Вакагасира. Том 2 (СИ)
— Хорошо, хоть не первым, — ворчит девушка.
— Горо-сан тебе не заменить. Ты убивать не любишь, — соглашаюсь, слезая с высокого стула. — Но это и к лучшему. Глотки кромсать и без тебя кому найдется. А вот думать и хозяйство в ежовых рукавицах держать — для этого голова нужна. С мозгами, а не музыкальным горохом внутри.
Будет она кумитё, будет. Мы всем клубом ее потихоньку к этой мысли подводим. Вышибала — так вообще кланяется, как высокому начальству. И бухгалтер ей в рот смотрит, по любой проблеме советуется. Чтобы окончательно загрузить бедолагу, бросаю напоследок:
— Ты еще вот о чем подумай, О-неи-сан [старшая сестра]. Через годик мы клуб на накатанные рельсы поставим, все будет крутиться-вертеться, как задумано. А ведь в других районах босодзоку похожее хотят. Поэтому кто мешает целую сеть клубов основать? Вон, в Италии была Мария Личчарди, “Принцесса Каморры”, рулила огромным кланом, когда отца и мужа арестовали. Ты будешь нашей Тошико-химэ. Уникальной… Кстати, как директору клуба тебе полагается десять процентов акций. Горо-сан отдает. Блокирующий пакет у меня пока. Если дела хорошо пойдут, через несколько лет вообще единоличным владельцем станешь.
Убедившись, что поле битвы осталось за мной и глаза у будущего начальника клуба размерами с блюдце, кланяюсь на прощение и хочу уходить. Вот только не успеваю.
— Я тоже радовать умею… Вон, тебя там ждут. С утра засели и спрашивают, когда страшный и ужасный Тэкеши-кун приедет…
С диванчиков рядом с игровыми приставками поднимаются трое девчушек лет пятнадцати каждая. С хвостиками, бантиками, в школьной форме. Голимый кавай. Блин, а я про них и забыл почти.
Сбоку появляется Мэдока. Здоровяк сообщает:
— Тэкеши-сан, девочку в минивен усадил. Коляску погрузил. Изаму-сан уже за рулем.
— Домо аригато, Мэдока-сан. Сейчас поедем… Эй, народ. График напряженный, нам выдвигаться на следующую точку. Поэтому пойдем, по дороге поговорим.
Горо-сан расстраивается, что у него нет пока ярких прорывных идей для музыкального ринга? Хе, будут ему идеи. Я местный поп-шансон-мансон с ног на голову поставлю. Потому что у меня есть и идея, и люди для ее реализации. Осталось пачку дрожжей в чан забросить. И успевай потом снимать денежную пену.
Глава 17
Машину с телохранителем отправил перед нами, сам залез в минивен. Там места полно, все поместились. Пока едем, объясняю девушкам общую идею.
— Вы мне написали, что хотите группу продвигать. Даже один раз в клубе успели выступить. Народ вас на видео записал, я потом ролик посмотрел. И скажу вам две вещи. Скажу так, как я это понимаю. Ваше дело — либо меня послушать, либо остаться при своем мнении и послать куда подальше… Первое — с текущим репертуаром не взлететь. Вы всего-навсего один из клонов, которыми забиты все мелкие клубы и музыкальные площадки. В кожаных куртках, хрипите что-то в микрофон. Этого добра — больше половины Токио. А вторая половина — парни с аналогичным репертуаром и попыткой передрать с Европы давно забытые хиты… Но голоса у вас шикарные. И выглядите вы очень неплохо. Поэтому у меня есть предложение. Босс “Ятагарасу Йокогамы” начинает продюсировать перспективные команды. Те, кто хочет в самом деле взлететь высоко и надолго. Никаких однодневок. Серьезные проекты под его руководством. Большие лейблы если и сунутся с контрактами, то на условиях, которые будут интересны нам и исполнителям. И вот под такое будущее я готов с вами работать. Дам несколько идей, Горо-сан их разовьет, вы исполните. У меня ощущение, что через три-четыре года вы запросто можете поехать в международное турне. Если в самом деле пахать с прицелом на будущее.
— Что мы должны будем исполнять?
— Можно взять часть ваших вещей, плюс еще закажем. Главное, что я хочу увидеть на сцене, так это трех красивый девушек в модной одежде, с прическами, как сейчас. И кто отличными голосами без дурной хрипнины будет петь рок. Кавайный рок — это еще нигде не мелькало. И это выстрелит.
