Волчица. Возрождение (СИ)

Она смотрела на меня так, словно знала. Хотя я ее не помнил. Давно все-таки меня не было здесь.
– Дяденька, – снова обратилась девочка ко мне. – А вы не видели Далиона?
– Нет, – соврал я, помня о просьбе друга.
– А врать нехорошо, – погрозила равестка мне пальцем.
– Рикари! – голос Кирлана больше напоминал рык.
Вот и пожаловал муж градоправительницы. Высокий, широкоплечий, с серыми волосами и янтарными глазами длак.
– Опять ты всех достаешь, – он подбежал к нам. – Привет, – поздоровался Кирлан с нами. – Извини, стоит мне отвернуться, как она опять что-нибудь учудит, – длак обнял девушку и прижал ее к себе.
– Э-э, дружище, полегче, – я взглядом показал за его спину. – Там вообще-то Рина идет.
С указанного направления к нам приближалась женщина с огненно-рыжими волосами длиной чуть ниже плеч. Из ее ноздрей валили тонкие струйки черного дыма. Можно подумать, что она курила, но нет. Северина – драконид. Первая, кто из их женщин заполучила внутренний огонь. За его счет дракониды превращались в настоящих драконов.
На мое замечание все вокруг неприлично громко рассмеялись. Хохотали долго, даже подошедшая Рина рассмеялась, когда Кирлан жестами объяснил ей ситуацию.
– Чаще надо здесь бывать, – отсмеявшись, произнесла она. – Вот те документы, которые ты запрашивал, – прищурив свои изумрудные глаза с вертикальными зрачками, драконида холодно протянула мне увесистую папку.
Едва та оказалась в моих руках, градоправительница покинула нас быстрым шагом.
– И ради этого я тащился сюда? – признаться, я был разочарован таким холодным приемом.
– Извини ее, – тяжело вздохнул Кирлан. – Ей тяжело признавать, что ты был прав насчет воздушного порта.
– Хорошо, что ты хотя бы это понимаешь, – я по-дружески хлопнул его по плечу.
– Кстати, я вас так и не представил. Это Рикари, четвертая принцесса седьмой провинции Восточной Империи, – длак указал на девчушку.
– Бранибор Стратилат, герцог Сансэ-де-Приест. Рад с вами познакомиться, – произнес я и, приложив правую руку к груди, поклонился.
Вот уж не подумал бы, что она принцесса. Хотя если приглядеться к ее одежде, то можно заметить, что работа искусна, ткани тонкие и хорошего качества. Да и сама ее манера свободно держаться выдала ее голубое происхождение. Простолюдины не стали бы себя так вольно вести.
– Ты это специально сделал? – принцесса посмотрела на Кирлана прищуренными глазами. – Братик, ты думаешь, что теперь я буду вести себя согласно этикету?
– Хотелось бы, – обреченно протянул он. – Да вот только ты ему никогда не следуешь.
– То-то же, – Рикари встала на цыпочки и звонко чмокнула его в щечку. – Уже почти десять утра. Кажется, я знаю, где сейчас будет Далион, – и, быстро поклонившись мне, убежала куда-то.
– Я не ослышался, она сказала братик? – ожидая ответа Кирлана, я пытался найти остроумную шутку на этот счет, но в ответ услышал сдавленное рычание и внял предупреждению. – Ну, все-все, хороший песик, – посмеялся я над ним.
– Тебе бы лишь бы поржать, – он быстрым шагом направился вслед за Рикари.
– Так она, правда, твоя сестра? – поинтересовался я у него, следуя за ним.
– Да, – ответил длак мне. – Она младший ребенок моей матери. Ты же знаешь, мало того, что я байстрюк, так еще и полукровка. Мой отец – длак, а мать – равест из знатного рода, – друг покачал головой. – Сам понимаешь, я позор для всей семьи. Остальные дети матери меня не воспринимают, да и мать меня стыдится, а Рикари, как хвостик, всегда следует за мной, – Кирлан усмехнулся. – Вьет из меня веревки. А все началось с того, что я стал ее нянькой. Как только она родилась, по традициям равестов, ее забрали у матери и передали кормилицам. Для обеспечения безопасности членов правящей семьи, муж матери назначил меня телохранителем новорожденной. Он меня все-таки принял, но как замену моему отцу. Кормилицы все никак не могли ее успокоить, а она так кричала, что в итоге я не выдержал и взял ее на руки. Меня с рождения воспитывал отец, а он хорошо разбирался в воспитании детей, поэтому я запомнил много песен, которые он мне пел, и начал их петь Рикари, – длак обернулся ко мне, широко улыбаясь. – И она уснула у меня на руках, представляешь? – супруг Северины умел эмоционально рассказывать. – По правилам, я не имел права прикасаться к ней. Кормилицы подняли шум, и когда попытались ее отобрать у меня, она оглушительно громко закричала. Я снова запел, и она немного успокоилась, а когда снова взял на руки, тихонько засопела. Вот так я и стал ее нянькой.
 
