Слезы ангелов (СИ)
* * *
— Я могу с ней поговорить? — спросил Картер, когда врач, выйдя из реанимации, сообщил ему, что Фейт пришла в себя. — Хотя бы пару минут.
— Ее состояние все еще нестабильно, — глядя на Картера поверх защитной маски, ответил врач. — Не думаю, что она сможет долго общаться.
— Две минуты. — Картер вцепился взглядом в реаниматолога. — Большего я не прошу. Показания Фейт очень важны для расследования.
Врач был имморталом, поэтому ни его жесты, ни глаза не выдавали эмоций: он все так же рассеяно смотрел на Картера, будто видел перед собой стену или пустой коридор, а не агента БПК, настырно пытавшегося проникнуть в палату к тяжелой пациентке.
— Одна минута, — выдержав паузу, разрешил реаниматолог. — Проходите.
Он поднес ладонь к датчику возле двери, но не стал до него дотрагиваться: сканер на расстоянии считал данные ID-чипа, вживленного в запястье врача, после чего дверь открылась. Затем доктор пропустил Картера в просторный, светлый реанимационный зал, заставленный рядами коек с пациентами, подключенными к приборам и капельницам.
Врач подвел Картера к кровати в дальнем углу, на которой лежала Фейт — бледная, как укрывавшее ее одеяло, с темными кругами под глазами, с кислородной трубкой под носом. В обе руки сенсорки были установлены катетеры с подключенными к ним капельницами.
— Я тебя помню, — прошептала Фейт, когда ее затуманенный взгляд остановился на Картере: голос был слабым и едва различимым среди шума медицинских приборов. — Ты спас меня.
— Агент Картер, Бюро Порядка и Контроля, — представился он, покосившись на реаниматолога: тот стоял рядом, демонстративно глядя на наручные часы. — Фейт, у нас очень мало времени. Ты слишком слаба, и врач не разрешает долго с тобой говорить, но мне важно узнать все, что ты сможешь вспомнить. Каким образом ты оказалась на заброшенном заводе?
— Мой менеджер, Тейтум, принял для меня заказ на доставку эмоций, — с трудом, будто каждое слово давалось с болью, проговорила Фейт.
— Какой заказ?
— Он поступил на биржу, но был очень странным. — Фейт шумно сглотнула, тяжело задышала. — Спросите у Тейтума, он знает больше.
Картер опустил глаза, поджав губы: он не собирался сообщать сенсорке, находившийся на грани нервного истощения, о том, что ее менеджер мертв. Хватит с нее потрясений.
Но, похоже, она догадалась обо всем сама. Поймав взгляд Картера, Фейт с дрожью в голосе спросила:
— Тейтум… С ним все в порядке?
— Фейт, послушай, мне важно узнать информацию именно из твоих уст. — Картер приблизился к ней, решив полностью взять инициативу в разговоре на себя. — Почему заказ показался тебе странным?
— Потому что никто обычно о таком не просит. — Фейт повела головой. — От меня требовалось просто жить, получая эмоции во время ночной прогулки по заброшенному заводу.
— Просто жить?
Картер нахмурился: он уже слышал это странное словосочетание, но не мог сейчас вспомнить, от кого именно, к тому же слабый голос Фейт отвлек его от размышлений:
— Было еще одно условие, — Фейт, казалось, говорила на последнем издыхании. — Заказчик хотел, чтобы эмоции доставила сенсорка генерации QX-11.04.
Она вдруг закатила глаза, словно проваливаясь в беспамятство, и врач грубо оттолкнул Картера в сторону.
— Ну все, хватит, — сказал он, проверяя пульс на запястье Фейт. — Ваш допрос полностью ее истощил. Пожалуйста, покиньте помещение.
Картер сам понимал, что в данный момент Фейт больше ничего ему не скажет: она обмякла на кровати, голова ее повернулась на бок, грудь часто вздымалась от тяжелого дыхания.
Когда Картер вышел из реанимации, в коридоре его встретил Финч. Засаленные, всклокоченные волосы и красные глаза говорили о том, что ночка у него была бессонной — впрочем, как и у остальных агентов, занятых делом Гархиса.
