Три босса для Дюймовочки (СИ)

— Мне что, прикажешь землю из цветочного горшка пожевать? — он выразительно покосился на чахлую пальму у окна.
— Да нет же, достаточно двух слов...
— Чтоб я сдох!
Какой же он всё-таки душка!
— ...Ну всё, пошли шопиться дальше, — спустил с небес меня этот невозможный мужчина. А я грешным делом подумала, что эпопея со шмотками уже закончилась.
— Слушаюсь и повинуюсь, — подавила горестный вздох.
— Господи, вразуми эту женщину и избавь меня от страданий! — возвёл глаза к небу начальник.
Угу, нас обоих...
***
Он протащил меня ещё по трём бутикам. В первом мы выбрали костюм с удлинённой юбкой, не спасла даже жаба, которая снова забралась на мои плечи и принялась настырно давить на подсознание. Едва я застегнула третью тиснёную пуговичку на почти невесомом пиджачке цвета слоновой кости и увидела себя в зеркале, сразу поняла, что значит эксклюзивная вещь. Икона стиля, ни дать ни взять! Мало того, в шоколадных глазах босса зажегся одобрительный огонёк. А это дорогого стоит!
В следующем бутике Борисыч, усадив меня на мягкий диванчик, заставил примерить сапоги из последней коллекции Prada. Симпатичные такие, под цвет костюма, с серебристой пряжкой сбоку, из невероятно мягкой, вкусно пахнущей кожи на невысоком каблучке... но явно не стоившие ста шестидесяти трёх тысяч.
Ладно, вздохнула я про себя. Но это последняя дорогая вещь, которую он заставит меня купить в этом противном центре. Хотя бы потому, что мне это потом припомнится... особенно, если переговоры пройдут неудачно. Поэтому, когда Борисыч положил глаз на сумку Gucci в третьем бутике, я упёрлась рогом.
— Нет! Только не за четверть миллиона — это же кошмар, взгляните на лаковое покрытие... Зуб даю, оно начнёт сыпаться уже через месяц! — я ткнула пальцем в ещё одну сумочку поменьше. — Уж лучше вот эту, без лака, эта хотя бы к сапогам подходит!
Но сто пятнадцать тысяч... да Зойку бы кондратий хватил от такой цены!
—  Дарья, это не обсуждается, — ледяным тоном как из душа окатил меня босс. — Ты должна выглядеть на миллион!..
...В третьем бутике, где цены не были такими заоблачными (как я потом выяснила, это называется средний ценовой сегмент) и не зашкаливало число продавцов на квадратный метр, Борисыч, устав от моих «закидонов», позволил мне выбрать несколько деловых костюмов попроще. Чтобы в очередной раз не слышать фразы типа: «ты лицо фирмы», «нужно соответствовать имиджу», — я схватила парочку вешалок и отправилась в примерочную.
Устало опустилась на стоявший рядом стул, взглянула на своё бледное отражение и снова погрустнела: обжорство сыграло со мной злую шутку, вид был, мягко говоря, потрёпанный. Жаль, косметичка дома осталась, придётся восстанавливать красоту лишь с помощью расчёски и блеска для губ.
На прихорашивание ушло не меньше десяти минут.
— Даш, ты там жива? — раздался голос Борисыча как раз в тот момент, когда вязаное платье упало к моим ногам.
Шторка без спросу отодвинулась, я чисто рефлекторно, продолжая держать в руке вешалку, со слоновьей грацией развернулась, и ответ застрял у меня в горле. Потому что босс, стоя прямо передо мной, упёрся взглядом в область моего лифчика.
Мы несколько бесконечных мгновений молча таращились друг на друга. Точнее, он-то смотрел не на меня, а на мой просвечивающий чёрный кружевной лифчик... Совсем обнаглел! А как же мои прекрасные глаза, светлое чело, блестящие волосы?!
Босс и сам понял, что перешёл границу. Заметно смутившись, он резко развернулся и несколько глуховато буркнул:
— Извини за вторжение... и поторопись, Дарья. Нам уже пора.
— Я уже ничему не удивляюсь, Сергей Борисович, — пробормотала я растерянно.
Вот ведь как всё в жизни непредсказуемо: адский босс меня уже в неглиже видел, а с синеглазым обольстителем я ещё даже ни разу не целовалась! Но ведь это не от меня зависит, а от него. Решающая роль в этой охоте принадлежит самцу, вот пусть и суетится...
