Бесноватый Цесаревич-4 (СИ)
Новости хорошие. Я давно задумал связать шведов с Россией самым действенным способом — деньгами. Если ты получаешь огромные доходы от торговли, то только идиот будет воевать с главным партнёром по бизнесу. Плюс мой немец создал консорциум и начал постепенно подминать под себя целые сектора шведской экономики. Их металл пока считается лучшим в мире и завозится к нам большими объёмами. Надо только решить вопрос с финнами, разделив сферы влияния и заключать с соседями вечный мир. Торговать лучше, чем воевать.
—Голландец?
—Развернулся так, что мне самому боязно. Более десятка рыболовных судов и не меньшее количество лодок контрабандистов. Буквально за год Берген превратился в столицу европейского рыболовства. Даже англичане не трогают их суда, понимая, что людям надо что-то есть. Вирсма уже открыл постоянные представительства в Эдинбурге, Сандерленде, Копенгагене и Амстердаме. Всем странам выгодна нейтральная компания, которая привозит свежую рыбу в больших количествах. На море неспокойно из-за войны, но наших норвежцев стараются не трогать. Тайные грузы и люди тоже перевозятся регулярно.
—Интересующий вас банкир продал все активы и скоро собирается переехать в Америку, — сменил тему Волков, — Не знаю зачем это вам, но всё готово. Корабль перехватят после выхода из порта и всех людей уничтожат. Не понимаю смысла этой затеи? Это дорого и сложно.
—Фамилия Ротшильд должна прекратить своё существование. Я так решил и мне виднее.
—Есть, — по-военному ответил Волков.
Наверное, моё общее недовольство и скверное настроение выплёскивается на окружающих. Даже вечно спокойный Волков дёргается и ведёт себя нервно. В принципе плевать, но нужно как-то подстроиться под окружающий мир. Зачем нести сплошной негатив, особенно соратникам? Но злобы и ненависти у меня сейчас хоть на десятерых.
—Сколько я был в беспамятстве?
—Здесь какая-то странная история, Ваше Высочество, — опять занервничал Волков, — В общей сложности вы пролежали три недели. Периодически вы приходили в сознание, пили и ели, но никого не узнавали. Будто это был другой человек. Вольф списывает все эти странности на ушиб головы. Напрямую пуля практически не нанесла вам вреда, попав в медальон с изображением Её Высочества Анны Фёдоровны и детей.
Я уж и забыл, как зовут Юлю в православном крещении. Даже здесь она помогла и спасла мою жизнь. Сам я вспоминаю о ком угодно, кроме своей законной супруги. Надо будет написать ей какое-нибудь проникновенное письмо. Всё-таки она мать моих детей и вообще очень нужный человек. Но никаких чувств я к ней не испытываю и это в будущем может стать проблемой. Она далеко не дура, моя рыжая немка и всё прекрасно видит. Дети на какое-то время будут мостом, соединяющим наш союз. А что дальше? Я не знаю. Реципиент, с которым я окончательно слился в одну личность заворочался и даже начал взбрыкивать. Ну не любит Константин свою жену, бывает.
—Приведите этого идиота, Ушакова. Хочу поговорить с ним перед его смертью.
Николай выглядел плохо. И дело даже не во внешнем виде, а его внутреннем состоянии. Взгляд мечущихся глаз, общая издёрганность и нервозность производили неприятное впечатление. А ведь он боец до мозга и костей, что доказал на поле битвы. Егеря не стали городить огород и просто накинули прапорщику на шею удавку. Так их учили обращаться с пленными и ребята действовали по уставу. Смотрю на недоумка и понимаю, что не нахожу его поступку никаких оправданий. Как-то всё вымерзло у меня в душе. Кстати, пленника привели офицеры в лице младшего Фитцнера и Филипса. Ребята понимают, что лишние слухи нам ни к чему.
—Кто отдал приказ убить меня?
Товарищ решил поиграть в партизана на допросе. Он даже не стал поднимать взгляда и просто некрасиво сморщился. Моей отмашки хватило, чтобы Богдан хитро вывернул сустав ублюдка от чего тот громко закричал. Моя школа! Филипс же сдавил горло, верещащему прапорщику, чтобы он не распугал всех в округе.
