Ботаник (ЛП)

— У тебя такой взгляд, — замечает он.
— Какой такой?
— Твой взгляд говорит, что тебе не нравится выступать на публике.
— Я не в восторге от этой идеи. — Коэн продолжает внимательно смотреть на меня, явно ожидая, что я назову причину. — Я заикаюсь. Я научился контролировать заикание большую часть времени, но если я переживаю о том, что могу его спровоцировать, то так, скорее всего и произойдет. Не хочу ставить себя в неловкое положение, так сказать.
Коэн смотрит на меня с задумчивым выражением лица, а затем говорит:
— Я понимаю. Ну, а как насчет того, чтобы поработать над твоей уверенностью? Кто не рискует, тот не пьёт шампанское. — Он одаривает меня быстрой улыбкой, встает и становится перед столом.
Прежде чем я успеваю ответить, он бросает мимолетный взгляд на часы, опираясь на стол, и как раз в этот момент двери лекционного зала распахиваются.
— Веселье начинается, — шепотом бормочет профессор, когда в аудиторию заваливается толпа студентов.
Подхожу к своему столу, который находится с другой стороны, и замечаю, как непринужденный Коэн, каким он был со мной, превращается в строгого и властного преподавателя, когда старшекурсники — в основном студентки — входят и занимают свои места. Его улыбка исчезла, и он стоит, скрестив руки на груди. Спустя несколько минут все расселись, и Коэн внимательно осматривает аудиторию, словно король, проверяющий своих подданных. Он блуждает взглядом по залу, и кажется, что студенты следят за ним с замиранием сердца, а шепот и пустая болтовня стихают, когда он завладевает всеобщим вниманием. Судя по влюбленным глазам каждой девушки в аудитории, не похоже, что с дисциплиной будут проблемы. Опускаю взгляд на список студентов и осознаю, что в аудитории более трехсот учеников. Я понятия не имел, что он так популярен.
— Добро пожаловать в «Основы греческой мифологии». — Глубокий голос профессора звучит громко и легко разносится по комнате даже без микрофона. — Меня зовут Коэн Уайлдер, и я буду преподавать вам этот предмет в этом семестре. Прежде чем я начну, пожалуйста, поднимите руку те, для кого этот курс является обязательным согласно образовательному плану вашей специальности.
Никто не поднимает руку. Не упускаю легкий вздох Коэна, что, как я предполагаю, означает разочарование или недовольство.
— Кто из вас посещает этот курс факультативно?
После этого вопроса все поднимают руки, а Коэн опускает свои и кладет их на стол по обе стороны бедер.
— Понял. Давайте проясним. Если вы выбрали мой предмет, в надежде получить оценку «отлично» не напрягаясь, - вы попали не туда. — Я почти смеюсь над унылым выражением лиц некоторых студентов, но сдерживаю себя. — Не хочу вас разочаровывать, но я не буду полтора часа рассказывать вам сказки. В этом семестре мы будем рассматривать греческие мифы с упором на их значимость в средиземноморском обществе. Будем не только изучать мифы, чтобы лучше понять греческую литературу, религию, моральные и политические концепции, но и углубимся в то, как они были созданы. Какие факторы повлияли на создание этих историй? Какую роль они играли в жизни и сознании греков? — Когда Коэн говорит, его глаза блестят от восхищения, и я замечаю, что многие студенты неосознанно наклоняются вперед, будто мотыльки на пламя, чтобы не упустить ни единого его слова. — Мы будем изучать эти темы, и я надеюсь, что вы все готовы учиться. Если нет, пожалуйста, выберите другой курс.
После слов Коэна наступает тишина, некоторые студенты выглядят напуганными, но у большинства из них все еще горят глаза от восторга.
— Возможно, этот предмет не имеет прямого отношения к вашей специальности, но я призываю вас приходить сюда с рабочим настроем.
— Я бы пришла на занятие и сидела с раздвинутыми ногами, если бы он мне позволил, — хихикает одна девушка с кудрявыми волосами в стиле Ширли Темпл (прим. пер.: Ширли Темпл — американская актриса, политик). Она понизила голос, но слова отчетливо разносятся по комнате.
