Ведьма по профессии (СИ)

— И шо вот это такое?! Шо такое, скажи мне! — возбухал Аристотель, допытывая меня на тему, где я провела ночь. — Я должен блюсти твою честь!
— Блюди ее, пожалуйста, тихо. Я мало сегодня спала, — попросила я, еле ковыляя по ступенькам.
— Чем вы занимались? — ответа котейка прямо-таки требовал.
— Звезды считали, — и ведь снова ни словом не соврала. — Все, мне надо на работу.
Ах, если бы хвостатого это успокоило! Заткнулся он только тогда, когда мы вошли в столовую. Причем сделал это с огромной долей пафоса:
— Вот бабка твоя все от меня скрывала — и посмотри, во что это вылилось! — упрекнул он меня и побежал на кухню.
Видимо, дорожка туда у него уже была протоптана. Зато я почти сразу же пожалела, что осталась одна на этом поле боя. Дело в том, что ждали меня сразу за двумя столиками, но выбирать не приходилось.
Направившись к Артимусу, я еще успела заметить, как помрачнел Рейвар. Ну да, только ревности мне еще и не хватало.
Для полного счастья.
  
Глава 10: Черное и белое
 
Занятия прошли сносно. Настолько сносно, насколько вообще могли, при условии, что я клевала носом и отчаянно зевала. А еще все думала над словами ректора, точнее, пыталась составить план противодействия.
Артимус Прайвс настойчиво приказывал мне быть его парой на предстоящем маскараде. Мне даже слова не дали сказать. Просто поставили перед фактом, что он зайдет за мной перед балом. На этом мужчина собирался уйти по своим, несомненно, очень важным делам.
— Я на бал не пойду, — громко и четко произнесла я, чтобы ректор точно услышал.
Мужчина как раз поднимался со стула, но после моих слов замер, нехорошо прищурился и сел обратно.
— Вы одна из ответственных за поведение студентов на балу. На этот бал дежурство выпало вам. Вы не можете не пойти на торжество, — и вот врал же! Придумывал на ходу, но при этом и глазом не моргнул!
— Ваша настойчивость поражает, — процедила я сквозь зубы.
Омлет с ветчиной абсолютно не лез, а потому я отодвинула от себя тарелку.
— Надеюсь, что приятно, — польстил себе мерзавец.
— Да не особо, — брякнула я, выдерживая острый, как пики, взгляд. — И кстати, о настойчивости. Мне необходимы ингредиенты для зелий. С новой недели мы с группой начинаем практику. А еще мы выйдем за пределы академии во время занятий: у нас по плану поиск личных метел.
— Меня поражает ваше отношение к работе. Приятно поражает. — Губы мужчины растянулись в довольной, самодовольной улыбке.
— А меня нет, — я открыто грубила и ничего не могла с этим поделать.
— Составьте список необходимых вам ингредиентов. Я заберу у вас при встрече перед балом.
Последнее слово мужчина все-таки оставил за собой. Резко поднявшись, он покинул столовую, а я, так и не поев — аппетит окончательно пропал, — отправилась на уроки.
Сами занятия прошли без эксцессов. Студенты вели себя хорошо, с любопытством и опаской рассматривая первого в группе фамильяра. Ежик нежился в ласке и заботе со стороны женской половины и пытался оттяпать пальцы мужской на каждой перемене.
Эксперимент продолжился и с окончанием моих занятий.
— Так, все-все, — прекратила я пляски с бубном. — Не забудьте до понедельника сделать домашнее задание. На следующей неделе мы отправимся в ближайший лес на поиски прутиков или других предметов для ваших метел, и вы должны назубок знать заклинание. Все, проваливайте-проваливайте.
Группа спешно сбегала на следующее занятие, пока я вновь раскладывала по папкам листы со своими записями. Возможно, кому-то они понадобятся, когда я вернусь обратно в свой мир. А возможно, и нет. Как известно, новая метла метет по-новому.
Рейвар собирался нарочито медленно. Настолько медленно, что остался в классе последним. Дверь в кабинет закрылась сама собою от одного его взгляда. Мужчина посмотрел на меня.
— Преподаватель по истории не любит опоздавших, — напомнила я очевидное и сделала шаг назад. Потому что он тоже сделал шаг — вперед. — Собирайтесь скорее, студент.
— Я уже собрался, госпожа ведьма, — отчитался он и сделал еще несколько уверенных шагов вперед.
 