—Коля, ты перестал существовать для меня как человек и дворянин. Если нужно будет разрезать тебя на кусочки, то тебя разрежут. И ты расскажешь мне всё. Не заставляй меня заниматься подобными вещами, которые не доставляют мне и окружающим никакого удовольствия. Но если надо, то эти господа, — киваю на руководство егерей, — Вынут из тебя всю душу.
—Вы чудовище! — наконец-то подал голос Ушаков, — Она была права! Вы действительно готовы пойти на любое преступление ради своих корыстных целей!
Ради своих планов я пойду на любое преступление и даже более. И вообще, у меня есть мысли хорошенько пустить кровь этому миру. А ещё уничтожить некоторые народы от слова совсем. Но такими желаниями я не хочу делиться даже с самыми верными соратниками. Сами узнают и поймут, когда придёт время. Блин, какой же скотиной я становлюсь.
—Жеребцова?
После вопроса Волкова, который тихо сидел в углу, голова Ушакова дёрнулась как от пощёчины.
—Вы не посмеете её тронуть! И вообще, это я сам. Кто-то должен был остановить этого монстра в человеческом обличье!
Боже, какие же пейзане иногда наивные. Он действительно думает, что его вопли не перепроверят? Ушаков уже сдал свою заказчицу, я не могу по-другому назвать эту интриганку. А там, где Ольга, обычно торчат уши её английского любовника, что кардинально меняет дело.
—Вы подлец, который разрушил моё счастье с Катенькой! А ещё вы интриган, который вступил в переговоры с врагом! — обвиняющим тоном продолжил Николай.
Как всё запущено! Опять начать объяснять ему, что дочь магнатки и богатейшая наследница России не выйдет замуж за бедного дворянина? В принципе всё ясно, плюс сохранена переписка этого идиота с заказчицей.
—Дайте ему возможность уйти самому, — киваю Богдану на выход, куда сразу поволокли Ушакова.
Далее я углубился в корреспонденцию, которой достаточно накопилось за последнее время. Начал с писем от моего нынешнего отца и не пожалел. Павел был в своём репертуаре, то есть абсолютно непоследовательным. В первом послании он восхищался проявленной мною храбростью, гордился героическим сыном и даже повысил меня в звании. Я теперь майор и обладатель очередной висюльки, к которым полностью равнодушен. Второе письмо было совершено иным и лишено восторженного тона, будто писал другой человек. Наверное, окружение нашептало или дошли мои слова, которыми я охарактеризовал австрийцев и брата их Императора. В общем, меня срочно вызывают в столицу, как только позволят дороги, значит можно не торопиться.
Продолжаю вскрывать остальные конверты. Мать писала о каких-то интригах вокруг её особы и прочей чуши, совершенно не интересуясь здоровьем сына. Александр в своём репертуаре, вообще не поймёшь, чего хотел сказать. Порадовали Юля с Лизой. Обе молодые мамы чувствуют себя хорошо и полны сил продолжать наши проекты. Письмо супруги вообще напоминало обширный отчёт о работе предприятий Фонда. Далее мельком пробежался по посланиям Кулибина, Астафьева и Харламова. Дела идут, что только радует. Действительно, пора возвращаться в Новгород или лучше в Питер. События проходят мимо и моё влияние на них практически минимальное.
—Что с заговором? — спрашиваю всё так же сидящего в углу Волкова.
—Основными фигурантами, вокруг которых собираются бунтовщики, являются графы фон Пален и Панин. Ещё одно важное действующее лицо — это английский посол. Вебер, который стал фактически его доверенным лицом сообщает, что Уитворт пообещал некоторым участникам какие-то запредельные суммы за участие и лояльность после свержения Императора. Из столицы по ложным наветам уже удалён верный вашему батюшке генерал Аракчеев. Против Ростопчина постоянно интригуют, не давая ему претворить в жизнь проект по мирному соглашению с Францией. Думаю, его отправят в отставку уже в этом году. Гвардия также весьма негативно относится к Его Величеству и крамольные речи стали нормой. Ваш брат начал создавать какое-то своё общество и будто совсем отстранился от государственных дел, кроме военных заводов, за которыми следит весьма внимательно.