История пятого мора (СИ)

— Слышу, слышу…
— Приди в себя!
— Еще чего. — Он поерзал, устраиваясь поудобнее. — Прекрасная мысль — лежать между девичьих ног…
Пощечина оказалась звонкой и хлесткой, за ней последовала еще одна, сопровождающаяся знакомым разъяренным шипением. Морриган. Чьи-то руки вздернули за ворот, вздымая над землей, не слишком деликатно поставили на ноги. Это уже Стэн, остальным силы не хватит. Алистер ошарашенно огляделся, держась за щеку. Простонал.
— Ну кто вас просил, а?
— Доброе утро, — ухмыльнулся Зевран.
Алистер многоэтажно высказался, оглядывая присутствующих. Все они были здесь, включая пса, живы, на первый взгляд здоровы, с оружием наготове.
А за закрывшим дверной проем магическим барьером, подобный которому Алистер уже видел, бесновался демон.
Алистер потряс головой.
— Получается, я не рехнулся.
— Я же сказала — чтобы потерять рассудок, нужно сперва его иметь, — фыркнула Морриган.
— Ага, — глубокомысленно изрек он. Снова многоэтажно выругался, половчее перехватил щит. — Значит, продолжаем бить демонов.
— Примерно так, — сказал Зевран. — Соображай быстрее.
— Алистер, долго я барьер не удержу.
— Ну так снимай. Прорвемся.
Они прорвались. Сквозь демонов, одержимых, безумного Ульдреда. И как не умолял полубезумный мальчишка-храмовник прикончить всех оставшихся магов до единого, дабы бойня не могла повториться, привели Первого чародея к Грегору. И Алистер даже умудрился всучить им договор и вытряхнуть обещание прислать отряд. И обещание попытаться помочь Коннору.
Больше здесь делать было нечего. Впрочем, Алистер ничуть не удивился, когда Винн сказала, мол, пусть даже не пробуют идти без нее. Точно — судьба у него такая.
========== 18 ==========
Вернувшись в Рэдклифф, Алистер решил задержаться в замке на несколько дней. Слишком давно не выходило нормально отдохнуть. Морриган требовала дать ей время собрать нужные для лечебных зелий травы, да и большая часть снаряжения в очередной раз нуждалась в починке. После того, как маги действительно смогли изгнать демона, Теган сказал, что оружейная и сокровищница замка в полном распоряжении Алистера — и тот решил не стесняться.
В самом деле, сколько можно ночевать на лапнике, а то и вовсе голой земле? Самому-то не впервой, хотя и он, признаться, уже начал уставать от чересчур непритязательной жизни. Но кроме него были еще и другие. Нет, никто не жаловался. Но он видел, как скованно двигается поутру Лелиана, как украдкой разминает шею и все чаще трет виски Элисса — после Тени, где он воочию, если можно так сказать, увидел, к чему она привыкла, девушку было особенно жаль. А сейчас появилась и Винн, и дамам в ее возрасте отнюдь не полезно спать на земле, прикрытой ветками, под одним одеялом на троих.
Поначалу он подумывал хотя бы о нескольких палатках, но оставил эту идею. Когда за отрядом следует обоз, можно хоть каждому личный шатер в телегу сложить, но обоза у них не было, а крепких мужчин в отряде — раз-два и обчелся. Именно что раз-два: он, да Стэн. Давать поблажку Зеврану Алистер, конечно, не собирался, но эльф меньше всего походил на вьючного мула. Про девушек и говорить нечего — хоть самое основное бы унесли: доспех, оружие, смену одежды да запас еды. Еще одеяло, буде оно появится.
Поэтому он решил ограничиться парой меховых одеял на каждого и двумя навесами из плотного льна, вываренного в смеси масла и воска. Рассчитывать на кладовую замка после того, что учинил в нем демон, Алистер не стал, зато мошну растряс безо всяких угрызений совести. Потом пришлось снова торговаться с кузнецом — благодарить-то тот благодарил, но выгоду свою упускать тоже не хотел, и без того потратился, растолковывать старосте, что именно от него Алистер хочет получить добротные одеяла и запас еды, а в перерывах — развлекать Тегана беседами — банн очень хотел знать, как жил Алистер, покинув Рэдклифф. Так что остальных Алистер почти не видел — если не был занят и не развлекал Тегана, просто отсыпался в своей комнате за всю прошлую жизнь и половину будущей. А когда не спал — валялся на шкуре перед очагом, глядя в огонь. Только тот, кто большую часть жизни провел в казарме, способен понять, какой драгоценной становится возможность закрыть за собой дверь и никого не видеть.
