Слезы ангелов (СИ)
— Нужно допросить сотрудников этих организаций, — сказал Картер. — Почти наверняка именно там Гархис черпал свои знания в медицине и ботанике.
Финч и Андерс обменялись взглядами, но они как обычно ничего не выражали, поэтому Картеру было трудно понять, насколько адекватно коллеги восприняли его указание: он явно перехватывал инициативу в расследовании, и это не могло нравиться Финчу и Андерсу.
Яркая вспышка фотоаппарата отвлекла внимание Картера: он увидел, как один из криминалистов фотографировал разложенные на кровати предметы.
— Что это? — спросил Картер, подойдя ближе.
— Содержимое карманов в джинсах подозреваемого, — ответил криминалист, продолжая делать снимки. — Мы нашли их во встроенном шкафу вместе с другими вещами — правда, их осталось немного: пара старых футболок и трусов. Другие шмотки Гархис, похоже, забрал с собой.
Картер посмотрел на предметы, разложенные на кровати. Ничего странного, обычная мелочевка из карманов среднестатистического человека: просроченная карточка для проезда в метро, открытая упаковка жвачки и смятая салфетка.
Фрагмент надписи, едва заметный на скомканной бумаге, привлек внимание Картера. Развернув салфетку, он увидел напечатанный на ней логотип с названием заведения: «ТАНАТОС».
* * *
До наступления вечера оставалось еще несколько часов, поэтому в клубе «Танатос» царило непривычное для таких мест спокойствие: негромко играла музыка, бармены со скучающим видом протирали стаканы, уборщик возил шваброй по танцполу.
Охранники без лишних вопросов пропустили Картера в кабинет Стикса, как только он представился.
— Я рад, что вы пришли, — с каменным лицом сказал хозяин клуба, плавным жестом руки приглашая Картера устроиться в кресле.
Картер остался стоять напротив стола, за которым вальяжно развалился Стикс.
— Вы иммортал и не можете испытывать радость, — напомнил Картер с едва скрываемым презрением в голосе.
— Это просто фигура речи. — Стикс развел руками. — Трудно отделаться от старых речевых привычек. — Он вперился взглядом в агента БПК. — Надеюсь, вы пришли для того, чтобы сообщить о своем решении касательно нашего сотрудничества?
— Можно сказать и так.
Картер бросился к столу и со всей дури врезал Стиксу по морде — так сильно, что иммортал свалился со стула.
Лежа на полу, он опомниться не успел, как Картер придавил его коленом в грудь и приставил ко лбу дуло пистолета.
— Теперь выслушай мое предложение касательно нашего «сотрудничества», — прорычал Картер.
Страх был эмоцией, и в такие моменты, как сейчас, Картер жалел, что имморталы не могли его испытывать: вместо того, чтобы дрожать от ужаса при виде свирепого лица агента БПК, Стикс смотрел на него с абсолютным равнодушием — казалось, даже ствол пистолета, прижатый ко лбу, нисколько его не смущал.
— Я весь внимание, — ледяным тоном процедил Стикс.
— Мне нужно знать, как найти ублюдка, который поставляет тебе «Слезы ангелов».
— Я с ним не знаком.
— Врешь! — Картер вдавил ствол пистолета в лоб Стикса: казалось, еще немного, и кости черепа треснут. — Говори, а иначе я тебе пристрелю, гнида ты поганая!
Стиксу потребовалось несколько секунд, чтобы оценить ситуацию, взвесить в голове все «за» и «против». Наконец, он ответил все так же безразлично:
— Я общался с ним через посредника, который называет себя Хароном. Убери пистолет, и я скажу, как его найти.
Картер ухмыльнулся:
— Похоже, ты до сих пор не понял мое предложение. — Он взвел курок. — Ты говоришь все, что знаешь, — и только после этого я убираю пистолет.
* * *
На экране медиавизора застыл стоп-кадр с финальным моментом из кошмара Джой: ярко-алые цветки маков, растущих из разрезанного живота Фейт.
— Мы внимательно просмотрели запись три раза. — Джой откинулась на спинку дивана, прикрыла глаза: ее физически тошнило от изображений на экране. — В ней нет никаких скрытых кадров, как было в моем прошлом сне.
Шимари, сидевший рядом, задумчиво погладил пухлые губы.