Хотя... если надеть вот этот костюмчик, думаю, он прекрасно подойдёт для соблазнения: обтягивающий жакетик с кожаной отделкой, юбочка с разрезом...
 
Представила, как президент, сняв верхнюю часть костюма, медленно спускает с моего плеча бретельку лифчика, гипнотизируя своими невозможно красивыми глазами, и по оголённой коже тут же побежали покалывающие мурашки...
Тьфу, опять мои мысли не в ту степь поскакали, надо думать о переговорах, а не о поцелуях!
Выходила я из примерочной абсолютно спокойной, даже величественной. Это пока не увидела Борисыча, который о чём-то мило беседовал с юной продавщицей. Кокетливо улыбаясь, девица откинула от лица вьющуюся прядь и, увидев меня, помахала рукой. Босс тоже повернулся в мою сторону:
— Даш, не тяни резину, иди сюда, — недовольно пробурчал он, а ещё недавно сканировал меня вдоль и поперёк оценочным взглядом, чёрт рогатый!
Я подошла и положила ворох одежды на прилавок.
— А это что? — поинтересовалась, заметив на полу открытую коробку с чёрными полусапожками.
— Надевай.
— Мы же выбрали сапоги для встречи!
— А эти на каждый день, чтобы я не видел твои сбитые набойки и эти байкерские боты, — он покосился на мои ботинки.
Эм-м-м, неожиданно, но приятно. Борисыч, оказывается, неплохой мужик, недаром говорят, не так страшен чёрт, как его малюют.
— Спасибо...
— Надеюсь, переговоры пройдут успешно, а то вычтем из твоей зарплаты, — ехидно проговорил босс, когда я уже собиралась его расцеловать.
Ну вот что за человек?! Весь кайф испортил...
***
Машина остановилась возле моего дома, Борисыч даже адрес не спросил — а зачем, он его и так запомнил с прошлого раза. А водитель, похоже, его мысли читает!
— Коль, помоги Даше отнести вещи, — попросил босс, что-то набирая на телефоне. — И поторопитесь, времени остается мало, а работы — куча!
Я вылезла из машины и заметила выходившую из подъезда тётю Машу с её закадычной подругой Марфой Вениаминовной — двух главных сплетниц двора.
При виде следующего за мной нагруженного пакетами шофёра они обменялись многозначительными взглядами.
— Добрый день, — поздоровалась я со старыми перечницами. — Теперь у меня есть работа.
— Видим, Дашенька, не иначе, ты по специальности устроилась? — ехидно поинтересовалась Марфа Вениаминовна.
— Ага, референтом, — открыла дверь магнитным ключом и пропустила Колю вперёд.
— Слово-то какое нерусское. Будь осторожна с иностранцами, Дашенька, вспомни про Тоню с пятого этажа, — не то закашлялась, не то хихикнула беззубым ртом вторая бабулька.
Нашли с кем сравнивать, старые ведьмы! Тоня с пятого — проститутка по вызову, умерла от передоза в одной из гостиниц.
— А вы будьте осторожны, смотрите под ноги. У первого подъезда открыт канализационный люк, — сочла я своим долгом предупредить. Пускай за собой следят!
Пока поднимались наверх, набрала сестре эсэмэску: «Боссы решили повыпендриваться перед арабами, выкатили солидный транш на шмотки. Приезжай скорее, заценишь!»
Вот, теперь не сомневаюсь, сестра смоется от женатика пораньше. С кем бы её познакомить? Может, с шофёром? Покосилась на Колю — молчаливый, ответственный, Зойка таких любит.
Нет, не получится... Он ниже её ростом, а это точно не вариант.
В кармане тренькнули эсэмэски, они приходили одна за другой. Сестра явно «заценила» эти новости.
Лучше потом посмотрю, а то расстроюсь. Наверняка ругать начнёт, я её знаю.
***
По-быстрому не получилось, несмотря на угрозы Борисыча. Пятнадцать минут ушло на переодевания, а молчаливого Колю я напоила чаем с остатками тортика, пока сама наряжалась и прихорашивалась перед зеркалом.
На работу приехали к трём часам. В офисе царило необычное оживление. Оказывается, пятница последнего месяца — короткий день, для большинства он заканчивался в пятнадцать тридцать, и за последние полчаса нужно было успеть сделать всё, что откладывалось на потом.
Сотрудники носились как ужаленные, гомон голосов и телефонные звонки доносились из каждого рабочего помещения.