— И я бы точно кончила (прим. пер.: в данном случае слово «come» (приходить) переводится, как «кончать»), это стопудово, — отвечает ее подруга громким шепотом.
 
Они смеются и не обращают внимания, что все взгляды устремлены на них.
— Что это было? — спрашивает Коэн.
Как только он задает вопрос, хихиканье девиц стихает. Они обе испуганно смотрят друг на друга, прежде чем перевести смущенный взгляд на своего профессора, который явно не в восторге от их слов.
— Ничего, сэр, — раскаивающимся голосом отвечает Ширли Темпл.
— Мы просто…
Коэн прерывает ее.
— Вы только что сказали о том, что сидели бы на занятии с раздвинутыми ногами, а вы — что кончили бы, да? — Его голос низкий и тихий, но тон холодный и резкий. Я поражаюсь тому, насколько он спокойно все это говорит. Большинство профессоров, которые у меня были, игнорировали бы подобные комментарии. С другой стороны, большинство моих профессоров были старше, женаты и не выглядели так, будто сошли со страниц какого-то любовного романа (я знаю это только потому, что такую литературу читает Деми).
Обе девушки пялятся на него с разинутыми ртами, напоминая рыб, которых выбросило на берег, и они отчаянно нуждаются в кислороде. Все студенты в аудитории навострили уши и ждут ответа, будто этот разговор достоин первой страницы свежего выпуска какой-то грязной газетенки.
— Я так и думал, — произносит Коэн, когда девочки ничего не говорят. — Как вас зовут?
— Киара Симмонс, — шепчет та, что с длинными накрученными волосами.
— Джули Джонс, — также шепотом отвечает ее подруга.
— Что ж, мисс Симмонс. Мисс Джонс. — Он переводит свой пристальный взгляд с одной девушки на другую. — Проваливайте из моей аудитории. Я не потерплю никаких форм сексуальных домогательств, в том числе, любых замечаний сексуального характера в мой адрес. На данный момент вы обе официально исключены из состава студентов, посещающих этот курс. Есть много других желающих - так что теперь ваши места достанутся тем студентам, которые действительно хотят учиться.
— Но...
— Вон. Сейчас же. — Коэн не повышает голос, но его тон такой холодный, что я удивлен, как мы тут все не покрылись инеем.
Девушки выбегают из аудитории, и как только двери захлопываются, Коэн окидывает взглядом шокированных студентов.
— Поскольку сегодня первый день занятий, небольшая чистка рабочего места в порядке вещей. Пожалуйста, достаньте учебную программу курса, которую я опубликовал на нашей доске обсуждений в интернете на прошлой неделе. Если вы не распечатали ее, пусть поделится человек, сидящий рядом. В любом случае, слушайте меня.
Каждый студент спешит достать свою копию программы, и Коэн продолжает рассказывать более подробно о каждом пункте. Я следую за профессором вместе с остальными и время от времени поглядываю на учеников, мне интересно, действительно ли они его слушают, и, как оказалось, ответ положительный. Мы просматриваем темы и расписание занятий, а также политику учебного заведения и ожидаемые результаты от предмета. Когда занятие уже почти подходит к концу, дверь распахивается, и в аудиторию залетает девушка.
Все взгляды устремляются на Коэна, чтобы увидеть его реакцию. Он небрежно смотрит на часы, и, слегка приподняв бровь, обращается к опоздавшей студентке:
— Я могу Вам помочь, мисс?..
— Митчел. Эддисон Митчелл. — У нее запыхавшийся голос и румянец на щеках, вероятно, от бега и смущения. Она подходит ближе, из-за расстояния я не могу как следует её рассмотреть, но могу сказать, что она красотка. Высокая и стройная, ее длинные взъерошенные светлые волосы излучают пляжную атмосферу, такое впечатление, будто она часто проводит по ним руками.
— Что ж, мисс Митчелл, если вы пришли на «Основы греческой мифологии», то очень опоздали.
— Уверяю вас, я обычно прихожу вовремя, но мне позвонили из службы безопасности кампуса и сказали, что кто-то врезался в мою машину на парковке. Пришлось идти туда и звонить в страховую компанию. У меня есть записка от службы безопасности, могу показать, если нужно. Я всегда очень пунктуальна.