Слушавшая разговор Кеико добавляет от себя:
— Первые пару номеров можно на фестивале показать, через две недели. “Цветы огня” и “Мой старый дом” очень хорошие композиции. Их только переложить на классическое роковое исполнение и будет очень необычно.
— Вот, наша умница дело говорит. Кеико-тти всех выступающих просмотрела, репертуар хорошо знает.
Сестра хакера для меня уже стала почти членом семьи. У девочки процесс выздоровления идет семимильными шагами. Руки полностью восстановились, как и появилась подвижность в нижних конечностях. Ходить самостоятельно пока не может, но в коляску и из коляски перебирается уже без посторонней помощи. Пропадает в клубе почти все время. Делает здесь уроки, пытается помогать Тошико-сан. Для тринадцатилетней девочки — невероятно организована, собрана, с отличной памятью и умением в нужный момент подсказать, если что-то забыл. Хотя, что еще ожидать от серьезного человека, который уже успел за грань заглянуть? Именно в таких ситуациях характер и проявляется.
— Две недели, — ошарашенно оглядывается на подруг лидер музыкальной банды. — Нам надо будет хоть как-то подготовиться…
— Как-то не нужно. Сразу настраивайтесь на серьезную работу. Инструменты у нас есть, комнату выделим. Будете по вечерам приходить. Костюмы и прочее мы сделаем. Думаю, еще из парней, кто уже выступал в клубе, грамотных исполнителей подтянем на барабаны, гитары и прочее. Если состав команды сложится сразу — хорошо. Если не понравится, музыкантов будем тасовать. От вас же я хочу услышать главное — интересно вам это или нет? Вы — ядро, от вас и пляшем. И вам решать, кто будет выступать на сцене и нужно ли позже основных исполнителей дополнить.
Вижу, как вся троица задумалась. Для них мое предложение как холодный душ. Пришли узнать, можно ли еще пару-тройку раз на местной сцене похрипеть, а им предлагают на Эверест музыкальный взобраться. Крутивший баранку Изаму Исикава хмыкает:
— Тэкеши-сан, я вот одного понять не могу.
— Да?
— Как у тебя получается на пустом месте такие интересные вещи придумывать. И в жизнь воплощать… Клуб ты создал, а ведь ни одна банда борекудан подобным похвастать не может. Гоночную команду сколотил — уже на пробные заезды скоро выставляться станем. Волонтеры шевелиться начали, а раньше никто толком и не чесался… Вон, даже ёкай в “крайслере” тебя слушается.
— Завидно?
— Ага. Хочется подобному научиться.
— Не сиди на заднице ровно и все у тебя получится. Если не с первого раза, то с десятого. У меня тоже не каждая идея “стреляет”. Просто я стараюсь и не боюсь делиться с друзьями… И последнее, девушки, — на меня уставились три пары глаз. — Главное отличие будущей команды от других, кто сейчас на сценах отплясывает. Мы к людям относимся с уважением, а не как к мусору. Объясню… Для нас знакомые, с кем вместе какой-то проект делаем, это не цифры в бухгалтерской книги. Сколько мы там в итоге заработаем или потеряем, сколько нервов потратим и чем все закончится — стоит последним в очереди. Конечно, без прикидок по бюджету никто вас раскручивать просто так не станет. Но это все — вторично. Главное — мы друг другу помогаем не из меркантильных интересов. И никого насильно не держим… Когда вы начнете греметь в Ниппон и за рубежом, к вам набежит толпа мудаков в дорогих костюмах. Будут предлагать горы золота и обещать что угодно. В попытке зацепить на крючок и доить до самой смерти. Смерти на сцене или в жизни, как уж не повезет. Мы подобной гнилью не страдаем. Это не в наших принципах.
Сидевшая позади самая маленькая из троицы тихо поинтересовалась:
— А правда, что вас в борекудан приняли?
— Правда. Я уже больше месяца кобун в Инагава-кай. Но это никак не влияет на дела, которыми занимаюсь лично.
— Просто я читала, что та же Сони не дает выступать командам, кто отказался с ними сотрудничать. Для них все серьезные площадки закрыты.
— Пусть только с моими друзьями попробуют так поступить, мигом рога пообломаю. И если меня одного не хватит, попрошу помощь у старших. За этим не заржавеет.