Влюбить на спор (СИ)
- С чего начнем?
Я пожимаю плечами.
- С чего скажешь. Ты же тут гуру.
Хмыкает и ставит передо мной бумажный стакан с колой!
- Безо льда.
Натягиваю улыбку. В четверти литра сто десять калорий. Жесть. И это только
начало.
Не успеваю я испугаться, как он протягивает коробку, на которой я читаю БигМак.
Заискивающе гляжу на парня. Может, он передумает кормить меня этим?!
- Попробуй.
Вздыхаю. Открываю. Смотрю на большой бургер и даже боюсь подумать о его калорийности. Отбрасываю все мысли, беру первоначально продезинфицированными руками и откусываю небольшой кусочек под пристальным взглядом парня. Жую. Вроде ничего. Удивительно. Кусаю еще раз. Съедобно. Конечно, это простая пища и ей далеко до моих любимых изысканных блюд, но я честно ожидала худшего. Ловлю себя на мысли, что, если бы сейчас меня увидела моя мама, она была бы в шоке. Улыбаюсь от этого и жую дальше.
Дима подносит пальцы к моему лицу и стирает соус.
- Вкусно?!
Сглатываю полупережеванную пищу, киваю и чувствую, как нестерпимо становится душно и, похоже, не мне одной. Он убирает руку, отворачивается, начинает тоже есть, и меня потихоньку отпускает. Это какой-то трэш?! Во что я влипла?!
Под простые разговоры об учебе и вкусовых пристрастиях мы продолжаем есть вредную пищу, а Дима то и дело подсовывает то картошку фри, которая мне не нравится, то сырный соус, который я тоже не оценила. А я смеюсь и радуюсь оттого, что мне так просто и хорошо с ним, когда получается ни о чем не думать и не впускать в свое сознание раздирающие меня мысли.
Но главный гастрономический шок - это, конечно, Макфлури. Едва попробовав мороженое, я поняла, что если гамбургеры я покупать вряд ли стану, то вот этот сладкий холодный десерт обязательно попробую еще и, возможно, с другим вкусом.
Выйдя из душного помещения, направляемся к его байку.
Возвращаться домой и расставаться с Димой катастрофически не хочу. Может, потому что наедине с собой не смогу и дальше игнорировать мысли, которые пока бродят вокруг да около, не лезут в голову распуганные его близостью и ждут своего часа. Рядом с ним я в принципе не способна думать, не то, что думать адекватно; рядом с ним все на фоне первобытного: чувствую - делаю.
Он, словно прочитав по моему выражению лица нежелание завершать наше совместное времяпровождение, спрашивает:
- Ты давно на заливе была?!
Хлопаю ресницами.
- В каком смысле?!
- В прямом: по берегу гуляла, например.
Заглядываю в себя и понимаю - никогда. Нет я, конечно, была во многих ресторанах, опоясывающих залив, и даже сидела на террасе, ужинала, болтала, смотрела на простирающуюся бескрайнюю гладь, но не гуляла по берегу. Мне и мысли такие не приходили. Зачем?! Портить камнями дорогие туфли?!
- Никогда, - выдыхаю честно и вижу в его глазах недоумение.
- Серьезно?! Почему?!
Бросаю взгляд на маквины на ногах - вполне подходят для прогулки по песку. И не желая лишний раз подтверждать слова Димы про параллельные, не отвечая на вопрос, говорю:
Если это предложение туда поехать, то я поддерживаю.
Он кивает, передает мне шлем, надевает на себя другой и садится на байк. Я следую его примеру и с удовольствием обхватываю руками торс парня, одновременно прижимаясь всем телом к кожаной куртке.
Скорость, ветер, адреналин и парень, что вызывает во мне ураган эмоций, которые, будь я благоразумной девушкой, постаралась бы вымести из себя, едва почувствовав что-то неладное, и пока не стало слишком поздно. Хотя, может быть, уже слишком поздно?!
Мы добираемся до залива, когда часы показывают почти девять и берег, несмотря на теплый майский день, пустеет. Слезаю, поскорее снимаю с себя пластиковое безобразие, в котором я напоминаю головастика, и жду, когда то же сделает Дима.
Солнце нежно и тепло касается лица, ветер треплет волосы, заигрывая, ласкает тело и бесстыже норовит забраться своими шаловливыми руками под свободную футболку. Но главный кайф: переплетенные пальцы, перекрещивающиеся взгляды, улыбки, которые расцветают на губах от такого распирающего и сводящего с ума счастья.
Пройдя по береговой линии не меньше километра, мы возвращаемся обратно и усаживаемся на прогретые за день, прощающийся с нами, камни. Дима укрывает нас пледом, оказавшимся в багажнике его байка, и завязывает ткань на узел, теснее прижимая нас друг к другу. От этой манипуляции я снова остро чувствую, что рядом со мной тот, кто помимо здравого смысла и моих желаний волнует меня до умопомрачения; тот, с кем хочется просто быть рядом.
Смотрю на золотой блин в небе, решивший на сегодня прекратить свою обжигающую деятельность и собирающийся утопиться в серебристом заливе, но напоследок ослепить мир своей яркой красотой, и все равно чувствую взгляд, который припекает щеку. Не поворачиваться становится сложнее и сложнее, как и дышать ровно и делать вид, что я ничего не замечаю.
Вздрагиваю от прикосновения его пальцев к щеке. А ведь Дима всего-навсего заправил мне за ухо выбившуюся и планирующую в воздухе прядь волос. Сдаюсь, поворачиваюсь, таю, попав под прицел такого пламенного взгляда, от которого невозможно остаться невозмутимой. Продолжаем молча разговаривать глазами и сдерживать себя от прикосновений. Мы оба понимаем: нам уже конкретно сносит голову и все может закончиться гораздо большим, чем просто горячими поцелуями. Что-то нас останавливает, и мы не торопимся перейти эту черту. Словно боимся снять себя с предохранителя, потому что, когда это произойдет, нас уже ничего не удержит.
Сглатываю, отвожу взгляд, пытаюсь отвлечься.
- Расскажи о себе.
Дима выдыхает:
- Что тебе интересно?!
- Все, - честно говорю. Вот правда все. Я хочу понять, чем мог привлечь избалованную, капризнуюпривередливую девчонку простой парень. Меня принцы соблазняли, короли заманивали - не вышло. Как так?! В чем загадка?!
Он морщит лоб.
- Да я обычный парень. Окончил школу, поступил в институт.
- В СПбГУ на бюджет! - вставляю я свою ремарку относительно слова «обычный».
- У меня был красный диплом, и повезло, наверно.
То, что он умный - это априори понятно, иначе бы репетиторствовать не мог. Красивый?! Да. Но у меня были и красивые, и умные, но не цепляли. Тот же Игорь к примеру! С ним всегда стабильно ровно, никаких вспышек страсти и ураганов безумия. В чем же секрет Димы Кречетова?!
- Не думаю.
Он поворачивается ко мне и улыбается так, что я опять замираю, любуясь его ямочками, мило украшающими лицо.
- Я самый обыкновенный. Я вообще не понимаю, что ты во мне нашла.
Я тянусь к его волосам и, проводя по ним рукой, качаю головой.
- Нет, необыкновенный.
Вряд ли он поверит, что такие простые на первый взгляд качества, как доброта, честность, порядочность, ответственность, которые доминируют в нем, практически отсутствуют в избалованной современной молодежи. Добрых считают слабаками и трусами, честных - доносчиками, порядочных - думаю об этом качестве вообще никто не знает, и я в том числе. Ответственных... За все ответят и отмажут родители, даже за то, за что не следовало бы. Он эксклюзивная вымирающая особь мужского пола, которая к тому же чертовски сексуальная и действует на меня как афродизиак.
Усмехается:
- Это ты необычная. Я всегда думал о тебе хуже, чем ты есть на самом деле.
- Ты меня не знаешь, - нервно бросаю я и смотрю на часы на его руке. - Мне пора возвращаться.
Не могу распространяться на эту тему, не хочу разочаровывать Диму, не желаю новых угрызений совести, что уже стучится в мою душу.
Он кивает, и мы встаем и направляемся к припаркованному байку.
Глава 12
Сомнения... Они терзают меня с того момента, как я осталась наедине со своей совестью, и беспардонно пытаются вытоптать мое самолюбие; они разрывают мою голову: факты, чувства, эмоции, мысли сражаются по разные стороны баррикады и