Птичка для Охотника (СИ)

— Сергей, откроешь дверь? — попросил Дима, — как видишь, мне немного неудобно.
— Отказалась с вами идти? — спросил водитель. Ишь ты, какой проницательный.
— К сожалению. Но ничего, не проблема.
Послышался звук открываемой двери, а потом меня достаточно аккуратно засунули в дорогой салон. Охотников быстро сел рядом, блокируя выход. Как только у меня перестала кружиться голова от того, что я слишком долго провисела ею вниз, я сразу же отодвинулась от мужчины насколько могла. Подергала ручку двери со своей стороны, что, конечно, было бесполезно.
Дима хмыкнул, наблюдая за моей паникой и скомандовал Сергею ехать.
— Палладиум?
— Как и собирались.
— Я против! — воскликнула возмущенно. Во-первых, это было до жути дорогое заведение, а во-вторых, ходили слухи, что на втором этаже в закрытых кабинках проходили совсем не ужины. Кто-нибудь, спасите меня уже, наконец! Где мой принц на белом коне?!
Охотников кинул на меня ироничный взгляд, типа да кто тебя вообще спрашивает. Откинулся на сидении и задал поистине идиотский вопрос:
— Сердишься?
— Да я в бешенстве! — я не сдержалась и стукнула его кулаком по плечо. Зашипела, тряся ушибленными пальцами. Он что, из бетона? — Как ты вообще мог просто взять и куда-то меня отнести? Я тебе ваза какая-то, что ли? Можно с места на место переставлять?
— Нет, конечно, — он вдруг поменял положение, меня расслабленную позу на что-то иное. Его лицо оказалось слишком близко от моего, — заметь, я предлагал по-хорошему, но ты не согласилась. Пришлось действовать по-другому.
— Придурок, — пробормотала я, пытаясь отодвинуться, хотя было уже некуда.
— Зато привычный, не так ли? — проговорил он, нагло продолжая вторгаться в мое личное пространство. Я сглотнула и поспешила повернуть голову прямо, чтобы не провоцировать его еше больше.
Щеки коснулись чужие пальцы. И тут же пропали, я даже не успела ничего сказать по этому поводу.
— Птичка, ты даже представить не можешь, как я скучал.
/Восемь лет назад/
Я сидела на широком подоконнике и самозабвенно обдирала и так полудохлый фикус. Бесило все.
— Чего грустишь? — слева приземлился Охотник, устраивая рядом с собой полупустой рюкзак. Он никогда ничего не носил в универ, таская книги то у меня, то у своих бесконечных друзей.
— А тебе какая разница? — буркнула недовольно, — разве ты не должен где-то с Юлькой в углу обжиматься?
— С чего такая информация? — удивился Дима, — мы с Юлькой расстались месяц назад.
— Она мне сама сказала, — пожала плечами, — и еще, что ты ей сказал, что не придешь на концерт, потому что тебе лень, и вообще вся эта классика — чушь собачья. А так как я никого, кроме тебя не приглашала, то я сделала вывод, что это правда.
— Вовсе нет! — возмутился Охотников, — я ей сказал еще когда мы были вместе, что не смогу пойти с ней на какую-то тусовку, потому что занят. Ты что, веришь Юльке?
— А что мне остается? — я сорвала с несчастного растения еще один листок и начала методично отрывать от него маленькие кусочки, — ты последнее время на сообщения не отвечаешь, тусишь без меня и вообще игнорируешь. А Юля постоянно рядом с тобой. Ну, я сделала выводы.
— Слушай, я же тебе на уши не наседаю, что ты постоянно со своим Максимом обжимаешься, что даже на друзей времени нет, — фыркнул Дима, — сама-то хороша.
— Неправда, — ответила я, наконец, повернувшись к парню, — ты постоянно к нему цепляешься. Что он тебе такого сделал?
— Просто я знаю, что он тебе не подходит, — уверенно заявил Охотников, — все еще не могу понять, чем он тебя привлек.
— Ну ты-то все всегда знаешь, — протянула снисходительно, — Максим уделяет мне внимание, ухаживает, заботится. Если не он, то кто же тогда мне подходит?
— Да хотя бы я.
Я чуть не расхохоталась.
— Великий Охотник решил обратить свое внимание на меня? В универе девушки закончились?