Мне отступать через два шага оказалось некуда. Там самым гнусным образом разместился предатель-шкаф.
Подобравшись ко мне вплотную, Прайвс-младший взял меня за руку, но всего на мгновение. В следующую секунду мое тельце усадили на стол, положив ладони по обеим сторонам от меня.
— Да ты чего! — зашипела я, с ужасом заглядывая за его плечо.
Но дверь по-прежнему оставалась закрытой.
— Ничего такого, чего не делал раньше, — поцеловал он меня в лоб.
И, черт возьми, это было даже гораздо приятнее, чем в губы. Я ощущала себя девочкой, которой нравится парень с соседнего двора. Мне хотелось прыгать, смеяться и мечтательно прикрывать веки. Просто так, ни о чем не думая.
— Поставлю двойку за поведение, — поведала я по секрету.
— Да хоть две двойки, — улыбнулся Рейвар и снова меня поцеловал.
В кончик носа.
В тот момент, когда мои губы уже горели, чувствуя еще не состоявшийся поцелуй, в дверь без стука кто-то заглянул и произнес испуганное: «Ой!».
Выглянув из-за чужого плеча, я ничего не успела сказать. Прайвс-младший обернулся раньше.
— Скройся с глаз моих, — рявкнул он на Олдо.
И он действительно скрылся, пока я краснела и бледнела, переваривая произошедшее. Произошедшее перевариваться никак не желало.
— Это конец, — припечатала я, уже подумывая бежать за студентом. — Теперь все узнают.
— Если для тебя это так важно, не узнают. Оставь это мне.
Когда мужчина говорит подобные слова с таким уверенным видом, когда целует так мягко и нежно, легко касаясь пальцами подбородка, не верить ему просто невозможно.
Не хочется не верить, потому что убеждают и слова, и жесты, и ладонь, что крепче сжимает бедро.
Дверь кабинета снова открылась.
— Что я непонятно сказал?
Рейвар резко повернул голову, пока я, сгорая от стыда, пряталась у него на груди. Почему-то прорывался нервный смех, но стоило мне услышать ненавистный голос, как истерика моя прекратилась, даже не начавшись.
— Что здесь происходит? — произнес ректор этой проклятой академии.
— Ничего особенного, — спокойно ответил Прайвс-младший. — Это называется отношения, но вам, дорогой дядя, эта тема неизвестна. Как и то, что в дверь необходимо прежде стучать.
— Так, с тобой я потом поговорю, освободи кабинет, — безапелляционно приказал Артимус племяннику. — А ты…
— В уставе академии нет запрета на отношения между преподавателями и учениками, — перебила я мужчину.
— Появится, — коротко и ясно, но злость моя оказалась сильнее.
Она смешивалась с так и не разразившейся истерикой.
— И что вы сделаете? — спросила я с вызовом. — Уволите меня? Так я с радостью.
— Оштрафую, — пригрозили мне цинично. — Хочешь работать бесплатно, а то и в долг?
— Не смей с ней так разговаривать. — Рейвар встал в стойку и призвал из пространственного кармана меч.
— Я сказал покинуть кабинет. — Двуручные мечи появились в руках у ректора. — Или хочешь помериться силами до полнолуния? Так я тебе сразу скажу, я сильнее.
— О чем вы? — Я решительно ничего не понимала.
— Не твое дело, ведьма, — отбрил меня Артимус. — Исчезни.
Что-то произошло, изменилось в единый миг. Я чувствовала, как злость трансформируется в нечто совершенно иное. В ярость, все заполняющую, и я это совсем не контролировала.
В кабинете вдруг стало темно. С грохотом распахивая окна, срывая щеколды, внезапно задул сильный ветер. Все мои бумаги взвились вверх, а напряжение во мне все нарастало и нарастало.
Я видела ничего не понимающие лица мужчин. Хорошо ощущала их смятение, но в то же время и собранность. Они словно готовились к худшему, и это худшее их настигло. Будто взрывая меня изнутри, из меня полилось голубое сияние, но оно ослепило лишь на секунду, а когда пропало, оба мужчины отлетели к стене, ударяясь.