Герои и боги. В ад и назад (СИ)
— Влад Цепев. — улыбнулся, словно под маской тогда мужик, как мне показалось. — Готовься, тут ты познаешь все круги ада. И даже не думай, что дом Астарота, который хотел тебя спрятать, придёт на помощь. Сюда они точно не доберутся. — Это первое, что я от него тогда услышал.
А дальше демон в маске, смеясь, говорил, что я его раб, а он теперь для меня царь и бог, на что я показал ему средний палец, и получил порцию адской боли с ошейника, который словно изнутри начал кипятить мне кровь, и пускать на ленты мои органы.
Так началось моё пребывание в тюрьме неизвестных личностей. Любой, кто посещал камеру, был в маске и камуфляже. Я же, с первого дня стал подвергаться насильственным и психологическим воздействиям в порывах сломать меня для признания их моими хозяевами.
Со второго дня меня стали истязать физически. А на деле меня просто избивали, пока я не начинал харкать кровью в полуобморочном состоянии при этом, воздействуя на психику угрожая и оскорбляя меня, заставляя подтвердить правоту их слов в мой адрес.
Ночью или днём меня могли поднять, когда я сплю, и начать светить огромным фонарём в глаза крича на меня и также оскорбляя, не забывая подкреплять это болью от избиений, но я упрямо слал их нахуй и стоял на своём, чем только подстёгивал моих надзирателей быть более изощрёнными.
Дверь скрипнула, и в камеру зашёл новый демон в маске. Я понял это по его огромному росту. Таких широкоплечих здоровяков ещё не было у меня в камере.
Как и другие до него раньше, демон скомандовал встать и начался моё избиение. Это походило на боевой спарринг, где проявлялись психологические моторы воздействия. Мне давали возможность драться, но сил в отличие от искусных бойцов разных боевых стилей у меня не было. Вот и получалось, что на мне отрабатывали удары и приёмы, заставляя почувствовать свою никчёмность, даже при возможности защищаться.
Я летал от стены к стене от молниеносных сальных ударов по ногам и корпусу. На седьмой день, как выяснилось, меня посетил боец тайского бокса. Около полутора часов длилось моё избиение, пока я не упал без сил, заливая пол под собой кровью, что стекала ручьями по лицу и изо рта.
После этого меня оставили на час лежать на каменном полу, а потом принесли еду. Как и раньше чашки с едой заносили два демона. У одного была еда, которую даже свиньи бы, побрезговали есть, а у второго, словно из ресторана. Те, кто держал миски, оскорбляли меня и готовы были отдать вкуснейшие блюда, только после того, как я с ними соглашусь. Но мой ответ был, как и раньше, средний палец, так как после избиений я не мог говорить, потому что губы просто не шевелились.
В те часы, когда я мог, не бояться психологических и физических атак, я лежал на дурно пахнущем матрасе, который валялся прямо на полу, и думал над своей судьбой, и планах о побеге.
За часы, что я размышлял, я понял, что эти суки небыли в курсе того, что Астарот меня слил, и вообще о внутреннем укладе последних событий. Для них я был тем, кого они увели из-под носа самого князя ада.
Также для себя, я уяснил такой факт, что в первую атаку на цитадель нападающие должны были убрать Мин, но всё выгорело, и она перешла на сторону Астарота. Тогда-то у них и встал вопрос в моём устранении, и они в союзе с домом Баала провернули вторую атаку. Желая, избавится от меня в пылу боя с неизвестными врагами, закинув меня в бездну, только было неясно, Калисто они тоже хотели убрать или она так просто оказалась не в том месте при активации кристалла.
Но я выжил и вернул силы генералу павшего дома Гаапа. Тогда-то, скорее всего у этого сучьего деда и появился план заграбастать обеих девушек. А после аферы с боем, которая и так мне казалась странной, из-за военного устава о невозвращении пленной, родился план, как намертво привязать их к Атароту и сделать. Этого сучьего демона благодетелем для генералов.
