Тайна шести подков (СИ)
Человек-блоха был на грани смерти, изувечен до состояния мокрого пятна, но пока жив. Доктор Грейхилл, взявший на себя «лечение» этого жуткого пациента, сообщил, что в полдень в хирургическом театре будет проведена операция, на которой соберется весь врачебный свет Габена…
Да уж, вот это новость так новость. Какой там бридж!
Но мало того, что Бенни Трилби получил подобный сюжетец, не ударив палец о палец, так его в редакции ждал еще один подарочек.
— Проклятый Бенни Трилби… — прошептала Полли.
Она всю ночь, с самого своего возвращения из цирка, провела за печатной машинкой. Не обращая внимания на боль во всем теле, на усталость и на храп ночного пересыльщика мистера Рэдби, спящего на стуле у труб пневмопочты, она печатала свою статью. Свою первую настоящую статью!
Полли в мельчайших подробностях, опуская лишь то, что было связано с Зубной Феей, описывала журналистское расследование, которое началось с «ловкачки из квартала Странные Окна», методично перенося эту странную и местами жутковатую историю на бумагу, упоминая каждый свой шаг, каждую найденную улику. Блошиные подковы, «Тингельтангель», цирковые метки, встреча с Бетти Грю, вокзал и цирк — все это обретало вторую, чернильную, жизнь.
Стопочка отпечатанных листов постепенно росла, и вот, спустя пять с половиной часов, статья «ТАЙНА ШЕСТИ ПОДКОВ» была наконец допечатана.
Полли могла собой гордиться. И хоть ее пальцы саднили и гудели, она закончила — дело было сделано… А потом в редакции появился хмурый и раздраженный Бенни Трилби. Тогда-то он и рассказал ей о судейском бридже и о сообщении из Больницы.
А затем вдруг понял, что Полли сидит за его столом и за его печатной машинкой — он ведь не раз запрещал ей это! Бенни Трилби возмутился и набросился на помощницу с обвинениями, но, как только узнал, чем именно она занимается, как только прочитал статью, его настроение тут же переменилось. Окинув придирчивым взглядом последнюю страницу, он сказал:
— Вы кое-что забыли, мисс Трикк.
— Правда? — удивилась Полли. — Что именно?
— Вы забыли добавить внизу приписку «Следите за новостями и не ловите мух».
Полли нахмурилась.
— Но ведь это ваш личный «штамп» и…
— Вот именно, — сказал ведущий репортер «Сплетни» с тонкой змеиной улыбочкой, и Полли поняла.
— Вы хотите украсть мою статью?!
Бенни Трилби пожал плечами.
— Вы, видимо, забыли, мисс Трикк, что не являетесь репортером. Вы — моя помощница. А это значит, что всё, что вы пишете, принадлежит мне.
— Но это… это… — От подобной подлости Полли сходу даже не нашла, что ответить. — Это моя статья! Я провела все расследование! Узнала, кто стоял за похищениями! Я сделала фотографии!
— То есть есть еще и фотографии? — прищурился Бенни Трилби.
— Вы — отвратительный, гадкий человек!
Газетчик снисходительно махнул рукой.
— Мисс Трикк, если вы хотите продолжать работать в «Сплетне», вам стоит подтянуть ругательства — подобные беззубые комплименты никого не способны задеть.
Полли сжала кулаки от негодования, а Бенни Трилби принялся перебирать отпечатанные листы с видом голодного кота.
— Вы думаете, никто не заметит, если вы просто везде позаменяете мое имя на свое?
— Никто не заметит и… знаете, мисс Трикк, на миг я подумал оставить все, как есть, и просто подать так, будто я руководил расследованием, а вы исполняли все мои личные указания, но… накал пропадет. Нет, я должен лично находить улики и расспрашивать свидетелей.
Полли поразила та простота, с какой этот тип рассуждал о краже ее статьи. Но для него это, кажется, было в порядке вещей.
— Констебль Дилби! — предприняла последнюю попытку отстоять свое авторство Полли. — Он ведь принимал участие в расследовании! Он все расскажет!
Бенни Трилби рассмеялся.
— Простофиля Дилби? Я его хорошо знаю. Никто не станет его слушать. — Он многозначительно кивнул на собственный стол, намекая Полли на то, что она и так уже за ним засиделась. — Мисс Трикк, мне нужно к утреннему выпуску написать передовицу о Человек-блохе из больницы…
Гневно сопя, Полли поднялась на ноги.
