Бесноватый Цесаревич-4 (СИ)

—Мы фактически одержали победу при Бевервейке. Но дальнейшее наступление стало невозможным. Огромное количество больных и самое главное — полное отсутствие снабжения, поставили всю кампанию в тупик. Между тем республиканцы регулярно получали подкрепление и припасы. В этой ситуации требовалось увеличить число наших войск в несколько раз и обеспечить регулярные поставки продовольствия. Из-за ужасной погоды и отсутствия нормальной еды нестроевые потери достигли просто колоссальной цифры. Более того, уже противник перешёл в контрнаступление, и мы были вынуждены отбиваться. Я вынужден был принять решение начать переговоры с неприятелем, чтобы нам дали возможность эвакуироваться. Ещё пошли слухи о каких-то пиратах, которые фактически перерезали снабжение, плюс активизировавшийся голландский флот. Ситуация была безвыходная, хотя я не снимаю с себя ответственности за поражение.
Герцог сам взял бутылку и наполни бокал. Осушив его почти полностью, он откинулся на спинку кресла и стал наблюдать за собеседниками. В душе премьер-министра кипела просто буря эмоций, но он старался сдерживаться. Несмотря ни на что, перед ним был брат короля. Хотя будь его воля, Фредерик давно бы возглавлял какие-нибудь колониальные войска в тысячах миль от метрополии. Как хотелось встать и разбить бутылку отличного портвейна об эту жирную и надменную рожу. Ведь именно недальновидное руководство этого индюка стало основной причиной поражения. Но приходилось сидеть с непроницаемым лицом и слушать бред, который командующий пытался выдать за правду.
Фредерик тем временем опять перешёл на проблемы, связанные с отсутствием поддержки оранжистов и перебои поставок припасов. Логика в словах герцога была, но почему-то за всю свою длинную речь, он ни разу не рассказал про собственные ошибки. А глупых и непродуманных решений командования экспедиционного корпуса хватало. Когда гость пошёл на третий круг, повторяя одно и то же не выдержал даже спокойный Гренвиль и начал откровенно морщиться. Хозяин кабинета решил, что пора заканчивать эту комедию и выпроваживать командующего. Тем более что он какими-то нереальными объёмами выпивает его портвейн, лакей открыл уже третью бутылку.
После ухода громкого и не в меру говорливого главнокомандующего британскими войсками, Питту потребовалось некоторое время, чтобы прийти в себя. Он сел в кресло, и уже сам жадно приник к бокалу с вином. Лицо его слегка покраснело, но черты разгладились и их наконец покинуло напряжение последних дней.
—Вот ведь подлец! Я даже злится перестал, слушая этот феерический бред. И мы не можем его даже отстранить, — выдохнул Питт после второго бокала, — А какую сказку он нам рассказал, заслушаешься. Ведь мы дали герцогу всё! Войска, включая русских союзников, флот, организовали сочувствующие Оранскому силы в Голландии, подготовили заговор среди тамошних моряков. А на выходе он говорит, что неудача связана с погодой. Каков наглец?
—Уильям, это всё-таки брат короля и давай не опускаться до оскорблений. И у стен бывают уши, — ответил кузен, — Я согласен, что большая часть неудачи лежит на командующем, но есть и объективные факторы. И погода сыграла в этом не последнюю роль.
—Неудача? — криво усмехнулся Питт, — Можешь называть вещи своими именами — это катастрофа! Провал, причём очередной! Неудачи стали входить у нас в традицию. Мы не получили главный приз — голландский флот. Несколько жалких лоханок со сбежавшими роялистами не окупят десятой части затрат на экспедицию. Я даже думать об этом не хочу, дабы сохранить душевное равновесие. Вся экспедиция затевалась, чтобы лишить голландцев военного флота. Но мы её не решили и настроили против себя большую часть их моряков, которые ранее сочувствовали Оранскому. Ты понимаешь какие силы нам придётся сосредоточить в Канале, если эти чёртовы торгаши начнут воевать на море всерьёз?
—Я не был бы столь категоричен. Мы не потерпели поражения, просто дальнейшее продолжение войны стало бесполезным из-за колоссальных нестроевых потерь. Надо ещё будет разобраться с интендантами, которые не обеспечили корпус тёплой одеждой. Русские приплыли в летнем обмундировании, зимнее должна была поставить наша сторона. Голландия не Россия с её лесами и люди банально мёрзли из-за невозможности развести костёр. От разного рода простуд армия потеряла больше людей, чем от прямых боестолкновений.
 
