Небесный Смотритель (СИ)

Вот, значит, как оно появилось…
Чувствуя, что все получается, Аалуф заулыбался. Дело шло даже быстрее, нежели он предполагал. А скорость сейчас тоже играла немалую роль, поскольку…
Последний штрих. Незримое магическое поле, порожденное жизненной энергией Аалуфа, обволокло всю гигантскую сферу Аве-Ллара. Теперь оставалось только активировать его, отдав на защиту родного мира всего себя без остатка.
— Не смей! — рявкнул возникший в кабинете Роддарг.
На Аалуфа он смотрел со страхом и яростью.
— Поздно… — одними губами ответил тот, и невидимый слой силы, делающий Аве-Ллар практически недоступным для монстра-Луны, заработал. Аалуфу же оставалось жить не больше минуты.
— Тварь! — трясясь, прорычал Роддарг, когда понял, что к чему. — Предатель! Ты же погубил нас всех!..
— А ты чуть не погубил мир, в котором родился и прожил долгие десятилетия, — удивительно, но сейчас, когда в самом Аалуфе оставались лишь крупицы жизненной энергии, к тому же тающие, боль, дурнота, слабость и все прочее практически ушли. Магу было хорошо, и он улыбался.
— Ненавижу! — Роддарг сжал кулаки. Оскалился, позволяя рассмотреть десны — те были полностью лишены зубов. — Ты всегда был не таким, как остальные! Ненормальным! Тебя вообще не должно было быть!
— Пусть будет так, — Аалуф равнодушно пожал плечами, и тут Роддарг ударил.
Банальное заклинание-лезвие вошло в глаз, отчего в голове Аалуфа расцвел бутон яростной боли. Маг отшатнулся, запутался в ногах и упал, со спокойствием глядя на бушующего Роддарга.
Атаковать магией, когда сам чудом остаешься в живых, — не самая лучшая затея. Роддарг был в полуобморочном состоянии, из ушей у него текла кровь. Ноги чародея подгибались, и на второй удар его бы не хватило. Во всяком случае так думал Аалуф…
— Ублюдок! Верный пес этого никчемного мирка! Так и стань псом! — с этими словами Роддарг применил еще одно заклинание.
Оно относилось к черной магии, причем достаточно сложной, и Аалуф удивился, что противник владеет такими приемами. А его тело уже менялось, превращаясь в собачье. Обрастало черной шерстью, внутри трещали кости, принимая новую форму, рвались мышцы, связки и сухожилия.
«Похоже, отправиться на покой мне все-таки не дадут», — с усмешкой подумал Аалуф, чувствуя адскую боль трансформации.
— Оставайся здесь, псина! — задыхаясь то ли от ненависти, то ли от муки, выкрикнул Роддарг. — А мы… Мы все равно спасемся! И тебе не отвертеться от участи стать свидетелем гибели Аве-Ллара!
Все вокруг начало темнеть и вскоре погрузилось в черноту. Впрочем, ненадолго. Не прошло и десяти секунд, как я вновь увидел плато и одноглазого чародея на фоне замка, который на пару мгновений превращался в развалины. Аалуф внимательно изучал мое лицо и чуть заметно улыбался. Похоже, череда воспоминаний закончилась, и сейчас маг даст мне немного времени, чтобы переварить увиденное.
— Ну как, понравилось? — спросил он, прочитав по моему лицу, что я готов продолжать разговор.
— Честно говоря, не очень, — ответил я.
— Полностью с тобой согласен, Артем. Но самое скверное еще впереди.
  
Глава 23
 
Собравшись с мыслями, Аалуф продолжил:
— Как ты понимаешь, Артем, моим собратьям-магам все же удалось спастись, слившись с тварью, которую аве-лларцы сейчас называют монстром-Луной. Конечно, там все пошло немного не по плану, но все-таки…
— Почему им удалось?
— Из-за того, что Роддарг помешал мне довести мой план до конца. Тот его удар, что превратил меня в пса-призрака… Он не позволил всей моей жизненной силе стать защитой для Аве-Ллара. В итоге магический слой оказался неполноценным. Роддарг, Киранна и Рик все же зачерпнули немало энергии своего родного мира, чтобы переместиться внутрь твари, стать с ней единым целым.
— Значит, нечто вроде апокалипсиса в Аве-Лларе все-таки состоялось? Пусть и не таких масштабов, как задумывалось Роддаргом?
— Да. Но пострадали, в основном, бывшие обиталища магов. Ты сам видел, во что превратился мой замок. То же произошло и с теми местами, где жили Роддарг, Киранна, Рик и все остальные. Отправься туда простой человек — и он будет обречен. Да и чародею…
 