— Не стоит так злиться, мисс Трикк, — с отеческой улыбкой похлопал ее по плечу репортер, и она едва сдержалась, чтобы не оторвать ему голову. — Вы проделали хорошую работу. Я был неправ на ваш счет.
— Неужели? — процедила Полли.
— Да. Я полагал, вы станете обузой. Гм… чемоданом без ручки, но… теперь я вижу, что мы с вами сработаемся.
— Это значит, что вы и дальше будете присваивать мои сюжеты?
— Ну, вы всегда можете уйти, — Бенни Трилби пристально поглядел на нее. — Работа в газете — это сложное, неблагодарное дело… Может, это просто… ну, не знаю… не ваше? Может, стоит подыскать себе другое занятие?
Полли наградила его яростным взглядом и сказала:
— Думаю, это вам стоит подыскать себе… подыскать себе другую бабочку!
— Что?
Полли стремительно сунула пальцы под клетчатую бабочку репортера, схватила ее за кончик и, потянув на себя, размотала. После чего швырнула на стол и перевернула на нее чернильницу.
— Это была моя любимая бабочка, — поморщился Бенни Трилби. — Но я понял ваш намек, мисс Трикк. Вы хотите…
— Порядочного обхождения!
Репортер кивнул.
— Что ж, мисс Трикк. Я вижу, что вы настроены весьма решительно. У вас есть характер, манеры газетчика, да и расследование вы провернули недурное. Ваша… гм… — он быстро исправился, — статья, подготовленная вами для меня, доказала, что ваша помощь мне может пригодиться в дальнейшем…
— Помощь в походах в кондитерскую за пирожными?
— Нет. В смысле, не только. Помощь в моих репортажах. Я попрошу поставить для вас столик с печатной машинкой в углу под лесенкой.
Он кивнул на темный закуток под металлической лесенкой, ведущей на галерею печатников, — в закутке было так тесно, что даже мыши пришлось бы не расставлять в стороны локти, чтобы там уместиться.
Полли задумалась. И хоть она злилась на Бенни Трилби и ее пальцы тянулись к чернильнице, чтобы выплеснуть остатки ее содержимого в лицо этого хмыря, все повернулось весьма удивительным образом. Еще вчера она и помыслить не могла, что отношение к ней здесь хоть как-то изменится или что ее допустят до сюжетов. И отдать ради этого статью вдруг показалось ей не такой и ужасной жертвой.
— А что насчет насмешек и неуместных замечаний о моей…
— Курносости? Они остались в прошлом. Поздравляю, мисс Трикк, теперь вы — такая же неотъемлемая часть редакции, как…
— Как вы?
— О, не торопитесь сдавать сюжет, не придумав заголовок. Пока что вы — такая же неотъемлемая часть редакции… гм… как мой стол, этот вот стул и печатная машинка. Одной статьи маловато, чтобы ваше имя появилось в газете. Но… кто знает — возможно, однажды…
Полли вздохнула — она и не ожидала, что ее повысят до репортера. Но все же она твердо поглядела на Бенни Трилби.
— Я отправлюсь с вами сегодня в полдень в Больницу Странных Болезней. Я должна присутствовать в хирургическом театре во время операции Человека-блохи.
— Не думаю, что это…
— Хм… — Полли усмехнулась и демонстративно постучала пальчиком по сумке, в которой лежал фотографический аппарат. — Знаете, мистер Трилби, я не уверена, правильно ли я все сделала, когда фотографировала клоуна-убийцу во время ареста в цирке. Может быть, я нечаянно засветила фотопластины и…
Бенни Трилби впервые глянул на нее с уважением.
— Замечу, что вы взяли правильный напильничек, чтобы подтачивать зубки, мисс Трикк, — сказал он. — Я буду ждать вас у здания больницы без двадцати минут полдень. Возьмите с собой фотоаппарат, переносной фонограф и «помм» с заварным кремом. И еще проявите фотографии с клоуном: моя великолепная статья про убийства в цирке выйдет уже на днях — нужно подготовить все материалы.
Полли кивнула, развернулась и пошагала к выходу из печатного зала. Вслед ей донеслось задумчивое ворчание:
— Заголовок, само собой, придется сменить. «ТАЙНА ШЕСТИ ПОДКОВ» — нет, это никуда не годится. Оно больше подходит для какого-то бульварного романчика, чем для взрывающей головешки читателей передовицы…