Антология советского детектива-46. Компиляция. Книги 1-14 (СИ)

— А когда вернется?
— Не скоро. И никого другого я тебе не дам, — строго говорит Кузьмич. — У всех дел по горло. Один будешь вертеться. И кончать надо быстро. Тебя тоже не отпуск ждет.
— На этот счет я спокоен.
— Так вот. Восстанавливать надо не весь день. А вечер. Только вечер, с того часа, как они встретились. Запомни: это самый страшный, самый острый и важный момент, который только эта девушка пережила в своей жизни. Восстанови его.
Да, легко сказать «восстанови». Вечер двенадцатого ноября. С того дня прошло три недели.
Я сижу один в своей комнате. На столе передо мной схема метро, схема маршрутов общественного транспорта и, наконец, схематический план самого города. На этом последнем плане я уже отметил кружком дом Веры и гостиницу «Колос», соединил их пунктирной трассой. А дальше? Где находится тот дом, куда Вера потом поехала, откуда вышла сама не своя и где нервный стресс достиг, видимо, своего апогея? По словам Павла, они туда ехали сначала в метро, с пересадкой, потом на троллейбусе, потом шли пешком. Так, так…
И, между прочим, уже оттуда, от того дома, они пешком добрели до той стройки. И шли совсем недолго. Это место я знаю и помечаю его кружком на карте. Но путь от гостиницы «Колос» мне неизвестен. Хотя…
Но в этот момент в комнату заглядывает не кто иной, как Валя Денисов. Мы не виделись бог знает сколько времени. То он в командировке, то я. Изящный, худощавый, невысокий Валя с узким большеглазым лицом и тонкими, как у музыканта, пальцами кажется хрупким, как девушка. Но он добился того, что это стало лишь обманчивой внешностью. Валя повторил в этом смысле подвиг Суворова, так мы, во всяком случае, полагаем. Тщедушный, болезненный парнишка стал вынослив и силен, как бизон.
Валя тактичен и сдержан. Заглянув в дверь и увидев меня за работой, он вежливо осведомляется:
— Ты не очень занят?
— Заходи, заходи, — обрадованно говорю я, поднимаясь ему навстречу. — Сколько я тебя не видел! И вообще помоги с этой чертовой головоломкой.
— Если смогу, — скромно отвечает Валя.
Он и в самом деле скромен и любит держаться в тени. Но еще Валя аккуратист и педант. Если, например, потребуется, то для точности он может даже подсчитать количество шагов от одного пункта города до другого. Это его нисколько не смутит. Так однажды он, кстати, и сделал. А недавно он составил поразительную таблицу по одному запутанному делу. И как по таблице Менделеева можно предсказать целый ряд еще не открытых элементов, так и по Валиной таблице мы тоже кое-что смогли предвидеть и выяснить. Он просто прославился этой таблицей. И смекалка у Вали тоже есть, правда, я бы сказал, не стратегическая смекалка, а тактическая. Но сейчас именно это и надо.
— Понимаешь, какая штуковина, — принимаюсь объяснять я. — Мне требуется найти…
Но я не успеваю еще приступить к рассказу, как дверь снова, но уже с шумом, распахивается, и на пороге возникает мощная фигура Пети Шухмина. Ворот на толстой шее, как всегда, расстегнут, пиджак готов лопнуть на широченных плечах.
— Виталий… — гремит он и, раскинув в стороны руки, идет ко мне. — Чертушка… Явился не запылился? Ну, и что в зубах приволок?
Петя в курсе всего дела, при нем оно и возникло, когда Валя был в командировке.
Коротко ввожу ребят в курс дела.
— Гм, гм… — мычит Петя, вглядываясь в план города. — Во всяком случае, можно сказать, в какой именно район они отправились из этой самой гостиницы. Дом-то тот недалеко от стройки, раз они потом пешком, гуляючи, до нее добрались. Вот он тут где-то примерно.
Он тычет толстым пальцем в кружок, обозначающий стройку, а потом обводит кольцо вокруг него.
— А Павел не дал временные точки отсчета? — спрашивает Валя. — Скажем, в котором часу они встретились?
Я киваю в ответ.
— Он запомнил время, когда они были в гостинице. Павел там ждал Веру около десяти минут, от девятнадцати ноль пять до девятнадцати пятнадцати. А у того дома он Веру ждал долго, от двадцати часов до двадцати одного часа.
— Выходит, дорога от гостиницы заняла около сорока пяти минут, — заключает Валя.
 
