Одиннадцатая заповедь (СИ)
Торговец выглядел вполне свежим - все-таки ничто так не выводит из состояния бодуна, как огуречный рассол! - и поприветствовал меня весьма официально. У меня даже появилось подозрение, что старый сквалыга жалеет о вчерашнем, о том, что разоткровенничался со мной, и оно немедленно подтвердилось.
- Ты это, Пиндос, ты насчет вчерашнего не грузись, ежели сказал я тебе что-то не то, - начал Сидорович. - Бухнул я вчера лишку, вот и понесло меня. Ты в голову не бери, лады?
- Все пучком, Сидорович, - я прижал ладонь к сердцу, - и в знак моего глубочайшего к тебе респекта я куплю у тебя кое-что по твоим запредельным ценам.
Сидор кисло улыбнулся, но цены остались прежними. Я купил шестьдесят бронебойных патронов 5.45, два пустых магазина для АК, еще две аптечки АИ-2, пару тушенок и бутылку виски "Джонни Уокер", которую перелил в свою флягу - всего на четыре тысячи. Сидорович взял деньги, бросил их в ящик и велел мне оставаться на месте, а сам встал и вышел в складскую.
Вернулся он через полминуты, и в руке у него был большой боевой нож с черной пластиковой рукоятью в ножнах из кордуры.
- Вот, взгляни, - сказал он, почему-то опуская глаза. - Не эксклюзив, но штука хорошая. Американский армейский нож Ontario SP6 Fighting Knife. Бери.
- Сколько?
- Я когда узнал от Волка, что ты на Радар собрался, понял, что ты идиот, - ответил Сидорович. - Теперь вижу, что ты вдвойне идиот, если считаешь, что Сидорович шкура и только и знает, как бы сталкерам втюхать товар за двойную цену. Это подарок. Владей на добрую память. Об одном попрошу: если найдешь на Радаре что интересное, - документы какие секретные, арты, флэшки с инфой, - тащи мне и только мне. Куплю все, что захочешь продать.
- Ээээ.... спасибо. - Я был почти уверен, что сейчас над Зоной прольется лимонадный дождь, украинская армия начнет встречать сталкеров на КПП цветами и духовым оркестром, а кровососы и контролеры нести им лучшие артефакты из глухих дебрей Зоны, и пусть кто попробует сказать, что это невозможно, что это бред сталкера, нанюхавшегося паров "Газировки" - нет, ребята, все это чепуха по сравнению с фантастикой под названием "подарок сталкеру от Сидоровича". Но ничего не случилось, земля не разверзлась, Страшный суд не начался, и я, совершенно подавленный такой неслыханной щедростью, начал складывать покупки в рюкзак.
- Дорога тебе бархатом, сталкер! - напутствовал меня Сидорович и пожал руку на прощание. - Береги себя и возвращайся с хабаром.
Я кивнул и вышел, не оглядываясь. На сердце было как-то тяжело: вроде и хорошие вещи сказал мне Сидорович, и проводил с душой, а глаза у него были, будто на расстрел меня уводят.
Волк ждал меня на улице. Чуть поодаль стояло несколько "зеленых" и наблюдали за тем, как мы прощаемся.
- Все-таки решился! - Он по-дружески хлопнул меня по плечам, а потом открыл контейнер на поясе и извлек искрящуюся извивающуюся гирлянду "Маминых бус". - Держи подарок, пригодится. И удачи тебе!
- Меня что-то сегодня все задарили, - я крепко пожал руку Волка. - Дякую, брате, за царский подарок. Я еще вернусь.
- Не сомневаюсь.
Сомневаешься, подумал я, шагая по дороге к выходу из деревни. И все вы, братцы, сомневаетесь. Не верите, что вернется Пиндос к вам, посидеть у костра в лиловых украинских сумерках, поесть жареных сосисок под водочку и рассказать о чудесах глубокой Зоны. Ошибаетесь, вернусь, непременно вернусь. Назло этой суке Супруну, назло всем козлам, из-за которых я...
Нет, не плачу. Это порыв ветра, братцы. Всего лишь сильный северный ветер ОТТУДА.
Из мест, куда со времени Второго Взрыва ушли на поиски счастья сотни, а вернулись единицы.
