Случайная свадьба (+ Бонус) (СИ)

— Так вот что вы здесь делаете! — восклицаю и смотрю на Данилевского, мстительно прищурившись. — Вы тайный алкоголик!
— Почему тайный? — поднимает он брови.
— А почему вы прячетесь?
— Так это я для вида расставил. А на самом деле холодильник от тебя стерегу, — насмешливо отвечает этот невыносимый сноб, потом наклоняется и говорит доверительно: — Ты может не в курсе, но я вроде как сегодня женился. И у меня прямо сейчас брачная ночь. Или ты думаешь, у меня каждый месяц свадьба? На растущую луну, например.
— Можно подумать, для вас это большой праздник! — вырывается у меня, но я тут же осекаюсь под уничижительным взглядом Давида.
— Представь себе. Не все так как ты относятся к браку.
— Так, это как? — спрашиваю, стараясь не показывать, насколько я уязвлена.
— Легкомысленно, — говорит мой фиктивный муж, отводя взгляд. И на миг мне кажется, что он говорит серьезно. Но только на миг. — Я всегда думал, что женюсь один раз и на всю жизнь.
— Я тоже… тоже так думала, — запинаюсь и сглатываю, почему-то такие вещи говорить трудно.
— Тогда предлагаю отметить, — кивает в сторону столика муж.
Он отправляет уборочную машину обратно в нишу и подъезжает к столику.
— Будешь?
— Я не пью, — отрицательно мотаю головой, — и вам не советую.
Данилевский пожимает плечами.
— Тогда зачем сюда шла?
— Я не могла уснуть, а потом подумала, что может быть, вы захватили из ресторана какую-нибудь еду…
— Еду? — изумляется Данилевский. — Какую еще еду?
— Может, перепелки…
Он запрокидывает голову и начинает смеяться, и меня это ужасно злит.
— Я… — он прямо слезы вытирает, — я собирал со стола перепелок? И куда я их складывал? В карманы?
Он даже стучит по подлокотникам кресла, а я смотрю на него, поджав губы.
— Вот оно, — качаю головой, — вот оно во всей красе!
— Где? — непонимающе переспрашивает Данилевский, продолжая вытирать слезы. — И что оно?
— Ваше хваленое восточное гостеприимство! — цежу сквозь зубы. — А еще говорите, восточный мужчина!
Разворачиваюсь и шагаю в направлении выхода. Но я уже говорила, что кресло моего мужа наверняка переделали из гоночной машины?
Он обгоняет меня, преграждает путь и хватает за руки. У него явная паталогическая тяга схватить меня хоть за что-нибудь.
— Все, Марта, брейк! Провтык засчитан. Виноват, признаю, — он заглядывает в глаза и говорит уже серьезно: — Почему ты сразу не сказала, что голодна?
Кусаю губы, потому что боюсь разреветься, а плакать перед Данилевским совсем не хочется. Он и так, похоже, считает меня непроходимой дурой. Еще будет считать истеричкой.
А Давид продолжает допытываться:
— В ресторане было столько еды, почему ты не ела?
— Потому что я наплевательски отношусь к браку, — отвечаю, разглядывая потолок, — но пока нагребала полные тарелки, свадьба закончилась.
Он внимательно смотрит на меня и молчит, долго молчит. Потом сжимает ладони и говорит хриплым голосом:
— Прости, я не знал. Думал, только со мной такое. Сядь за стол, я буду исправлять ситуацию.
— Не надо, Давид, я пойду…
— Сядь, Марта! — снова прикрикивает и добавляет уже спокойнее: — Я тоже хочу есть, но самому себе готовить было лень.
Бреду к столику, а Давид распахивает холодильник и начинает выгружать оттуда продукты. Незаметно утаскиваю с тарелки кусочек сыра, жую, и настроение немного улучшается.
— Будешь горячие бутерброды с запеченной индейкой и помидорами? — спрашивает муж.
Сглатываю слюну и киваю.
— Не подозревала, что вы умеете готовить, — говорю, наблюдая, как умело он нарезает помидоры и раскладывает на плоской разрезанной лепешке листья салата.
— Ты даже не представляешь, что я еще умею, — Давид бросает на меня непонятный взгляд, и я тушуюсь.
Уж лучше пусть ухмыляется, а то такие взгляды выбивают у меня почву из-под ног. Слишком они похожи на… Не знаю даже, на меня еще никто так не смотрел.
Я бы сказала, жадно, если бы это был не заносчивый Данилевский. Но это Данилевский, значит придется научиться не обращать внимание на такие взгляды.
 
