Антология советского детектива-46. Компиляция. Книги 1-14 (СИ)

— Ну, шофер сам не свой выскочил. А барышня его смеется. Ей что!
— Барышня?
— Да, такая, стилевая. Знаете, как теперь? Глаза крашеные, волосы по-модному горой стоят. Пальтишко нараспашку, зеленое.
— Зеленое? — не веря своим ушам, переспросил Игорь.
— Ага. Зеленое.
 
 
Женщина удивленно глянула на него.
 
 
— А куда она пошла, девушка?
— Угол обогнула и в музей пошла.
Игорь почувствовал легкий озноб. Неужели удача? Наконец удача? Он боялся этому верить. Но слабенькая-преслабенькая ниточка, кажется, потянулась к «той» женщине. Если… Тысяча «если»!.. Если Прокофьевич не ошибся и девушка обменялась с «той» улыбками, если, опять же, он не ошибся и та девушка была действительно в зеленом пальто… Девушка в зеленом пальто… Что-то знакомое вдруг почудилось в этом Игорю, но он никак не мог уловить это «что-то» и, пока оставил его в покое, отстранил от себя.
— А машина ждать осталась?
— Зачем? Простились. Спешил он.
— Кто?
— Да шофер. Веселенький такой, рыженький, в теле, правда. Рукой ей махнул, сказал чего-то и уехал.
— А чего сказал, не слышали?
— Разве услышишь? Вроде того, что «после репетиции», сказал. Вроде того.
— Артист, значит? — осторожно предположил Игорь.
— Может, и артист, — женщина пожала плечами.
— Мамаша, ну, а машина эта какая?
— «Москвич». Вишневый, — уверенно ответила женщина. — Вот точно как этот, — и она мотнула головой на трубку с сиропом. — Новенький совсем.
И тут вдруг Игорь вспомнил! Вишневый новенький «Москвич» был вчера вечером у вокзала, к нему подбежала высокая девушка в зеленом пальто. «Стоп, стоп! Только спокойно!» — скомандовал он себе, и уже по какой-то неведомой инерции памяти вспомнил, что девушка показалась знакомой. Впрочем, не это было сейчас главное. Ведь кто она, вспомнить так и не удалось! Главное сейчас другое: вишневый новенький «Москвич» и владелец его артист. Это уже нечто! За это можно, кажется, ухватиться!
 
 
Через полчаса Игорь был уже в ГАИ.
 
 
— Ты представляешь, что это за египетская работа? — спросил его знакомый сотрудник. — Наверно, тысяч сто карточек надо перебрать. Ты хоть какую-нибудь цифру дай, первую, последнюю, любую в конце концов!
 
 
И тут вдруг Игорь хлопнул себя по лбу и счастливо засмеялся.
 
 
— Серия тебя устроит — «МОЕ»?
— Что «твое»? — не понял в первый момент сотрудник, но тут же засмеялся в ответ. — Вот это другое дело!
 
 
Вчетвером они принялись рыться в бесчисленных карточках.
 
Час шел за часом, а горы карточек, казалось, не убывали. Две графы в них интересовали Игоря: цвет машины и занятие владельца, место его работы.
 
В глазах уже начинало рябить от всех этих «зеленый», «бежевый», «серый», «серый с красным», «красный с белым», просто «белый», просто «красный», и еще — «инженер», «военнослужащий», «шофер», «врач», «доктор наук», еще «доктор», еще «инженер», потом «студент» («Ишь ты! — подумал Игорь. — На папины деньги небось приобрел, голубчик, и девчонок возит!»), «писатель», и опять «инженер», потом «сталевар», «лаборант», «шофер»…
 
Игорь на минуту отвел глаза, посмотрел в окно. Молочные хлопья облаков подсвечивались багровым заревом заходившего солнца, уже невидимого за черными крышами домов.
 
