Конвой

Он начал ощущать себя хозяином этого участка дороги один-сорок все больше и больше в дни непосредственно перед большим Конвоем.
Коп взял микрофон и сделал последний, убийственный вызов:
— Вызывает один-девять, Болтун вызывает Резинового Утенка и Машину Любви. Где вы, черт бы вас побрал? Я сбавил темп до половины, но не вижу ничего у себя за спиной, кроме полотна дороги. Я думал, вы, ребята, двигаетесь.
Пробормотав про себя: «Чтоб ты провалился, несведущий сукин сын», Пиг Пэн нажал на педаль газа. Самым любопытным и удивительным было то, что открытая борьба еще не началась. Спайдер Майк и Резиновый Утенок шли наравне с ним.
Когда они почти выстроились в цепь, Лайл решил подлить масла в огонь:
— Ну давайте же, вы кретины! Где вас черти носят?
На этот раз знаменитое шестое чувство подвело Утенка. Подозрение возникло слишком поздно. Этот «пли-мут». Как только они еще немного приблизились к нему, Утенок заметил на крыше автомобиля антенну СВ-рации.
— Быстро назад! Снизить скорость! — беспомощно выкрикнул он в микрофон. — Снизить скорость. Впереди нас патрульный коп!
До того, как тракеры успели сбросить скорость до позволенного лимита, Лайл поставил съемный маячок на крышу своего автомобиля, включил сирену и теперь сигналил клаксоном тем, кто находился совсем близко за его спиной. Он поставил две сотни сверхпрочных полицейских фунтов поперек дороги, поджидая трех водителей, приближающихся к нему. Коп отлично выглядел: представитель закона, он был сейчас немного похож на шерифа с Дикого Запада старого образца в своем «стетсоне» с широкими полями и летней форме полицейского. Уголки его губ медленно приподнялись и застыли в презрительной усмешке. Трос за один раз — действительно великолепный улов.
Когда все трое подошли к нему, Лайл взял инициативу в свои руки.
— Хороший денек. Пришлось немного притормозить, не так ли, ребята?
— Привет, Лайл, — тихо ответил Утенок. Сейчас Уэллэйс был сама любезность, демонстрируя сногсшибательный юмор. Он даже сделал еще шаг и пожал Утенку руку.
— Почему притих, Резиновый Утенок? — пропел он. — Какими судьбами ты оказался здесь? Мы не виделись так долго…
— Шесть лет. Я должен был догадаться, что это ты на волне передатчика.
При этих словах Лайл забеспокоился и сконфузился. Теперь он являл собой полную невинность.
— О какой волне ты говоришь?
— О СВ-рации, Болтун.
— Это не мог быть я, — запротестовал коп. — У меня даже и нет СВ. А кроме того, разве я похож на человека, который прибегает к полицейским уловкам?
— Да, но и тракер Болтун не похож на змею, сукин ты сын, — не выдержал Свиной Загон. Он слишком долго сдерживал свой гнев.
Утенок бросил взгляд на Пиг Пэна и уже одним этим утихомирил его.
— Остынь, — произнес тракер. — Не делай и без того паршивое еще хуже.
— Конечно! Давайте вести себя прилично, — заметил Лайл с некоторым облегчением. Он снова контролировал ситуацию. — Я мог бы выписать вам квитанции на штраф по семьдесят пять долларов с каждого, но… только допуская некоторые аргументы… Пусть, скажем, вы ехали семьдесят миль в час, это составляет около…
— Тридцать пять баксов плюс еще сотня или около того за то, что мы будем иметь гарантию… — огрызнулся Спайдер Майк.
Лайл устремил взгляд в небо, будто погрузившись в серьезные размышления.
— Ладно, — вымолвил он наконец, — могло быть даже хуже. Понимаете, жена судьи собирается обновить гардероб, и он на время завязывает с выпивкой…
— Сколько? — прервал его Утенок. Он уже достал свой бумажник, счастливый только оттого, что в путевом листе не будет отметки о штрафе.
— Ну, скажем, по пятьдесят с каждого.
— Ты — низкая, подлая, грязная мразь, — ворчливые интонации в голосе Пиг Пэна сменились рычанием в конце фразы.
Лайл спокойно посмотрел на него.
— Шестьдесят, — произнес коп.
Утенок схватил Свиной Загон за руки и оттолкнул назад на шаг — два.
— Полегче, — предупредил он. — Здесь не аукцион.
