Герои и боги. В ад и назад (СИ)
В зале мне наперерез выскочил Степан. Я же не думая, сходу, резанул его ятаганом, который рассёк одежду и плоть парня, от ключицы до пупка. Но вместо того чтобы хотя бы издать стон боли, я не говорю о падении замертво, Степа врезал мне кулаком в челюсть, опрокидывая на спину.
— Сука. — Провел он рукой по ране и рваной одежде. — Такой прикид испортил.
Я таращился сидя на жопе, на парня, которому было всё равно, что у него была рассечена грудь, а из раны текла ручьём кровь.
— Что за чертовщина тут творится. — Прошептал я, когда чьи-то руки схватили меня за плечи и подняли на ноги.
Повернув голову, увидел скривившегося в ухмылке Льва.
— Это тебе за сковороду. — Врезал Лев мне кулаком в лицо.
Из носа брызнула кровь, и я не упал только по причине того, что меня держал здоровенный парень.
В голове на минуту всё помутнело, а когда я снова мог мыслить, понял, что меня тащат под руки на улицу. Волоча словно в дюпель пьяного собутыльника.
— О! Очнулся. — Улыбался Степан.
— Ты Влад не думай ничего плохого. Мы тебя изначально не рассматривали, как жертву. — Заговорил Лев, вытаскивая меня на улицу. — Нашей целью был другой девственник. Но представляешь, как ему повезло. Вчера ночью у бедолаги случился приступ аппендицита, и его увезли в больничку. Пришлось в быстром порядке искать замену. И ты пришёлся, как никто другой.
— Да ладно тебе, — услышал я голос Лизы. — Был ещё его волосатый друг. Но такого быстро бы не охмурить было.
Пока я бегал от свихнувшихся студентов у костра всё поменялось. Теперь рядом с огромным костром стоял мраморный алтарь с плитой, на которой, как рас уместился бы человек. На плиту меня и закинули, приковывая цепями.
— Ты такой милый, — подошла к алтарю Лика, и наклонилась надо мной. — Стоило тебя пальцем поманить, и ты как дурачок, был готов на всё. Только бы увидеть меня рядом. Я же знаю, что ты только и пялил на мою грудь. Будет честно, если ты её увидишь перед смертью.
Я затравленно смотрел, как Лика подняла кофту, показывая мне грудь. Ещё секунда и женщина задрала лифчик, обоняя свои прелести.
— Да вы отмороженные ублюдки! — Заорал я, гремя цепями.
Лика отстранилась, приводя себя в порядок, и провела рукой по моим бёдрам, задержавшись между ног.
— Даже в такой ситуации? — Расхохоталась она, убирая руку.
— Меня будут искать! Это так вам с рук не сойдёт. — Срывался я на хрип.
— Забавно. Пять раз уже сошло. А тут даст сбой. — Протянула Лиза, тыкая в подушечку пальца здоровенным кинжалом.
— Чего? Вы совсем, что ли ебанулись⁈ — Пытался я освободиться от пут, дёргаясь, как червяк.
К алтарю подошёл Лев и Зоя, у девушки в руках была огромная книга.
— Влад, Влад. Ты пойми, наконец. Мы не больные сатанисты, мы истинные чернокнижники и ведьмы. И нам нужна вечная жизнь. А за молодость надо платить. Сегодня мы должны принести плату. После того, как мы принесём тебя в жертву тёмным силам, мы получим молодость. — Болтал Лев.
— Да у вас крушу, снесло в космос. Какие ведьмы и колдуны⁈ Вы просто больные сволочи, — Чуть не брызгал я слюной. — Вам нравится это. Ты мне ради удовольствия вонзил нож в руку, если не забыл это ещё.
— Да мне нравится это. Ты такой девственный и невинный. Меня даже это слегка заводит. Остальные ныли и ревели, звали на помощь, а ты ещё брыкаешься Влад. — Наклонилась надомной Лиза и лизнула меня языком в лоб.
— Знаешь, ты, наверное, будишь последний, — мурлыкала рядышком Лика. — Шестая жертва, которая закроит очень долгий ритуал. Так что гордись собой.
— Твари! — От бессилия заорал я.
В голове проносились мысли, какой я идиот. Поманили пальцем, и я рванул окрылённый любовью. А сейчас уже поздно, что-то менять. Цепи, одетые на меня, могли выдержать напор, скорее всего даже слона, не то, что обычного человека.
