Всплеск в тишине (СИ)
Я почесал подбородок.
— Вы прямо читаете мои мысли сеньор Бароцци, — покачал я головой, — пять минут назад я думал, будет ли такое дело прибыльным, если учесть, что никто из местных не знает ничего о том, что мы привезли.
— И что решили? — заинтересовался он.
— Решил, что это возможно, но нужно будет посмотреть, сколько у нас осталось свободного места в трюмах, поскольку если мы затеем такой обмен, то нужно будет предоставить подобный шанс и всей команде.
— Я как-то об этом не подумал, — сконфузился он, — ведь и правда, так будет честно, по отношению ко всем.
— И этим мы обязательно займёмся, но прежде, я куплю кое-что, — я наконец в самом дальнем углу рынка, заметил наконец интересующие меня предметы и направился туда, испугав скромно одетого продавца, который сидел на самом отшибе. Но зато у него, я увидел самые лучшие на вид овощи, которые были мне нужны.
— В какую цены огурцы, уважаемый, — обратился я к нему на санскрите, показывая на зелёные продолговатые овощи, в такую родную мне пупырышку.
— Корзину, отдам за одну серебряную монету господин, — подскочил со своего стульчика продавец, и стал низко мне клонятся.
— Угостишь? — я не успел закончить, как он тут протянул мне огурец, продолжая низко кланяться.
Я подозвал к себе разносчика воды на рынке, которые курсировали тут в большом количестве, и под недоумёнными взглядами окружающих, помыл отданный мне овощ, и только потом отгрыз и выкинул «жопку», став поедать остальное. Глаза моих солдат и сеньора Бароцци стоило видеть в этом момент.
«Ну ничего, победим и это, — подумал я про себя, поскольку огурец был прохладен, пах тем, чем нужно, но привычного вкуса ему ещё недоставало, а это значило, что как и в случае с помидорами и картошкой, нужно будет заняться их селекцией».
Я достал золотую монету из кошелька и протянул её торговцу.
— Одну корзину доставь на мой корабль, увидишь в порту самый большой, а из остальных достань семена, высуши их и принеси мне их отдельно. Справишься?
Индиец трясущимися руками взял матапан, надкусил его и увидев, как на монете остался след его укуса, стал кланяется ещё чаще.
— Господин! Если хотите, я могу вам отдать те семена, которые сам использую для посева! — предложил он, — если вы так оценили мои овощи!
— Отлично, тогда все корзины на корабль, и мешочек с семенами в придачу, — согласился я, показывая паре солдат остаться рядом с торговцем и проследить за выполнением наших договорённостей. А сам, отправился дальше.
— И как вы всякую местную гадость есть можете, сеньор Витале, — покачал головой мой военачальник, — у меня каждый раз сердце замирает, когда вы незнакомые вещи сразу в рот суёте. А если отравитесь? Как мы дальше без вас будем?
— Ну, пока же проносило, — хмыкнул я, но его такой ответ не удовлетворил, он осудительно на меня посмотрел, покачивая головой.
— О, смотрите те два брата, у которых мы рубины прошлый раз покупали! — заметил я знакомую платку, — пойдёмте посмотрим, что новенького у них есть.
— Господин Витале! — я мгновенно был узнан и оба торговца вышли из-за прилавка, приветствую меня, — невероятно рады вас видеть! Как ваши дела?! Всё хорошо с родными?!
— Да, всё отлично, я их не видел уже пару лет, — от моей шутки они зависли на минуту, так что пришлось им сказать, что я просто путешествую и давно не был дома. Это для них было понятно, и они предложили посмотреть товар, при этом говорили, что припасли для такого хорошего покупателя, как я, истинный шедевр. Я заинтересовался, и они достали откуда-то снизу шкатулку, и торжественно открыли крышку, показывая мне огранённый рубин, цвета «голубиной крови» размером с мой кулак. Солнечные лучи упали на грани и он заискрил, отбрасывая целую палитру света.
Попросив подержать камень, я взял его в ладонь, взвесил, затем посмотрел через него на солнце, и симбионт тут же выдал мне, что это просто цветное стекло, со специально залитыми в него включениями породы и прожилок, чтобы казался настоящим, к тому же, его ещё и подержали в какой-то смоле, чтобы он ею напитался и выглядел словно настоящий. В общем для тринадцатого века — это было идеальной подделкой! Я даже поразился качеству её изготовления.