– А когда ты покинул семью матери, решила последовать за тобой? – уточнил я.
– Угу, – подтвердил Кирлан. – Она только недавно смогла обвести вокруг пальцев стражу дворца и улизнуть оттуда. И благодаря тому, что она у меня гостит, у нас теперь дружественные отношения с седьмой провинцией и соответственно со всей Империей.
Мы с ним дружно рассмеялись. На самом деле, чтобы добиться подобных отношений, нужны годы дипломатических миссий в Империю, огромное число долгих переговоров, заключение множества договоров, которые будут так искусно составлены, что вроде ваша сторона в плюсе, но на деле больше выигрывала Империя. Равесты – мастера в подобных вещах. Впрочем, Скаршия действовала точно также.
– А как она отнеслась к Рине? – встряхнув плечами, я отбросил плохие воспоминания.
– Сразу же подружились, – пожав плечами, ответил товарищ. – Недавно она нам выдала: «Вы женаты больше тридцати лет, – начал длак тоненьким голоском, пародируя сестру. – Неужели до сих пор не знаете, как делать детей?»
– А вам двоим уже давно намекают на детишек, – с трудом проговорил я, согнувшись пополам от смеха. – Мне интересно, и как бы этот ребенок вам это объяснил?
– Если посчитать, то она всего лишь лет на-а, –  Кирлан чуть прищурил правый глаз, подсчитывая в уме. – Лет на пятнадцать старше тебя.
Я удивленно уставился на него.
– Так она не выглядит настолько лет! – мне было немногим больше ста девяноста лет, ведь я относился к долгожителям. И получалось, что Рикари почти двести десять лет.
– Так она же чистокровный равест, – пояснил друг. – Так что, даже несмотря на то, что она младший ребенок в семье, Рикари достойная партия для любого правителя в нашем мире.
– Рикари! – раздался громогласный голос Далиона откуда-то издалека. Затем послышался оглушающий грохот, и в небе появилось облако пыли.
Не переглядываясь, мы бросились туда, откуда раздался шум. Прибежав на место, мы встали как вкопанные. В этом районе города планировалось построить воздушный порт, и, как я помнил, уже началось строительство, которое очень медленно продвигалось, из-за того, что у меня с Риной было много споров. Но то, что открылось нашему взору, заставило многих замереть в полном шоке.
Разрушена была практически вся улица: фундамент для порта и все близлежащие здания. Хорошо, что они были нежилые – предназначались под склады. Когда мы прибежали, пыль уже немного осела, но вокруг царил полный хаос. И в его центре я заметил грозно жестикулирующего Далиона. Было видно, что он не на шутку взбешен, а Рикари стояла рядом, неотрывно заглядывая в его глаза. Внезапно маг развернулся и направился к нам, но его остановила равестка. Она начала отчаянно что-то ему рассказывать и показывать, от чего Далион злился еще сильнее.
– Вот объясни мне, что у нее в голове твориться! – воскликнул Кирлан. – Уже практически целый месяц у нас каждый день случаются какие-то проблемы. Что за молодежь пошла!
– И не говори, – поддакнул я. – Тебе хоть повезло, – длак удивленно посмотрел на меня. – У тебя одна такая, а у меня целых пять, – я показал ему свою растопыренную пятерню. – Уже полгода пытаюсь с ними наладить отношения, а они ни в какую не хотят со мной общаться. Только по делу и сразу же смываются.
 
– Ребят, разуйте глаза, – Олларгосс втиснулась между нами, явно недовольная тем, что на нее не обращали внимания. – Посмотрите, как она смотрит на него. Как заглядывает в его глаза. Как ловит каждое его слово. Ах, это прекрасное чувство, – мечтательно проговорила проводница.