Богдан и Степан стали подтягивать сухие дрова, под алтарь, накидывая под камнем огромную кучу.
— Вы меня сжечь хотите? Суки позорные. — Орал я на них, пока они складывали дрова.
— Пора. — Произнесла Зоя, смотря на часы.
Лиза была тут как тут. Вспоров ножом мою одежду, она оголила мою грудь.
— Я начинаю, — лукаво улыбнулась она мне. — Сильно не ори.
Нож в руках девушки стал скользить по моей коже, разрезая и вычерчивая причудливые символы. На мои плечи и бёдра легли руки парней, давя меня в камень, чтобы я не дёргался.
— Я вас с того света достану твари. За всеми приду! — Хрипя от боли, орал я.
Пока Лиза резала мою кожу, а парни держали меня. Лика с Зоей нараспев читали заклинания. И от их слов огонь в огромном костре стал полыхать в пару раз ярче, а ветер завывал как ненормальный.
Но уже через пару минут Лика прекратила читать и, подойдя ко мне, стала макать пальцы в моей крови. Сначала она нарисовала какие-то символы на лбу Лизы. Помакав ещё, проделала такое же со Львом, и так по кругу, пока все эти твари небыли измазаны в моей крови.
Вытерев пальцы об свитер, Лика взяла, откуда-то сзади чашу с красными камнями, окантованными по кругу предмета. Поднеся края чаши к моему боку, где Лиза, словно маньяк, резанула ножом.
Я выгнулся от боли, но меня крепко держали прижатым к камню. Кровь потекла ручейком в чашу, и когда сосуд наполнилась на четверть, все отступили от меня, кидая горящую головню в сухие дрова. Затрещали поленья и тонкие деревянные палки для растопки, а я почувствовал лёгкий жар снизу.
— Горите в аду сукины дети! — Вырывался я, что есть мочи.
Но меня не слушали, на распев, затянув какую-то тарабарщину. Стоя полукругом вокруг меня люди громко заорали какое-то слова, и Лика вышла вперёд, держа кривой кинжал.
Жар от огня был уже невыносим, и кожа начинала получать ожоги, когда наши взгляды с девушкой, что, как мне казалось, я любил.
— Прими же нашу жертву о владыка! — Занесла она кинжал надо мной.
— Будь те вы прокляты. — Заорал я в момент, когда кинжал воткнулся в мою грудь в области сердца.
Перед глазами в тот же миг пронеслись все картины жизни. Как, оказывается, я мало сделал и испытал.
Жар уже не обжигал, а мои глаза закатились
В момент, когда моё сердце стукнуло последний раз, в голове прозвучала голос:
— Твоё истинное желание?
Я же также мысленно выкрикнул охватываемый тьмой:
— Жить!
Глава 2
Герой в аду
Я нёсся, в каком-то вихре огненно оранжевого света вниз, с такой скоростью, что даже не мог нормально дышать.
Сколько продолжалось моё падение, я не знал. Но всё-таки пришёл миг, когда я ударился о землю.
На удивление приземление вышло мягким. Поднявшись на руках, отрываясь от земли в клубах поднятой пыли, первое, что я увидел, были ноги в сандалах.
Подняв голову, я узрел перед собой высокого мужика атлетического телосложения с абсолютно седой головой и бородой до пояса. Одет накаченный дед, был в греческую тогу.
— Ты кто? Где я⁈ — Крутил я головой, слыша, утихающий звон в ушах.
Мужик же, словно не слыша моих вопросов, смотря вдаль, заговорил:
— Приветствую тебя герой! Условия получения титула соблюдены. Ты становишься обладателем героической судьбы. Только тебе решать какой путь выбрать и на какую сторону встать. Узри же метку на предплечье своём, дарованную тебе силами созидания и разрушения.
— Что? Где я? Алё, дед! Где я очутился? — Чуть не орал я.
Но моего собеседника мои вопросы, вообще не интересовали, и он продолжал, словно робот нести какой-то бред:
— Выбери свой путь и соверши великие деяния, дабы получить величайшую награду, да будут великие силы с тобой, тот, кто встал на путь героя!
После сказанного дед поплыл дымкой и исчез, а я остался один, стоя на коленях и хлопая глазами.
Встав на ноги, я провёл рукой по голой груди. Одежда была распорота. И тут меня накрыли воспоминания субботнего вечера.