— Да я же чисто гипотетически, — запротестовал парень, — хочу, чтобы у тебя все было хорошо. Тебе нужен тот, кто тебя защитит, сможет решить твои проблемы, тот, кто будет тебе не только любовником, но и другом. Вот у вас с Максимом есть какие-то темы для разговора? Чем вы занимаетесь в перерывах между сексом?
 
Невольно покраснела. Мы обычно ничего такого с другом не обсуждали, чего это он вдруг решил со мной пройтись по этой теме?
— Не твое дело, — проворчала я, но в глубине души тоже задумалась над этим вопросом. А ведь действительно, что еще у нас с Максимом было?
— Конечно, не мое, Птичка, ты же у нас сильная и независимая, — вздохнул Дима, — но я считаю, что хорошие отношения изначально строятся на дружбе.
— Да, ты со всеми своими пассиями крепко дружишь, — хмыкнула я, — жаль, недолго.
— Я, может, жду ту самую, с которой будет и дружба, и любовь, и забота, и уют.
— Ну, удачи тебе с этим, — я была настроена скептически. С тем образом жизни, что вел парень, ему такое вряд ли светит. Правда, в последнее время он вроде как стал немного сдержаннее, но люди так быстро не меняются.
— А вот что если я уже дождался? — вдруг серьезно спросил Охотников.
— Это ты в каком смысле? — не поняла я.
— Ну, знаешь, вдруг осознал, что все это время та самая была у меня под носом, а я просто не замечал. Только когда она начала уходить, то понял, что могу ее потерять, и все встало на свои места.
У меня неприятно кольнуло в груди. Все-таки двухлетняя влюбленность в однокурсника все еще давала о себе знать. Эх, повезет той девушке, наверное. Если, конечно, парень не врет о том, что значат для него настоящие отношения.
— Тогда я бы тебе советовала брать срочно все в свои руки, пока ты окончательно не опоздал, — я всегда была его главной советницей по делам с девушками. Это как сапожник без сапог — у самой все складывалось странно, но другому я спокойно могла помочь.
— Да, знаешь, я тоже пришел к этому выводу, — кивнул Дима, и внезапно потянулся к моему лицу. Я еще ничего не успела осознать, а он уже целовал меня, держа ладонями мое лицо. Дырявый фикус не очень скрывал нас от чужих взглядов, но я об этом не думала, потому что вся сконцентрировалась на неожиданном поцелуе, который просто взял и вышиб из меня все мысли напрочь. Сердце сошло с ума, выстукивая бешеный ритм, казалось, что весь мир разом сузился до нас двоих. Честно, даже не поняла, ответила ли на поцелуй или застыла истуканом, но четко ощутила, что именно в этот момент все безвозвратно изменилось.
\Настоящее время\
— Ну что, карета прибыла, — излишне весело сказал мужчина.
За все время, что мы ехали, он больше не нарушал мое личное пространство, думая о чем-то своем.
Я посмотрела в окно и отрицательно покачала головой.
— Нет, ни за что. Я не хочу позориться. Одно дело, ты меня в машину в пижаме запихнул, а другое — идти в ней вон туда!
Вход в Палладиум выглядел помпезно. Чтобы сразу всем было понятно, что это место для избранных. Не хватало только ковровой дорожки, а так у входа стоял швейцар, открывая гостям двери. Какой кошмар. Сквозь большие панорамные окна было видно и внутреннюю роскошь. Достаточно сдержанную, но от этого не менее впечатляющую. И столиков… не сказала бы, что прямо много. То есть там не сильно шумно, и все слышат, когда входит кто-то. А значит, мое появление не останется незамеченным.
Будь я даже в самом дорогом своем платье, не решилась бы сюда зайти. В Палладиум нужно приходить в вечерних нарядах с дорогими украшениями на шеях и других частях тела. Может, у меня где-то в гардеробе и есть длинные юбки, но вот с золотом и бриллиантами очевидные проблемы.
А тут Охотников хочет, чтобы я просто взяла и вошла в ресторан в пижаме. Вот прямо в эту огромную тяжелую дверь с чересчур изящной ручкой.
— Не вижу ничего ужасного, — по-моему, он конкретно так издевался, — отличный наряд, даже и не скажешь, что ты в этом спишь.