— Ну хорошо. Давайте прикинем так. — Петя наваливается на стол, оттирая нас с Валей, и двумя руками придвигает к себе все схемы. — Как можно добраться от «Колоса» в район стройки с помощью метро, при одной пересадке, а потом троллейбусом? Вот, глядите…
Он начинает водить пальцем по схемам, то по одной, то по другой. Как ни странно, но вариантов проезда в нужный нам район оказывается совсем немного, всего два. Петя не скрывает своего удовлетворения.
— Это уже кое-что, — объявляет он.
Мы с Валей еще пытаемся оценить практическое значение его открытия, когда Петя загорается новой идеей.
— И вот еще что. А ну, дай-ка схему, которую вы с Павлом нацарапали, — обращается он ко мне.
Я протягиваю ему листок из блокнота.
— Вот-вот. Мы сейчас эту конфигурацию попробуем отыскать на карте, — поясняет Петя.
Он начинает вертеть мой листок, примеривая его к изображению того района, где находится стройка.
— Так у тебя ничего не получится, — тихо говорит Валя.
— Получится, получится… — рокочет в ответ Петя.
— По-моему, надо не так, — по-прежнему ровно и негромко замечает Валя.
— Ну а как?
Петя, не разгибаясь, поворачивает к нему голову.
— Надо попробовать завтра утром пройти ногами от стройки до того дома. Руководствуясь схемой и указанными Павлом ориентирами.
— Точно! — восклицает Петя, выпрямляясь и тыча пальцем в грудь Вале. — Мне сейчас тоже пришло это в голову.
— Пожалуй, ты прав, — соглашаюсь я, хотя и без Петиного энтузиазма.
Сейчас, конечно, ехать в тот район бессмысленно: уже вот-вот наступят ранние зимние сумерки. И я, между прочим, засыпаю на ходу после бессонной ночи в вагоне.
На следующий день я уже полон энергии и нетерпения. До стройплощадки я добираюсь от своего дома довольно быстро и, кстати, убеждаюсь, что там тишь и запустение. Бедные товарищи пайщики.
Я оглядываюсь и вынимаю листок со схемой.
Итак, Вера и Павел подошли сюда с той стороны, от того высокого здания. Так мне сказал Павел, который запомнил это высокое, довольно необычное здание.
Значит, мне надо идти в сторону того здания. Где-то на этой улице Павел обратил внимание на закрытый продовольственный магазин, в витрине которого висит красочное изображение коровьей морды.
Я не спеша бреду по улице, миную высокое, новое здание и действительно скоро подхожу к продовольственному магазину с нужной мне витриной. Так. Молодец Павел. Значит, можно относиться с доверием к его памяти.
А теперь мне, видимо, надо будет повернуть налево. Вон из-за того угла они и вышли на эту улицу.
Вскоре я сворачиваю за угол, медленно прохожу из конца в конец новую улицу, но так и не обнаруживаю указанного Павлом ориентира: какого-то полуподвального этажа с массивными чугунными решетками в виде изогнутых стрел, возле одной из которых Вера с Павлом ненадолго остановились в тот вечер.
Может быть, я повернул не за тот угол? Павел легко мог и ошибиться, в конце концов. Удивительно, что он вообще был в состоянии хоть что-то запомнить.
Я выхожу снова на первую улицу и иду до следующего поворота налево.
Но и на второй улице я не обнаруживаю проклятых решеток, хотя эта улица оказывается раза в полтора длиннее и на ней расположено немало старых зданий.
Так я брожу и брожу по окрестным улицам, потеряв уже надежду, и успеваю изрядно устать и замерзнуть, как вдруг совсем неожиданно натыкаюсь на маленькую беленькую церквушку, грубо зажатую между двумя серыми, стандартными, пятиэтажными зданиями. И я с облегчением убеждаюсь, что это третий ориентир, указанный мне Павлом, и что теперь я, пожалуй, могу со спокойным сердцем плюнуть на те решетки, от которых меня уже тошнит.
 
Я снова сверяюсь со своей схемой, и оказывается, что эта церквушка находится приблизительно на середине пути от того загадочного дома, куда заходила Вера, до стройки. Это уже неплохо. Теперь можно двигаться дальше.