—Тебя так заботят русские жизни? — с сарказмом спросил премьер-министр.
—Ничуть. Но новости уже дошли до Павла и это не добавит нам преимуществ в очередных переговорах. А они в любом случае состоятся. В них заинтересованы Англия и Вена. То с какой лёгкостью русские войска разбили французов в Италии и как тяжело даётся любая победа австрийцам, показывает, что без наших северных союзников никак не обойтись. Если республиканцы сомнут Австрию, а Павел откажется от совместных действий, то мы окажемся одни против очень сильного противника. Наша торговля, итак, терпит огромные убытки, но всё может обернуться гораздо хуже. По голландскому флоту я тоже не согласен. Нам досталось пять отличных линейных кораблей и несколько вспомогательных. Но главное — это люди. Внушительная часть капитанов и офицеров перешла на нашу сторону и пополнит ряды Грант Флита. Без обученных командиров и экипажей голландский флот — это просто куча дерева с пушками.
—Как обстоят дела в Средиземном море, — Питт неожиданно поменял тему беседы.
—Адмирал Элфинстон фактически в первый день прибытия атаковал Тулон. Думаю, он ненамного хуже покойного Нельсона и господь не оставил в беде нашу добрую Англию. Недавно пришёл почтовый корабль, я только получил расшифровки. Как такового генерального сражения не было, но всё восточное побережье Франции и Испании блокировано нашим флотом. К сожалению, скоро погодные условия не позволят вести активных боевых действий. Думаю, в следующем году адмирал продолжит добивать французский флот. Русские на удивление выполнили наше пожелание и захватили Менорку.
—И что? Даже не решили присвоить себе очередной выгодно расположенный архипелаг, — опять усмехнулся премьер-министр.
—Здесь всё сложно. Адмирал Ушаков вернул нашей эскадре захваченные припасы и пока остров считается временной базой для всего союзного флота. Общее руководство и власть поделена поровну. С обеих сторон выделены представители для управления островом и пресечения возможных конфликтов, в том числе с местным населением. С учётом того, что на Менорке расположился целый полк морской пехоты русских, то решение приемлемое. Плюс, надо учитывать, что это они отбили Менорку и освободили наших пленных, которые усилят эскадру Элфистона. Это я считаю наиболее важным. Про передачу огромного количества припасов я уже говорил.
—Меня всё сильнее заботит эта группа кукловодов в России. Ну не сам же Ушаков проводит такую агрессивную политику. У него просто не может быть таких полномочий. Мальта — это понятно, но если русские ещё закрепятся на Балеарских островах…
—В любом случае мирные переговоры неизбежны, и никто не собирается отдавать остров России. Другой вопрос, какую цену запросит Павел, задумчиво произнёс Гренвиль.
Красное лицо Питта разрезала глумливая улыбка. Он ещё раз приложился к бокалу, развязал ненавистный галстук и произнёс.
—Почему именно Павел? Думаю, пора решать русский вопрос. Если Император не согласится на продолжение войны или хотя бы не даст гарантий участия России в следующей коалиции, то он бесполезен. Какой смысл тратить огромные суммы на подкуп окружения монарха, если он в любой момент может разорвать любые договорённости? Отправь Уитворту окончательные инструкции и деньги. Если Павел не пойдёт на все нашу условия — значит в России будет новый владыка.
 
—Сейчас с этим могут возникнуть определённые проблемы. Русская армия одержала несколько ярких побед и Павел весьма популярен в войсках. К тому же он стал на сторону генералов и фактически разорвал союз с Австрией.
—Значит надо сделать так, чтобы Павел поссорился со своими генералами и вообще всеми дворянами! — выкрикнул премьер-министр, ударив ладонью по столику и перевернув бокал с портвейном, — Мне нужно лично писать инструкции твоим людям? Уитворт не дурак, к тому же российский вице-канцлер наш человек. Пусть сами думают, как провести эту интригу. Нам, итак, эти пляски вокруг русских и их своеволие обходятся в огромные суммы.