваясь, произнес Свиридов. — Прозвучит громко. А первая заслуга здесь группы товарища Цветкова.
И он добродушно подмигнул Федору Кузьмичу. Но тот никак не прореагировал на этот дружеский комплимент.
Лосев, сидя в углу, с неприязнью подумал: «Ишь ты! Ветер, наверное, меняется. Не иначе». Он все никак не мог прийти в себя от двух свалившихся на него в это утро известий: ранение Игоря Откаленко и непонятная поездка Туликина со Светланой на дачу. Виталий не мог дождаться конца совещания. Он уже упросил по телефону отца — профессора Лосева, крупного хирурга, — поехать и осмотреть Откаленко. И еще он хотел немедленно повидать Светлану, но без разрешения Цветкова этого теперь нельзя было сделать. Виталий рассеянно слушал, что говорится вокруг, и только слова Свиридова привлекли его внимание к происходившему.
— Давайте с вопроса, — сказал в этот момент Цветков.
— Пожалуйста. В каком состоянии вы оставили дачу? Туликин может приехать туда в любой момент.
 
 
Цветков усмехнулся.
 
 
— Это мы учли. Дача в порядке. Следов обыска нет.
 
— А участок?
— И участок прибрали.
— Так, — заметно успокоился представитель ОБХСС. — Теперь просьба. Туликина хорошо бы пока оставить на свободе, и он ни в коем случае не должен знать, что вы арестовали этого Сердюка. Он должен быть совершенно спокоен.
— Хорошенькая просьба, — покачал головой Цветков. — Но ведь портсигар теперь у него. И вы думаете, что Туликин оставит этот портсигар себе? Да он его как можно быстрее сплавит куда-нибудь. Тут немедленно надо хватать его за руку!