— Прекрасный камень, замечательный! — не подал я и вида, но не отдавая его им обратно, а повернулся, ища взглядом гвардейцев Заморина, которые на таком стратегическом месте, как рынок, дежурили всегда, обеспечивая безопасность сделок и самих торговцев.
— Стража! — крикнул я, и тут торговцы побледнели.
— Что случилось господин Витале?! — заблеяли они, — зачем вы беспокоите наших доблестных гвардейцев?!
Я не ответил, а заговорил со старшим офицером, когда тот, вместе с двумя солдатами подошёл ко мне.
— Какое наказание бывает за продажу фальшивых камней, уважаемый? — поинтересовался я у него.
Он изумлённо посмотрел на двух известных тут торговцев, и осторожно мне ответил.
— Если их вина будет доказана, то отрубание рук, носов, ушей и изгнание из Каликута навсегда.
Я передал ему рубин.
— Это подделка.
Он удивлённо взял крупный камень, и повернулся к ним.
— Это правда?!
— Конечно же нет! — возмутились оба, — этот чужеземец просто пытается сбить цену! Обвиняя нас в таком ужасном преступлении!
Офицер повернулся ко мне, я лишь пожал плечами, больше сказать мне было нечего.
— Сегодня вечером прошу всех троих быть во дворце Заморина, — сказал он, — не явившийся будет признан виновным, и у него будет навсегда отобрана возможность торговать в нашем городе.
Торговцы стали кланяется ему, а он забрав у них шкатулку, в которую положил камень, отправился в сторону дворца. Я же, продолжил прогулку по рынку, изумляясь, как жадность некоторых людей затмевает им глаза, что они готовы потерять покупателя, который у них покупал лучший и соответственно самый дорогой товар ради сиюминутной выгоды.
Слухи о случившемся, словно пожар пронеслись по рынку и к моему большому удивлению, часть ювелирных палаток стали закрываться, едва я подходил к ним ближе. Это вызвало всеобщее недоумение и внимание стражи. Я видел, как после того, как я уходил дальше, часть патрулей подходила к вновь открывающимся палаткам и интересовались причиной такого их странного поведения.
— Ой, чует моя душа, заварили вы очередную кашу сеньор Витале, — причитал идущий рядом сеньор Бароцци, — а ведь мы просто зашли посмотреть цены. Пусть бы правитель сам с ними разбирался, без нас.
— Хотите это обсудить? — недоумённо обернулся я к нему, — вы представляете себе цену этого камня? И если бы его покупал бы не я, а вы например?
Военачальник моментально скис, но его вид целиком говорил о том, что местные пусть со своими проблемами разбираются сами, желательно без нас. Он пытался спорить, но был разбит моими доводами, и вот так, припираясь, мы и вернулись на корабль.
— Что произошло? — капитан мгновенно увидел, что мы раздражены друг другом.
— Сеньор Витале, снова поборник справедливости, — буркнул тот, уходя к себе.
Сеньор Джакопо повернулся ко мне. Я лишь отмахнулся, тоже уходя в каюту, оставляя капитана недоумевать на палубе в одиночестве.
Глава 13
Когда стало вечереть, на пристань прибыли сопровождающие, и я, переодевшись, отправился на аудиенцию к правителю, прихватив с собой подарки. Встреча была организована точно так же, как и прошлый раз. Внутрь прошли только приглашённые, сдав оружие, и каждому выделили по молодой, красивой девушке. Большинство мужчин, которые видимо были на приёме не первый раз, моментально растащили их по беседкам, да кустам, я же пожав плечами, подошёл к фонтану, который был напротив двери в сам дворец Заморина. Сопровождающая меня девушка, опустилась передо мной на колени.
— Я вам не подхожу, господин? — вежливо поинтересовалась она, — я могу попросить, чтобы вам подыскали более подходящую спутницу.
— Мне всё равно, — я не смотрел в её сторону, поскольку на корабле меня ждали более красивые и приятные девушки, чем шлюхи местного гостевого гарема, — я не собираюсь спариваться ни с тобой, ни с кем-то ещё, в кустах, словно животное, на виду у всех.