Он греет бутерброды на большом электрогриле, а я осматриваю кухню. В принципе, неплохо, но не совсем продумано размещение кухонной техники. Или Давид просто не знает, где что лежит?
Муж достает пустой бокал, наливает в него сок и протягивает мне.
— Ну что, Марта, за молодую семью?
  
Глава 12-1
 
Беру бокал с соком, отпиваю и вгрызаюсь в бутерброд. Потом спохватываюсь, быстро прожевываю и поднимаю на мужа взгляд, как я надеюсь, полный благодарности.
— Вкусно! Очень вкусно, Давид! Спасибо!
— Я рад, что тебе нравится, Марта. Только, пожалуйста, ешь спокойно, мы никуда не торопимся.
От этого неожиданного «мы» я чуть не давлюсь. Но Давид произносит все с абсолютно невозмутимым видом, и я успокаиваюсь.
Он наблюдает за мной со странной улыбкой, отпивая из своего бокала. Хочется облизать пальцы, так все вкусно, но Данилевский протягивает салфетку.
— Кофе?
— Можно, — киваю и совсем не удивляюсь, когда за спиной включается кофемашина. Этим меня сложно удивить.
— А почему вы сидели в темноте? — интересуюсь, когда муж ставит на стол чашку с кофе. — Ой, а у вас чашки обычные!
— В смысле обычные? — не понимает муж.
— Ну, я думала, раз замок, то и посуда старинная. Именные фарфоровые сервизы, все такое, — объясняю. — А у вас обычные, как в ресторане.
— Это плохо? — поднимает он брови.
— Да нет, наоборот, — пожимаю плечами, — у вас очень современный замок. Мне это нравится.
— Сервиз у меня тоже есть. Именной, — снова он смотрит с этой странной улыбкой. — А свет я погасил нарочно. Увидел, что ты сюда идешь, и отключил. Там по коридорам везде датчики движения, свет сам включается.
— Как это, увидели? — теперь я смотрю непонимающе.
— Там вместе с датчиками камеры. Сама сказала, у меня современный замок. Увидел тебя с телефоном, стало интересно, куда ты собралась. Я к тому времени успел здесь заскучать.
Меня уязвляет то, что он наблюдал, как я подсвечивала себе фонариком и потешался. А может, он подумал, что я хочу сбежать? Или…
— Вы что, решили, что я хочу вас обворовать? — я даже разворачиваюсь. Глаза Данилевского делаются круглыми как у совы.
— Что? — и он снова начинает смеяться. — Марта, ты меня доконаешь!
У меня наоборот пропадает аппетит, и я отодвигаю тарелку. Правда, она уже пустая, но тем не менее…
— Что вы надо мной все время смеетесь? То смеетесь, то кричите, — пробую возмутиться, но Давид тянется через стол и ловит мою руку.
— А что я могу поделать, если ты такая забавная? Нет, конечно, у меня и в мыслях не было, что ты решила меня обчистить. Но то, что у тебя есть авантюрная жилка, я заметил. Откуда мне было знать, что ты всего лишь проголодалась…
Теперь взгляд Данилевского вызывает беспокойство. Каким-то образом его кресло оказывается рядом со мной — слишком незаметно он передвигается. То сидел напротив, то раз — уже чуть ли не вплотную подобрался. И руку мою не выпускает, еще и пальцы переплел…
— Будешь торт? — спрашивает, а сам так странно дышит, тяжело, как будто ему воздуха не хватает.
Внезапно простреливает догадка. А что, если у него астма? У девочки, которая со мной жила в кампусе, была астма, и она все время носила с собой баллончик с лекарством — ингалятор. Давид тоже с собой его носит?
Но спросить не решаюсь. Вдруг никакой астмы у него нет? Снова будет смеяться, а мне, если честно, нравится, как мы сидим. Нравится, что он гладит меня по ладони большим пальцем и смотрит в глаза…
— Какой торт? — переспрашиваю почти шепотом.
— Наш, Марта, — он тоже говорит тихо. И хрипло. — Свадебный… Хочешь?
— Хочу… — отвечаю чуть слышно.
— Очень хочешь? — он наклоняется и оказывается совсем близко. Замечаю, что когда я сижу, я ниже него, наверное, он высокий, мой муж. — И я хочу…