— Это поганая сделка. Я теряю весь доход от этого рейса, — начал брызгать слюной Свиной Загон.
 
— Меня это просто уничтожит. Не остается даже на еду, — вставил Спайдер Майк.
— Конечно, если вы хотели бы попытать счастье в суде… — начал Лайл задумчиво. — У меня есть отличный знакомый тюремщик. Я конфискую ваши трейлеры и буду охранять их, пока…
— Ты всегда рад прибрать что-нибудь к рукам, Лайл, — заметил Утенок, отдавая копу шестьдесят баксов. — Ты самый настоящий пират с большой дороги, и сейчас ты уберешься отсюда с нашими деньгами.
Пиг Пэн и Спайдер Майк достали свою наличность. У Майка оказались купюры по пять и десять долларов. Лайл аккуратно пересчитал их и сунул в карман своей рубашки.
— Это всего лишь моя работа, — добродушно заметил Лайл. — Я должен охранять дорогу от таких, как вы. И должен соблюдать безопасность передвижения по шоссе.
Взгляд Слайдера Майка был прикован к пачке денег, торчащей из кармана Лайла. Его денег. А что будет с его женой? А с ребенком, до появления которого на свет оставались считанные дни, может, даже часы?
— Конечно, кретин, — он метнул взгляд на Лайла, — может быть, когда-нибудь ты и обнаружишь себя охраняющим порядох на дороге, лежа где-нибудь в канаве и кормя собой мух.
Лайл глубокомысленно посмотрел на Спайдера Майка.
— Для тебя штраф — семьдесят.
— Ну ладно, будет, — выступил вперед Утенок и встал между мужчинами. — Не делай себе же хуже, — обратился он к Майку. — Я сейчас заплачу ему дополнительные десять баксов. А ты вернешь мне их в следующем рейсе, о'ксй?
— Вранье, — Спайдер Майк был все еще во власти гнева, волнами накатывающего на него и доводящего почти до сумасшествия.
Утенок обхватил его за плечи и слегка встряхнул.
— Что ты собираешься делать, когда ребенок родится? Ты хочешь этого?
Немного поколебавшись, Спайдер Майк кивнул головой.
— Тогда остынь, — мягко произнес Утенок. — Позволь мне взять это на себя.
Передавая деньги копу, Утенок заметил как бы вскользь:
— Между прочим, Лайл, я так понимаю, ты скоро собираешься стать одним из нас
— Как это? — спросил патрульный. Его лицо выражало удивление.
— Я слышал, водители хотят заключить некий союз с копами.
— Но не с такими, как я. Я не принял бы участия в вашем проклятом соглашении, даже если бы ты заплатил мне.
— Не я, Лайл, — спокойно поправил его Утенок. — Я пока ни от кого не завишу.
— Ладно. По крайней мере, одно у нас общеё. — Точно так же, как он сделал, когда тракеры подходили к нему, Лайл протянул руку. На этот раз Утенок просто смотрел на неё, пока та не опустилась.
— Есть еще одно общеё, — решительно заявил он, глядя прямо в глаза копа. — Мы ненавидим друг друга.
Очевидная, простая истина их отношений молнией ударила по окружающим их тракерам и поставила всех в неловкое положение. Над группой людей повисла тишина. Наконец Лайл прочистил горло, собираясь ответить, но вместо этого одарил присутствующих тем, что претендовало на название «развязная улыбка». Он тотчас же развернулся и скользнул в свой автомобиль.
— Будущеё покажет. Ты не сможешь угодить всем, — бросил он на прощание Утенку.
Тракер обошел «плимут» и встал у двери с той стороны, где сидел Лайл. Глядя на копа сверху вниз, он мягко произнес:
— Зато ты угодил мне. Я не могу даже передать, как ты мне угодил. Я надеюсь, когда-нибудь, когда ты не будешь одет в эту форму, у меня появится возможность показать тебя, как сильно ты мне угодил.
С минуту Лайл старался не выдать своего изумления. Потом он переключил внимание на машину. Коп собирался было что-то сказать, но, передумав, нажал на акселератор и покатил прочь, закружив смерчь пыли и гальки над головами оставшихся позади мужчин.
Пиг Пэн наблюдал за «плимутом», пока тот не исчез из вида.
— Я думаю, это первый кандидат в покойники, — голос Свиного Загона балансировл на грани холодной ярости. — Однажды мы встретимся, и вокруг не будет никого и ничего, кроме шоссе и сумерек.