Игорь вздохнул и с новым ожесточением взялся за карточки. Одна, другая, третья, десятая… Ага! Цвет «вишневый», владелец — «актер». Фу! Это уже четырнадцатая! И снова полетели — «серая», «коричневая», «морковная»… И снова — «инженер», «директор магазина» («Ну и что ж такого?» — мысленно сказал себе почему-то Игорь), «токарь», «кандидат наук», «продавец»… Игорь машинально посмотрел на номер магазина. Кажется, тот же, что и у промелькнувшего сейчас директора! Игорь отыскал ту карточку. Так и есть! Он отложил обе карточки в сторону. И опять замелькало перед глазами «зеленый», «коричневый с бежевым», «серый»… «инженер», «врач», «вальцовщик»…
 
За окном уже стемнело, на улице зажглись фонари, сотрудники отдела заканчивали работу, надевали кителя, фуражки, козыряли и исчезали в дверях.
 
Но четверо продолжали работу.
 
Она закончилась поздно ночью.
 
Было отобрано восемьдесят четыре карточки. Игорь даже не ожидал, что в столице такое количество театров и прочих зрелищных предприятий.
 
 
— Слушай, — устало сказал Игорю один из сотрудников. — А может, он где-нибудь в самодеятельности выступает? Там ведь тоже репетиции бывают.
 
— Сомнительно, — усмехнулся Игорь. — Владельцы машин в самодеятельности не участвуют. Им забот и без того хватает с их машинами.
 
 
А второй сотрудник решительно предложил:
 
 
— Давайте теперь отберем молодых.
— И по возможности рыжих и в теле, — засмеялся Игорь.
Отбросили пожилых, народных и заслуженных. И тогда осталось всего семь карточек. С квадратиков фотографий на Игоря смотрели семь улыбающихся в самых выгодных ракурсах молодых физиономий.
— Нарушают, — мрачно констатировал один из сотрудников. — Сниматься надо строго анфас.
— Что поделаешь, артисты, — пошутил Игорь и деловито добавил: — Всё, товарищи. Спасибо вам. Завтра предъявлю той мамаше.
— Куда спешишь? — остановил его второй сотрудник. — Метро уже закрыто. Погоди, у нас дежурная машина есть. Подбросим.
— И то дело, — согласился Игорь и с досадой подумал: «Мои опять уже спят. И записка, конечно, лежит».
 
 
Утром на вопрос Цветкова Игорь сдержанно ответил:
 
 
— Ничего пока определенного нет. Сегодня к вечеру, может, что и будет.
— Ты обиженного из себя не строй, — сказал Цветков. — На работе находишься. — И, помолчав, добавил: — Из Снежинска вчера сообщение поступило.
— Ну, что? — встрепенулся Игорь.
— Пока только встреча была с сотрудником. В гостинице. Лосев знакомую там встретил.
— Какую знакомую?
 
 
Цветков добродушно усмехнулся.
 
 
— Обыкновенную. Из Москвы. В музее Достоевского работает. Горина такая.
— Ого! — Игорь широко улыбнулся. — Ну, везет же ему!
— А это мы еще поглядим, как ему везет, — хмуро заметил Цветков.
Через некоторое время в комнату, где сидел один Откаленко, кто-то робко постучал.
— Войдите! — крикнул Игорь.
Дверь открылась, и он увидел вчерашнюю продавщицу газированной воды. Женщина тяжело подошла к столу. Игорь поднялся и подвинул ей стул.
— Садитесь, мамаша. Жарко?
— Силов никаких нет.
— Зато по три плана в день, наверно, выполняете? На вас ведь солнце работает.
— С вами нешто выполнишь? — добродушно проворчала женщина. — Чего вызвал-то?
 
 
Было видно, что она сгорает от любопытства.
 
 
— Хочу, мамаша, чтобы вы знакомого одного узнали.
 
 
Игорь выложил перед ней на столе семь карточек с фотографиями.
 
Женщина сразу посерьезнела, на широком лице, под глазами и в уголках рта собрались морщинки. Она вынула из кармана пальто очки, надела их и принялась внимательно изучать фотографии, беря каждую в руки и то приближая, то удаляя их от глаз.
 
Игорь с невозмутимым видом закурил. Спокойствие это давалось ему, однако, нелегко.
 
Наконец женщина, вздохнув, отложила карточки, сняла очки и виновато сказала: