Адамас. Чёрное сердце (СИ)

Ряды стали редеть, несколько мужчин упали с покусанных лошадей, принимая на себя атаку тварей на земле, которые впивались в их плоть, отгрызая то кисти, то ноги, то головы…
Дорога орошалась трупами убитых и поверженных, наполнялась стонами и криками умирающих… Я плакала, стоя на месте и оглядываясь по сторонам, уже начиная паниковать… Запах крови пропитывал воздух, въедался в кожу… Моё сердце ойкнуло, а дыхание перехватило, когда я увидела как одна из тварей набросилась на Аларика, чей бок остался без прикрытия, потому что воин, стоявший с ним сбоку погиб, лежа растерзанным на земле… Аларик успел среагировать, отсекая твари голову и тут же сгруппировался ближе к Торфуну и другому войну. Но это было только начало…
Эти выродки стали сбивать мужчин с лошадей, набрасываясь на них на земле сразу кучами, не оставляя ни единого шанса… И вот это случилось с Адамасом. Одна из тварей прыгнула на него сразу за другой, сбивая с лошади на землю… Я вскрикнула, прижимая руки к груди, потому что там внутри сильно кольнуло… так сильно, что я перестала дышать… Страх окутал меня липкой и тягучей паутиной, когда в голове промелькнула лишь одна мысль, что Адамаса сейчас убьют… Он упал на землю, но через секнду сумел быстро подняться, и стоя еще на коленях поймал одну из кинувшихся на него тварей за горло, с хрустом сворачивая в одном резком и жёстком движение ей шею. Она обмякла и он брезгливо откинул её от себя, поднимаясь на ноги — готовый принять новый удар, который не заставил себя ждать…
Я снова вскрикнула, но уже от неожиданности, одна из тварей прорвалась и прыгнула на меня с жутким оскалом, но отлетела в сторону буквально в полу-метре от меня. Её тело пронзил меч, брошенный Каем, который в эту самую секунду спас мне жизнь.
Сердце бешено стучало в груди, а солёные слёзы текли по щекам. Столько крови, боли и ужаса вокруг. Мне было жаль всех погибших войнов, с каждым криком и новым стоном я всхлипывала, понимая какую агонию боли испытывали эти храбрецы, отдавшие свои жизни в эти минуты.
В один момент твари перестали выскакивать из леса, а те, что ещё пытались напасть, умирали здесь и сейчас от рук выживших войнов…
Всё? Этот ужас закончился? Я осматривалась по сторонам продолжая вглядываться в лес и ожидая как новая серая тень выпрыгнет оттуда, но этого не происходило… И сейчас, когда бойня прекратилась, можно было узреть все масштабы того ужаса, который нас настиг. Десяток растерзанных тел мужчин, обезглавленные тела тварей и огромные лужи крови, пропитывающие эту землю. Это было зрелище, которое отпечатается в памяти на всю жизнь, картина, которая будет всплывать кошмаром тёмной ночью…
Но радость в моём сердце все же была и эта радость заключалась в том, что Адамас был жив. Я конечно жутко переживала за всех, моё сердце обливалось хоть и горькими но радостными слезами по Аларику, который тоже остался жив. Но трепетало как и страдало оно из-за одного мужчины, того чьи зелёные глаза прожигали меня на сквозь, а горячие руки заставляли плавиться как свечу, обжигаемую пламенем…
Как же люди глупы… Сколько в нас гордыни и обмана, ведь чаще всего лишь в те моменты, когда мы стоим на краю пропасти, мы осознаём ЧТО можем потерять. И я поняла, что несмотря на всю боль, на его не желание быть со мной, я люблю Адамаса сильно и страстно, как полюбила с первого взгляда. Той безусловной любовью, для которой не нужно причин… И даже если этой пропастью станет он сам, я шагну в неё не оглядываясь…
Он будто бы знал обо всём, что творится в моей голове, потому что уже через секунду после моих мыслей, его непроницаемые глаза смотрели на меня. А я так и не научилась воспринимать и принимать эту отрешённость, продолжая всхлипывать и вновь отводить глаза. Потому что не хотела ему открываться вновь, а правильнее — хотела, но не могла. Наученная горьким опытом.
Да и смотреть на него сейчас было страшно, потому что с ног до головы, он был измазан кровью. Даже в его растрепанных и липких от крови прядях волос, не было и единого волоска, который не оросился бы тёмно-алой жидкостью чудовищ… От этого он выглядел еще мрачнее, суровее и жёстче.
 
— Ты в порядке? — На моё удивление прервал молчание Адамас, осматривая меня беглым взглядом, скорее заметив моё внезапное отрешение во взгляде.
— Как можно быть в порядке, после такого! — дрожащим голосом проговорила я, заметив как он ухмыльнулся краем своих губ.
— Ты жива! — отрезал он в своей манере, тут же добавляя, — Тебе уже пора привыкнуть к смерти, здесь она ходит по пятам за живыми.
— Я не хочу привыкать к этому! — Выдохнула ели слышно себе под нос, понимая что пререкаться с ним бесполезно. Но он все же услышал…
— Придётся, если хочешь жить! — Он сказал это твердо и даже немного грубо, скорее с такой интонацией, будто-бы желал внушить мне эти слова. И возможно так было бы даже лучше, но я действительно не хотела привыкать к этому ужасу, к этой жизни, в которой только боль и смерть.
Он смотрел на меня сурово, прищурив немного свои глаза, будто бы сканируя о чём я думала и что чувствовала после его слов. Изменилось ли что-то в моем восприятие ситуации… Но конечно же нет!
Оставшиеся в живых войны, перегруппировывались и осматривали тела погибших, когда Адамас начал шагать в мою сторону, переступая трупы тварей, непрерывно смотря на меня… Не знаю, что он хотел сказать или сделать, но этого не случилось, потому что внезапно на полушаге он замер, моментально напрягаясь и разворачиваясь в сторону леса, откуда через секунду раздался вой…
Точнее это был не совсем вой, он переходил в вопль и рычание, в котором я узнала тварей, от которых мы отбились несколько минут назад.
Моя кожа похолодела а в горле встал ком, когда понимание того, что сейчас начнётся, а точнее продолжится, ударило мне в голову. Ещё одну такую атаку войны отбить не смогут, как мне казалось. Потому что ряды значительно порадели и живых было меньше, чем мёртвых.
Я судорожно смотрела, как без команды Адамаса, мужчины становились плечом к плечу, уже не взбираясь на своих лошадей, а выстраивались стеной и готовились принять бой снова.
Понадобилось меньше минуты и войны уже были готовы. Мы слышали приближающийся рык тварей, и я чувствовала себя ещё ужаснее, сидя единственной на лошади, откуда также была лёгкой целью. Я хотела уже слезть и спрятаться где ни будь в середине, за спинами мужчин, когда Адамас отрицательно кивнул головой, пресекая моё действие…
— Послушай меня внимательно и сделай как я говорю! Скачи вперёд по дороге во весь опор, не останавливаясь и не оглядываясь не на секунду! Мы примем бой и отвлечём их, у тебя будет шанс уйти. Добравшись до больших ворот Теаморы, что будет у берега глубоких вод, в окружении гор, расскажи страже что случилось и укройся там.
Он говорил быстро но чётко, вдруг в последний момент касаясь нежно и аккуратно своими пальцами моей руки, что держала повод, перед тем как прорычал что-то на непонятном языке и мой мерин поднялся в галоп, устремляясь вперёд…
— Времени мало, скачи! — крикнул он мне в ответ, когда вцепившись из-за всех сил в седло, от рывка лошади, я обернулась, что бы проводить взглядом Адамаса.
Я уже скрылась из вида, когда по лесу пролетел визг тварей, что сейчас нападали на Теморов. От этих звуков моё сердце кололо, а от мыслей, что слова Адамасы были не только наставлением спасать свою жизнь но и прощанием, душа разрывалась на части… Я старалась не терять разума, но было так больно, так жутко представлять что там, на холодной ночной земле в реках крови лежит тело мужчины, мужчины которого я любила так сильно, что боялась признаться даже себе.
 
Мои глаза охватывала мутная плена солёных слёз, из-за которых дорога впереди плыла и я почти ничего не видела, полностью положившись на своего мерина, который несся уверенно в одном направление, очевидно зная дорогу домой.
Но что-то вдруг пошло не так, когда перед очередным поворотом, конь резко сбавил темп и с ржанием резко повернул в сторону, врываясь в чащу леса.