Оценив замученный вид Финча, Картер с удивлением для себя отметил, что агент Отдела особо тяжких преступлений уже не вызывал у него безотчетного раздражения, как раньше. Да, он оставался все тем же бесчувственным истуканом с мимикой, как у дерева, но Картер не мог не признать того факта, что Финч, несмотря на его нерасторопность на первых этапах расследования, приложил максимальные усилия в поисках Гархиса, а затем — похищенной Джой.
— Андерс только что сообщил мне о результатах вскрытия Гархиса. — Финч шел рядом с Картером к выходу из больницы. — Приготовься охренеть от удивления — я знаю, ты это можешь, в отличие от меня.
Картер оценил самоиронию Финча. Вообще-то чувство юмора не было свойственно имморталам, поэтому тот факт, что Финч умудрился вставить в речь забавную фразу, многого стоил: похоже, они вдвоем действительно сработались.
— Попробуй, Финч, — поторопил его Картер. — Меня уже ничто не удивит.
— Тео Гархис был сенсором.
Картер резко остановился посреди коридора:
— Что?!
— При вскрытии Дин Кирби обнаружил в головном мозге Гархиса вживленный нейромодуль — модель, применяемую только у сенсоров.
Финч произносил слова так, как будто зачитывал телефонный справочник, но даже этот безразличный тон привел Картера в состояние шока: он поверить не мог, что Гархис оказался сенсором.
— Как такое возможно?! Мы же выяснили его биографию: Гархис был натурализованным иммигрантом! Простым смертным человеком.
— Да, так мы считали. Если верить ID-чипу Гархиса и данным из Системы учета граждан, он был зарегистрирован, как простой смертный, но вскрытие этого не подтвердило. — Финч выглядел безучастным, но, судя по чуть нахмуренным бровям и потемневшему взгляду, даже внутри холодной души иммортала зародилось микроскопическое зернышко изумления. — Ситуация беспрецедентная: мы имеем дело с нелегальным, незарегистрированным сенсором, о существовании которого никто не подозревал.
Картер нервно дернул головой:
— Ты понимаешь, что это значит? — Он не дал Финчу ответить и продолжил сам: — Кто-то создал Тео Гархиса и использовал его в своих целях. Теперь скажи: для чего нужны сенсоры?
Лицо Финча оставалось каменным, но на мгновение Картеру показалось, что у него дернулось веко.
— Доставка эмоций, — выдавил Финч. — Для имморталов.
Картер кивнул с довольным видом, добившись ответа, который хотел услышать: наконец-то иммортал готов был признать, что преступления в Трокар-Сити совершают не только простые смертные. Картер направился к выходу, и Финч последовал за ним.
— Оставаясь незарегистрированным сенсором, Гархис выполнял нелегальные заказы по доставке эмоций, — сказал Картер, когда стеклянные двери автоматически разъехались в стороны, выпуская его на парковку. — Кто-то использовал его для того, чтобы убивать — и получать от убийств эмоции. Кирби проверил нейромодуль Гархиса?
— Он чист: совсем недавно из модуля выгрузили всю информацию, а затем перевели его в режим «без записи», — ответил Финч, продолжая идти рядом с Картером. — Кроме того, Кирби установил, что модуль был взломан, поэтому не передавал алерт-сигнал, когда Гархис совершал убийства.
Картер замер у своего электрокара, повернулся к Финчу:
— В подвале загородного дома Гархиса находится огромное количество медицинской техники и инструментов. Нужно выяснить, откуда он их взял, а еще — узнать, кому принадлежит дом. Займитесь этим.
— А ты?
— Собираюсь поговорить со знающим человеком.
* * *
Низкое небо с набухшими темными тучами опорожнялось мелким дождем, когда такси под управлением автопилота доставило Джой к дому заказчика.
Поездка оказалась долгой: пришлось обогнуть Трокар-Сити с востока по кольцевой дороге, затем — съехать на скоростное шоссе C-7, которое вело в богатые пригороды, раскиданные среди долин, холмов и озер. Уютные городишки, облюбованные зажиточными имморталами, состояли в основном из низких строений — двух- и трехэтажных. Сидя у окна в такси, Джой провожала взглядом помпезные особняки за живыми изгородями, закрытые гольф-клубы, изысканные здания частных клиник, фитнес-центров и лечебниц, спроектированные модными архитекторами.