За проведенное в Зоне время я уже привык к тому, что тебя постоянно окружает удивительная, незнакомая городскому человеку тишина. В Зоне нет птиц, только вороны, которые выжили в ней то ли благодаря своему высокому для пернатых интеллекту, то ли всеядности. Но и вороны тут каркают редко, и даже если спугнешь стаю, она не устраивает гвалта и тихо улетает прочь. Транспорта здесь нет, лишь военные патрули на джипах или БТРах порой проезжают вдоль Периметра, да армейские вертолеты барражируют в небе, высматривая нарушителей. В остальное время тишина такая, что в ушах звенит. Колышутся под порывами ветра заросли полыни и ковыля, постукивают на крышах заброшенных строений отошедшие от стропил листы кровельного металла, шумит листва огромных тополей, дубов и яворов. Если же еще и тучи разойдутся, и солнечный свет озарит окрестности, тогда и вовсе кажется, что ты выбрался в какую-нибудь пригородную местность, истоптанную и знакомую до боли. И в такие минуты забываешь, где ты находишься, о том, что эта тишина, весь этот умиротворяющий пейзаж на самом деле - смертельно опасная иллюзия покоя. Залитый солнцем луг, заросший ромашками, люпином и васильками, может скрывать смертоносную аномалию, а буйные заросли кустарников вдоль дороги вполне способны спрятать от взгляда затаившегося снорка или стаю слепых псов, собравшихся поохотиться. Солнечная погода в минуту сменяется затяжным дождем или плотным туманом, который может висеть сутками, и в котором может скрываться все, что только может придумать испуганный разум. Помни, сталкер, здесь все против тебя - вот еще одно правило, которое я твердо усвоил с первых дней нахождения в этом странном мире. Может быть, именно потому, что я помнил о нем, я до сих пор жив.
И еще в Зоне есть люди, которые пускают в свою душу худшее, что она создает.
До блокпоста под мостом оставалось еще не меньше двухсот метров, а я уже знал, что в меня целятся. Это обычная практика вояк - держать на прицеле всякого, кто подходит к блокпосту. Сначала берут на мушку, потом говорят. Но мне на них было плевать, я думал лишь об аномалиях, которые могут встретиться мне на дороге.
- Куда собрался, сталкер?
Это не гнида Мажаров - майор Кузнецов, бессменный начальник тутошнего блокпоста и обычный персонаж на нем. Мажаров у него в подчинении. Можно сказать, что здесь Кузнецов проводит большую часть своей жизни и зарабатывает большую часть своих денег, взимая поборы со сталкеров. Когда я подошел ближе, бравый майор покачивался на пятках, повесив на шею автомат и положив на него руки. Эдакий киношный коммандос.
- Подходи, не ссы! - крикнул он, улыбаясь. - Пообщаемся!
Я был не против общения. Интересно, сколько Кузнецов запросит на этот раз? Обычная такса за проход - пять сотен...
- Пиндос? - Кузнецов перестал улыбаться. - Ба, да какие люди к нам пришли!
- Мне надо пройти, - сказал я сухо. - Сколько?
- Нисколько, - Кузнецова уже предупредили обо мне. - Давай, шуруй дальше.
- Спасибо, - ответил я и прошел за нагромождение труб и контейнеров, почти перегородивших проход под мостом. Почему-то вспомнилась фраза подвыпившего Уокера, сказанная им о военных: "Скажи мне, Пиндос, наша армия в Зоне - это аномальная флора или аномальная фауна?" Тогда я засмеялся, а сейчас мне было не до смеха.
Подумалось, что Супрун сейчас сидит где-нибудь, попивает свой утренний кофеек и при помощи геотрекинга отслеживает мой маршрут. Не хочется об этом думать, но это более чем возможно.
Так, надо отвлечься и продумать дальнейший план действий. Впереди слева старая ферма, где обосновались сталкеры из группы отца Валерьяна. Можно, конечно, зайти к ним поздороваться, но стоит ли?
Наверное, нет.
Со стороне редколесья послышался собачий лай. Я перебросил автомат так, чтобы он был под рукой, снял с предохранителя. Помалу двинул вперед, по дороге. Детектор аномалий пока молчал, но все равно, надо смотреть в оба.
Только я об этом подумал, мой ПДА сыграл мне "Грезы любви". Пришло сообщение от Супруна.
"Вижу тебя. Находишься в 1.5 километрах южнее выхода на Свалку."