Старый интриган, скорее всего, знал, что у меня есть иммунитет к ядам, и подсыпал мне в кофе снотворное. Это ни яд, а эффект был достигнут, я проиграл бой а Астарот, как я думал, после просьбы и присяги ему, как хозяину от генералов, утряс конфликт с Баалом, и напел им в уши, что меня надо спрятать и они должны служить ему без меня, пока всё не уляжется. Естественно Астарот, как владыка дома и один из князей преисподней не мог потерпеть того что сильные слуги подчиняются ему только из-за того, что я служу в его армии, а значит, я лишняя отработанная единица.
Также по обрывкам фраз от тех, кто издевался надомной, я понял, что их организация затаилась во избежание бучи вокруг уничтожения конвоя, что меня перевозил, поскольку это нельзя было утаить от общественности.
Прошла ещё неделя адского кошмара, теперь к избиениям добавились реальные пытки. Меня жгли раскалённым железом, резали всевозможными острыми предметами, рвали ногти и вырывали зубы, при этом постоянно пытались сломать мне волю и заставить признать их превосходство и назвать их хозяевами.
От пыток оставались шрамы, поскольку я не на сто процентов был демоном. Вот и покрывалось моё тело тонкой паутиной белых воспоминаний о пытках, что намертво впечатывались мне в память.
Каждую свободную минуту я думал, как сбежать от этих уродов, но глушилки, что лишали меня сил и ошейник, который мог мне срезать башку не давали блеснуть свету надежды на спасение.
После очередной пытки, когда меня втащили в камеру, и бросив на пол. Я остался, лежал лицом вниз, упираясь щекой в каменные плиты пола, а в мою клетку вошёл демон, которого я увидел самым первым в этом месте.
Встав в полуметре от меня, демон смеялся над моим растерзанным состоянием, и через минуту обратился уже ко мне:
— Рядовой, а ты знаешь, что твои генералы больше тебя не ищут. Одна стала управлять ударной ротой особого назначения, а вторая заняла место рядом с тем, кто хотел тебя спрятать. Скорее всего, Астарот каждую ночь раздвигает, той сучке ноги, а ты тут надеешься, что тебя спасут. Никто не придёт. Никто. Слышишь. — Смеялся демон.
— Катись нахуй. — Приподнялся я на руках, а с моего лица капали капли крови.
Удар по рёбрам не заставил себя ждать, откинув меня до матраса, где я и упал на спину.
— Как хорошо, что ты ещё рыпаешься. Мучить сломанное говно, нет ни малейшего удовольствия, знаешь ли. А вот и ещё новость, — Радостно произнёс мой недруг. — Ты теперь виновен в гибели конвоя, и сопровождающего тебя демона, что отымел тебя на арене, так как ты убил их и сбежал. У тебя нет теперь поддержки князя, как и тех двух сучек, которые служат ему днём и ублажают член Асторота ночью. Насладись безысходностью ублюдок. И привет тебе от Бавура. — На эмоциях сказал он и понял, что взболтнул лишнего.
За словами тут же последовал удар в лицо с ноги, который вмял меня уже в неуспевающий сохнуть от моей крови матрас.
Дверь хлопнулась засовом, закрываясь, давая мне понять, что в камере я остался один. Теперь я точно знал, кто за этим стоит.
Дом Бафамета не смог простить провал по захвату Астарты, и улучив подходящий момент, сделал свой ход, захватив меня. Вот почему кроме пыток и унижений тут ничего не было. Бавур просто мстил мне, стараясь более изощрённо унизить и наказать меня за свой провал и обнуление.
Слова же про Калисто и Мин, сильно ранили меня, хоть я никаким образом не показал это перед демоном. А тот факт, что Астарот со своим отделом разведки перестраховались, выставив меня врагом их дома и дома Баала, было предсказуемо.
Очередная волна боли от растущих зубов скрутила меня и я, ненавидя всё и вся, понимал, что мучить меня будут до скончания веков, так что нет смысла больше терпеть, а пора привести в исполнение единственный план, который я придумал ещё в середине первой недели.
Суть была проста, как полёт камикадзе. Идти на прорыв и в худшем варианте умереть, но не сломаться под их пытками.
Время подходило к ночи, а значит, когда я усну, ко мне опять вернутся уроды с фонарями и дубинками, дабы помять мне бока и лишить меня морального отдыха. А значит, именно в этот момент, я приведу свой план в действие. Активных сил я был лишен, но не пассивных, которые всё это время оберегали меня от роковых увечий и давали мне знания.