Блюстители Тёмных Знаний. Предисловие (СИ)

Пускай. Теперь ей следует сконцентрироваться на насущном, думать о лишнем — зря терять драгоценное время. Впереди ещё один долгий путь.
7 июня. Утро.
Одна ночь в дороге и её встречает старое знакомое место. Здесь ей приходилось бывать относительно часто, учитывая вынужденный кочевой образ жизни. Мастерская старика находилась за городом с его противоположной стороны от главной крепости Василька, поэтому и добираться до неё было долго.
Палач покинула седло, потёрла плечо и окинула глазами окружение. Из дымохода вырывались черные клубы дыма. В этом месте, как и во многих других, ничего не менялось. Участок был не ухожен, даже тропинка заросла сорняками. Хозяин редко покидал свою мастерскую и внешний вид своего обиталища его мало интересовал.
Она спешила, но если его разговорить, то он подойдёт к заказу с большим энтузиазмом.
Палач без стука вошла в помещение. Внутри бушевала какофония звуков.
— Ты когда-нибудь наводишь здесь порядки? Как ни приду ничего не могу разглядеть под пылью.
— Конечно навожу! — раздался повышенный голос из соседней комнаты, куда и направилась Палач. — Просто ты не попадаешь в эти дни.
— Непохоже, — скептически подметила она.
В комнате было жарко из-за вовсю растопленного горна. Сам мастер отбивал что-то на наковальне. Кукловод, как его называли, выглядел запущенно, равно как и его сад — за своей внешностью он тоже не особо следил. Густая неровно обстриженная борода отлично сочеталась с его запачканным лицом и грязным испачканным углём фартуком. Седина уже почти захватила все его тёмно-русые волосы. Ей всегда было интересно знать сколько же ему лет, но не на столько, чтобы спрашивать. Палач была с ним в хороших отношениях, несмотря на то что о его прошлом, как и настоящем имени, ничего не знала.
Она немного приподняла маску чтобы их диалогу ничего не мешало.
— Что делаешь?
— Клятый Кристоф заказал новый бродекс, ломает их каждые два месяца, в этот раз хочет двуручный.
Всё ещё мужественный голос старика отдавал слабой хрипотсой, которая с годами становилась только сильнее.
— Ясно. У тебя здесь не будет готового крюка? Мой совсем иступился с прошлого раза.
— Нужно посмотреть, должен быть.
Палач вздохнула:
— И когда же ты отдыхаешь? — нарочито снисходительным тоном спросила она.
— А ты?
«Чёртов старик, можешь же подловить».
— Глупый вопрос, — фыркнула она. — Разве наш Мастер Вергилий может разбрасываться драгоценным временем подчинённых ради какого-то отдыха? Причём загружает он всех не из-за выгоды, просто не может допустить чтобы нам “хорошо жилось”. Чего я тебе рассказываю? Ты и так всё прекрасно знаешь, — Палач подпёрла плечом дверной проём.
— Это точно, любит он, когда другим не сладко, — старик выдержал задумчивую паузу. — … Мелерн не такой.
Что-то внутри глухо ударило в грудь, и Палач молча уставилась в пространство. Кузнец знал, что затронул неприемлемую тему. Атмосфера в комнате изменилась.
Не сразу Палач таки ответила:
— … Он никогда не нарушит правил, установленных отцом. Для него догматы клана превыше всего, — тихим монотонным голосом сказала она, от её тона веяло жгучей прохладой.
— Однако в нём нет жестокости Вергилия.
«Откуда нам знать… говори за себя, старый».
— …
— В неспокойные же времена мы живём, ещё и эта новая волна Охотников. Казалось, в Англии только всё успокоилось и вот опять. Вдобавок ко всему сейчас они давят ещё сильнее, — не особо искусно кузнец сменил тему.
— Великий Рассвет только набирает обороты, ослабевать хватку они и не собираются, это уж точно, — прохлада в её голосе ещё никуда не делась, но Палач пыталась оставить навеянные мысли позади и была только за, сменить тему. — Чего там говорить если они даже нашей помощью не претят пользоваться. Ещё и делают это так, будто мы обязаны им служить. Вот только с Мастером спорить бесполезно, он всё равно поступает только по своим законам. Мне это даже нравится в нём, об чём точно можно не беспокоится с ним так это о репутации клана.
 