— Если их не видно, это еще не значит, что их там нет, — произнес он после паузы.
— Что ты имеешь в виду?
Шимари перевел взгляд с медиавизора на Джой: змеиные зрачки немного расширились, а розовые радужки, казалось, приобрели кровавый оттенок.
— В данном случае можно провести аналогию с сознанием и подсознанием, — пояснил Шимари. — Запись кошмаров — это лишь видимая часть того, что фиксирует твой мозг во время сна.
— Сознание, — догадалась Джой.
— Верно. — Шимари кивнул. — Но кроме видимой части существует то, что скрыто от внимания твоего мозга. Другими словами, — подсознание. На прошлой записи оно проявило себя в виде эмблемы заброшенного завода. Но я уверен, что и в случае этой записи, — Шимари кивнул на экран медиавизора, — под видимой частью тоже скрыто нечто подспудное.
Джой задумалась:
— Мой прошлый сон постепенно, ночь от ночи, становился все более подробным. Детали появлялись не сразу. Возможно, мой последний кошмар поведет себя точно так же, и уже сегодня ночью я увижу какие-то новые подробности.
Шимари взглянул на дисплей часов, вживленный в запястье:
— У нас нет времени на то, чтобы это проверить, да и навряд ли ты сейчас уснешь. Картер дал четкое задание: вытянуть из этой записи всю информацию. Кажется, я понял, что нужно сделать.
* * *
Признание, выбитое из Стикса, привело Картера на пустырь, зажатый между бесконечных складов, ангаров и заброшенных фабрик в промышленной зоне Трокар-Сити. Уже стемнело, когда он добрался до места: в небе зарождался тонкий серп молодой луны и проклевывались первые звезды.
Сверяясь с картой, которую от руки набросал на салфетке Стикс, Картер заехал на огороженную территорию. Выйдя из машины, он направился к огромной грузовой фуре в дальнем конце пустыря. Она выглядела именно так, как описал ее Стикс: массивная кабина черного цвета — и длинный серый прицеп с надписью на боку: «ХАРОН. ГРУЗОВЫЕ ПЕРЕВОЗКИ».
Под ногами шуршал гравий, прохладный сырой воздух забирался под воротник куртки, холодил тело. Картер почувствовал покалывания в кончиках пальцев — верный признак того, что он на правильном пути.
Картер не стал вызывать подкрепление, руководствуясь простым соображением: информация о местонахождении человека, который снабжал Стикса «Слезами ангелов», была добыта незаконным путем, не говоря уже о том, что он банально избил хозяина клуба. Кроме того, у Картера могли быть проблемы, если начальство узнает о том, что Стикс предлагал ему сотрудничество и дал взятку в виде баснословно дорогого энхансера, о чем Картер умолчал в своем рапорте Герлингу. В общем, именно по этим причинам он решил для начала съездить на разведку, а дальше действовать по обстоятельствам.
Картер огляделся по сторонам: никого. Достав пистолет, он осторожными шагами двинулся вдоль прицепа к его задней части. Поднял голову, заметив торчавшую из крыши трубу, из которой шел легкий дымок. Картер подошел к задним дверям: замка на них не было. Встав на подножку, он потянул створку двери на себя, как вдруг изнутри раздался голос:
— Кто?
Картер спрыгнул с подножки, думая о том, что ответить.
— Я от Стикса.
Шум замков — и дверь открылась. В тот момент, когда на пороге появился тощий невысокий человек в грязно-желтом защитном комбинезоне и респираторе, Картер схватил его за ноги и мощным рывком повалил на землю. Стянув респиратор, он разглядел лицо: костлявое, с темными кругами под глазами и жидкой бородкой. Точно такие приметы назвал Стикс, и у Картера не было никаких сомнений, что перед ним на земле распластался тот, кого он искал.
— Что за херня?! — воскликнул Харон, пытаясь подняться.
— Вот ты мне и объяснишь!
Резким движением Картер перевернул Харона на живот, заломил руки за спину, после чего поставил на ноги — благо Харон оказался настолько худым, что при желании его можно было легко швырнуть обратно в прицеп, словно тряпичную куклу. Делать этого Картер не стал: он просто затолкал Харона внутрь и, бросив его на пол, приковал наручниками к удачно подвернувшейся трубе, которая тянулась вдоль стены прицепа.