— Да, я помню, — перебил я, задумчиво кивая и вспоминая, как вместе с Цыганом — нет, Аалуфом, пора уже принять, что мой хвостатый аве-лларский друг на самом деле был могущественным магом, — пробирался внутрь Слюдяных Руин.
— И тут, — Аалуф усмехнулся, — мне видится довольно-таки положительный момент…
— О чем вы?
— О том, что Роддарг позволил мне жить дальше. Пусть и обрек на существование в виде призрачного зверя. Я смог выступить для тебя в качестве проводника. Без меня… Уж извини, Артем, но твоих силенок хватило бы максимум на то, чтобы спуститься в подземелье. А там…
— Понимаю, — ответил я, мысленно соглашаясь с собеседником. — Мне другое непонятно. Цыган… Когда он нашел меня, то выглядел как самый настоящий пес. Я мог погладить его, чувствовал тепло живого существа. В нем не было ничего… призрачного.
Аалуф с улыбкой покивал.
— Это особенности того заклинания, которое применил Роддарг. Если бы он превратил меня просто в пса-призрака, то я приобрел бы множество дополнительных преимуществ. Неуязвимость, телепатию и так далее. Но увы… Я стал призраком во плоти. То есть чувствую голод, могу пораниться или что-нибудь сломать, заболеть… Хотя и вылечиться тоже способен, поскольку кое-какие силы во мне все же остались. Но тратить их опасно. Если… гм… перенапрягусь, то какое-то время буду просто лежать пластом.
Теперь уже мне потребовалась пауза, чтобы переварить услышанное. Затем я посмотрел в единственный глаз Аалуфа и спросил:
— Значит, вы видели то самое первое Монстролуние? Наверняка оно было кошмаром…
— Тут ты прав, Артем. Но оно отличалось от тех, что происходили в дальнейшем. Все-таки я подложил Роддаргу и остальным большую свинью и вынудил своих бывших собратьев искать пути спасения в очень серьезной спешке. Роддарг оказался довольно упертым, его вовсе не остановило то, что я сделал Аве-Ллар недоступным для поглощения монстром-Луной. Как уже сказано, часть силы нашего мира он все же вычерпал, и ее хватило для слияния. Ну а потом… Хорошо, что я предусмотрел такой вариант развития событий…
— Вы о появлении чудовищ?
— Да. Ты ведь помнишь изначальное предназначение той твари? Она превращала живых существ в опасных монстров. И при этом вытягивала немалую часть их жизненной силы. Поняв, что Аве-Ллар не высосать, Роддарг заставил своего питомца взяться за старое. Просто чтобы монстр-Луна сам продолжал жить и не особенно возмущался троим постояльцам, занявшим его нутро, — на последней фразе Аалуф усмехнулся. — Тварь открывает дорогу в иные миры, крадет их обитателей, ну а дальше…
— Дальше перерабатывает, — закончил я за чародея, вспоминая, что чувствовал во время «переработки» миролюбивый великан, ставший впоследствии клешняком.
— Очень точно определение, — Аалуф довольно кивнул. — А после переработки натравливает на Аве-Ллар.
— Получается, вы догадывались, что так может быть? Иначе не давали бы указаний защитному полю на придание людям дополнительных сил и решимости в боях с тварями.
— Ты на удивление проницательный юноша, Артем, — усмехнулся Аалуф. — Но все же я бы предпочел, чтобы в Аве-Ллар перенесся более опытный маг. Уж не обижайся.
— Не обижаюсь, — ответил я, полностью согласный с чародеем. — И все-таки, каким было первое Монстролуние?
Чародей потемнел лицом и опустил голову.
— Это была катастрофа. В первый раз монстр-Луна лишь заявил о своем присутствии. В одну из ночей Жемчужину охватило красное свечение, послышался гул, и, как сейчас говорят аве-лларцы, каменный панцирь раскололся. Как только это случилось, все места, где жили маги, оказались разрушены. Они попросту взрывались, одно за другим. Твари нужна была энергия, там она ее и получила. Люди пребывали… пожалуй, слово «смятение» подойдет лучше всего. Им было страшно, они не понимали, что происходит, и вместе с тем готовились яростно защищаться — за это спасибо тому слою магии, на который ушла моя жизненная сила. Я убедился, что она работает, когда аве-лларцы вошли в раж.