— Да-а, этот выскочка всегда был таким, — посмеялся кузнец с долей грусти в голосе.
— Я бы была поаккуратнее с выражениями, кто знает, у стен тоже есть уши, вдруг он тебя услышит, — съязвила Палач в ответ.
— Не смеши. Хотя если надо будет он и от меня избавится, глазом не поведёт, — старик сунул металл в горнило. — И вообще, с каких это пор тебя волнует репутация клана?
— Абсолютно ни с каких, просто говорю, как есть.
— Тут и не поспоришь.
Ненадолго их разговор потерял нить интереса, и они замолкли, пока кузнец не решил прервать молчание снова неаккуратно сменив тему:
— Вы теперь убиваете вампиров вдвое больше? Того и глядишь сами Охотниками станете.
— И не говори. Сложно стало, особенно новичкам. Хороших бойцов на всё не хватает, вот мелочь и дохнет пачками на заказах, приходится за ними подчищать.
— Настоящего вампира убить не просто, им простительно, Охотников тоже куча мрёт. Если бы не поддержка Окулус и других вампиров сейчас был бы совсем другой расклад.
— Хочешь сказать, люди бы не справились? — Палач выпрямила спину и сделала небольшой выпад вперёд. — Да мне большинство из них и в подмётки не годится, а ведь я простой человек, — махнула она рукой. — Люди тоже не лыком шиты!
— Но ведь дерёшься то ты моим оружием, — Кукловод вытащил металл из печи и снова принялся барабанить.
Палач сжала кулаки.
Старый вампир давно покинул свой Клан и с тех пор стал незаменимой частью Василька, хоть напрямую ему и не служит. Некоторые его работы настолько уникальны, что повторить их, на сей день, не может никто. Например, изобретённые им протезы, которые становятся полноценной частью его носителя, из-за чего некогда его и прозвали Кукловодом. Он может изготовить практически любое оружие со всего света, а его собственных изобретений не сосчитать. Для неё же он был просто старым вампиром кузнецом и потрясающим знатоком своего ремесла.
Под ритмичные постукивания Кукловода мимолетная злость медленно сменялась принятием и душевным беспокойством.
— Я не говорю, что люди слабы, просто у вас было бы меньше шансов. Всё работает лучше, когда делается сообща.
— Может ты и прав, но моё самолюбие ты уязвил.
— Ну, извини. О твоих способностях и говорить нечего, тебе недалеко и до самого Мастера. Поговаривают, что он тебя побаивается, — чуть тише с ноткой поддельной нескрываемой лести сказал он.
— Бред хмельной лягушки, любят же люди трепаться.
— Да, этого у них не отнять.
От этих ритмичных ударов молота и духоты теперь уже начинала болеть голова. Как только Кукловод здесь проводит целые сутки напролёт?
— Мне иногда кажется, что он ненавидит вампиров несмотря на то, что сам им является. Он просто ходячая загадка.
Палач решила пройтись по комнате, чтобы отвлечься от давящей атмосферы.
— У него и впрямь давние счёты с ними, даже название города говорит само за себя, — усмехнулся кузнец. — Стало быть, тебе не показалось. Что-то конкретное навело тебя на эти мысли?
— Да так, ничего особенного. Просто получила заказ от Окулус высокой важности, только выдал мне его Мелерн.
— Ясно, я так и понял по маске. Опять в дальний путь?
— Угу, — Палач пальцами стёрла пыль с копья висевшего на стене.
— Что на этот раз?
— Извини, но я не могу сказать.
— Совсем ничего?
— Да, но… заходя из далека, ты слышал что-нибудь о Всевидящей? Ты ведь тоже выходец Клана Окулус, насколько я знаю?
— Надо же… любопытный у тебя заказ, — кузнец снова нагрел металл в печи. — знавал я её в былые времена, как же… Странная она. Когда мы в последний раз виделись она даже предсказала мне кое-что, хоть я её об этом и не просил — две вещи… Первая уже, можно сказать, произошла. И то, что должно случиться лет эдак через четырнадцать… Мне она показалась тогда… зацикленной.
 
— Зацикленной?
— Возможно, что да. Кажется, у неё было что-то на уме чего я не мог понять, честно говоря, и сейчас не могу.