 
Впрочем, в те моменты, когда Алистер не собирался лгать самому себе, он понимал, что дело не только в возможности уединиться впервые за невесть сколько времени. После того, что случилось в башне, он ощущал странную неловкость, будто случайно коснулся чего-то слишком сокровенного. Казалось бы, никаких постыдных тайн не всплыло — а все равно, будто чужие письма прочел.
Время от времени он, конечно, натыкался то на одного, то на другого. Стэна, правда, почти не видел — похоже, великан точно так же пользовался возможностью побыть одному и отоспаться: тот, кто готов в любое время подскочить по тревоге, рано или поздно обучается ловить для сна любой подходящий миг. Зато смазливая рожа Зеврана мелькала перед глазами подозрительно часто. Морриган уходила на закате и возвращалась с рассветом, утверждая, что ночью травы имеют особую силу. Винн проводила дни с коллегами, пока те были в Рэдклиффе, а потом прочно обосновалась в замковой библиотеке. Как-то раз он заметил Лелиану и Элиссу, плетущих венки у мельницы и о чем-то щебечущих — вслушиваться Алистер не стал. Но чаще Лелиана развлекала хозяев замка игрой на подаренной Теганом лютне и пением. А Элиссу часто можно было увидеть с Изольдой. Алистер так и не понял, извинилась ли Элисса перед хозяйкой, или та просто решила поближе познакомиться с молодой аристократкой. Как-то раз Алистер решил вслушаться, о чем они говорят. "Душечка, вы же понимаете, как мне стыдно, что приходится принимать гостей, когда замок в таком виде. Но как, как прикажете содержать его в должном порядке, если прислуги почти не осталась, новая нанимается неохотно, а те девушки, что согласны жить в замке большей частью так нерадивы… Вот, извольте, пыль". Алистер усмехнулся про себя, подумав, что пыль все же лучше крови, но показывать свое присутствие не стал. Продожать слушать, в прочем, тоже.
Наверное, хорошо, что он почти не видел Элиссу все это время, встречаясь разве что за ужином с хозяевами. Он никак не мог забыть того ужаса на лице, когда девушка увидела его в Тени. И вроде понимал, что не его, Алистера, она испугалась, а того, что означало его появление. А забыть не мог, хоть ты тресни. Как и того поцелуя в деревне — но за все прошедшее время девушка никак не дала знать, было ли между ними хоть что-то, вела себя ровно и дружески, как обычно. Правда, и наедине они с тех пор не оставались ни разу — и поди тут пойми, то ли просто не хочет дать понять остальным, будто между ними что-то… если вообще что-то есть, то ли просто не сочла чем-то особенным.
Неопределённость бесила, выматывала. Конечно, Алистеру приходилось иметь дело с женщинами. Но среди своих все было как-то… проще. А сейчас, задумываясь о том, что происходит — если вообще происходит, демоны все побери, между ним и Элиссой — ощущал себя сущим юнцом. Понимал, что избегая разговора с глазу на глаз, запутывает все еще больше, но не решался ничего предпринять. Смех, да и только — он не боялся демонов и порождений тьмы. А поговорить откровенно — страшился. И когда пришла пора покидать замок — обрадовался. В дороге не будет времени на бесплодные размышления.
Вечером накануне выхода он решил, что хватит сидеть одному, точно бирюк какой, и решил заглянуть в ту комнату, где остальные обычно коротали вечера за разговорами. Но обнаружил там лишь двоих: Элиссу.
И Зеврана.
Девушка раздобыла прялку и кудель, пальцы проворно сучили нитку, крутилось веретено. А у ног ее, изображая верного пажа, сидел Зевран, полуобернувшись, заглядывал в лицо, что-то рассказывая.
— Так значит, на самом деле ты ее не убивал? — спросила Элисса.